Чтение онлайн

— Мама, ты плачешь? — шепчу пропавшим голосом, в горле ком.

— Да, Адель, я плачу. От бессилия. От понимания и … сожаления. У меня в голове столько проклятых “если бы”. Если бы все сложилось иначе, если бы ты не попала в свою школу… если бы… Появился бы Ривз на твоем горизонте в этом случае? Одни вопросы. И все равно мне кажется, что он нашел бы тебя даже в нашей глухомани. И это не судьба. Это твой рок.

— Мамаааа, — тяну я, слыша боль в ее голосе. Ивет сильная. Она никогда не плачет! — Мамаааа… Я не могу от него отказаться, понимаешь?! Бежать от него невозможно! Только к нему!

Всхлип и рваное в ответ:

— Что бы ни случилось, как бы мы с тобой ни ссорились, знай, что тебе всегда есть, куда прийти. Ты еще не понимаешь, к кому в лапы попала. Обещаю, я никогда не попрекну тебя словом и напоминанием о своей правоте. Дочка, у тебя есть дом, в котором тебя всегда ждут. Я люблю тебя, Адель.

Ивет отключилась, а я сползла по стенке на пол. Ноги перестали держать.

— Чего застыла, подруга? — теребит меня улыбающаяся Лу и щелкает пальцами у моего лица.

— Ничего, — тихо шепчу я и обнимаю ошарашенную Луизу. — Просто я очень тебе благодарна и люблю тебя, Лу!

— Ой, да перестань, — избавляется от моих объятий Луиза, и взмахивает билетами, — сегодня гуляем на концерте твоего любимого бойз-бэнда!

— Соммерсье, к директору! — кричит мне появившийся в дверях столовой наш староста Майкл Кросс, полноватый ботан с прыщавым и наглым лицом. — Бегом! Доре ждать не будет.

Смотрю в растерянности на Луизу, которая подбадривает меня улыбкой.

— Иди, Адель, удачи тебе! Наверное, пришел ответ относительно гранта!

Резко вскакиваю с места и лечу в сторону директорского кабинета. Практически ничего не вижу вокруг. Все тело ощущается одним сплошным напряжением, которое скручивается жгутом и предчувствием. Примут ли меня, решат ли одобрить грант?! Сочтут ли меня достойной Гарварда?! Простую девчонку из трущоб.

Добегаю до административного крыла практически на одном дыхании. Руки дрожат, а кофта школьной формы неприятно липнет к влажной коже спины. Я успокаиваюсь, переходя на быстрый шаг. Подхожу к проходной кабинета и встречаюсь с острым взглядом неизменного секретаря директора господина Новака. Этот мужчина явно меня не жалует, демонстрирует свое пренебрежение. Меня это мало задевает.

— Добрый день, меня вызывали к директору.

Мужчина неприятно морщится, я явно вызываю у него приступ зубной боли.

— Господин Доре вас ожидает! Не задерживайтесь, проходите, — скупой кивок в сторону дубовой двери с золотой табличкой, и я срываюсь с места как ошпаренная, быстро стучусь. Слышу короткое:

— Войдите.

Оказываюсь в кабинете директора.

Напарываюсь взглядом на мужскую фигуру, восседающую во главе стола, как на троне. С прошлого моего посещения этого кабинета здесь ничего не изменилось.

Глубоко вздыхаю, пытаюсь собраться с силами.

— Здравствуйте, — не своим от волнения голосом произношу я, привлекая внимание этого безразличного мужчины.

— Проходите, мисс Соммерсье, садитесь, — скупо кивает директор.

Исполняю приказ, присаживаясь на самый краешек стула, чинно сложив влажные холодные руки на коленках. Сердце неровно отбивает тревожный ритм.

Мистер Доре смотрит на меня сквозь строгие и лаконичные очки, по его пустому взгляду я не могу понять, обнадежит ли он меня положительным ответом или озвучит приговор.

— Ну что же, мисс Соммерсье. Могу отметить, что вы достойно потрудились на благо нашей славной школы. Вы весьма ценный кадр. Мы, безусловно, оценили ваш вклад в поддержание авторитета школы на всевозможных конкурсах… — легкая пауза и острый взгляд в мою сторону. — За годы руководства этой школой у меня было много выпускников. Однако я все же запоминаю лучших из них. Думаю, я запомню вас.

Господин Доре замолкает, выдерживая многозначительную паузу, заставляя замереть в ожидании приговора.

— Ну что же, не буду долго вас мучить. Вижу, что ждете моего ответа. Поздравляю вас, мисс Соммерсье! Удача к вам благоволит! Вашу кандидатуру утвердили! В этом году именно вы получили стипендиальное место! Желаю вам в будущем таких же успехов! Гарвард вас ждет!

Взрыв. Кажется, что сильнейшая волна ударила меня в голову, окатила своей мощью и выбила почву из-под ног.

От радости забываю, как дышать. Перед глазами темнеет и в какой-то момент я понимаю, что уплываю в обморок.

Заставляю себя сделать судорожный вдох. Чувствую, как по щекам градом льются слезы облегчения.

Директор продолжает безэмоционально наблюдать за моей реакцией. Это сильно смущает и заставляет собраться, вытереть щеки манжетами.

Что вызывает у Доре интересную мимику. Он морщит нос. Согласна. Некрасивый жест. Совсем не по этикету и некультурно… Но я ведь из низов и в меня не вбивали с рождения догмы высшего света.

— Не забудьте письмо, — протянув мне тяжелый конверт, заканчивает аудиенцию директор. — Всего хорошего, Адель.

Дрожащими ледяными пальцами я беру письмо и в полной прострации покидаю кабинет. Как оказываюсь в ученическом коридоре, плохо помню. Просто в какой-то момент нахожу себя стоящей посередине прохода. Со всех сторон шныряют школьники. Время большой перемены. Меня задевают проходящие мимо ученики.

Слышу фразочки:

— Чего застыла…

— Дай пройти…

Я же все еще оглушена. Не особо реагирую на происходящее.

Меня хватают за руку и тянут в сторону окна.

— Ну что?! Что там?! — взгляд натыкается на озабоченное лицо Луизы, которая тащит меня в сторону, чтобы не мешалась под ногами проходящих ребят.

— Адель! Скажи хоть слово! Ты белая как полотно! — тормошит меня подруга.

Молчу. Язык прилип к небу. Требуются секунды, прежде чем с губ слетает заветное:

— Гарвард… меня приняли в Гарвард!

Весь коридор содрогнулся от последующего крика Луизы:

— Ааааааа! Победааааа!

Музыкальная тема главы

ADELE — Someone Like You

Пальцы резво бегут по клавишам, а голос стремится ввысь, переливаясь всеми возможными мелизмами, передающими богатейший окрас трогательной мелодии. Я ухожу в резкое пиано, завершаю проигрыш.

Получаю удовольствие от музыки и мира, в котором я существую в эти мгновения. Поднимаю взгляд от рояля и смотрю на спокойное, сухое лицо своего учителя, который отстраненно, приложив руки к острому подбородку и сцепив их в замок, рассматривает картины на стенах музыкального класса.