Чтение онлайн

В Афганистан входили 28 декабря на открытых, без тентов и радиосвязи, машинах. Считанных радиостанций Р-107 м едва хватило комбату с ротными. Перед самой отправкой командование решило не рисковать: гранат «партизанам» не выдали – подальше от греха, а заодно запретили, тоже так, на всякий случай, и присоединять магазины к автоматам. Пусть полежат в подсумках. Спокойнее.

На гератском перевале колонны попали в ужасную пургу. Больше всего офицеры боялись не довезти, поморозить людей: машины – открытые, мороз, ветер, снег, а бойцы в куцых шинельках… Возможно, так бы и закончилась, не начавшись, афганская эпопея нашего полка.

Но Аллах хранил многострадальных «партизан»! Тесно прижавшись друг к другу, смерзшись в бесформенную серую кучу, от которой позже пришлось буквально отрывать по-одиночке, те вновь спаслись, даже не обморозившись!

В Адраскане всплыла еще одна проблема. Узнав о специфике поставленной задачи, «партизаны» отказались выходить в боевое охранение: «Не будем стрелять в наших братьев по вере!» Их уговорил только земляк-туркмен – сам командир полка майор Солтанов. И уже вечером, «уговоренные» сдуру обстреляли свою же машину с тыловиками, превратив ее в решето! Поразительно, но все, даже те, кто в кузове, остались живы, только лишились голоса: охрипли орать, что свои.

Мы всё слушали и удивлялись: неужели это все – правда? Неужели – правда, что вот такое «грозное» войско великой термоядерной державы, голодное, кое-как одетое, на старых раздолбанных колхозных драндулетах, боящееся собственного оружия, и вошло на территорию Афганистана? Стало теперь понятным, почему «партизаны», только-только вступив на родную землю, мигом разбежались, плюнув на свою контрабанду.

Думается сейчас: да было бы хоть какое мало-мальское сопротивление, хотя бы духи образца 1981 года, и легло бы это войско, не дойдя даже до гератского перевала…

Вскоре вновь прибывших членов КПСС собирает у штабной палатки какой-то капитан, оказавшийся секретарем парткома полка, капитаном Чечелем. Ехать надо в г. Шинданд, где стоит наша 5 мсд для постановки на партучет. Едем, как на экскурсию, с шутками и прибаутками залезая в грузовик. Это наша первая вылазка в чужой стране. Настроение приподнятое и боевое.

В политотделе дивизии встаем на партучет, заодно получаем краткую информацию о военно-политической обстановке в ДРА. Ясно одно: присутствие здесь нашей 40-й армии – гарантия от иностранного вмешательства и основной стабилизирующий фактор партии НДПА и ее руководителя Бабрака Кармаля. Напоследок дают напутствие: всем коммунистам быть примером выполнения воинского и интернационального долга. От успешного выполнения поставленной перед нами задачи напрямую зависит безопасность нашей Родины. Но нам можно этого и не говорить: каждый готов выполнить любую поставленную задачу.

Наконец, приказ на марш получен. Выходим рано утром. Идти километров пятьсот. Конечная цель маршрута – новое место дислокации части, город Кандагар. Название звучное, сурово-рычащее, пряно пахнущее Востоком. Город, как узнаем, – крупнейший центр на юге Афганистана, столица одноименной провинции, а заодно и современный международный аэропорт. Строили аэропорт американцы и, естественно, с «дальним» прицелом. Поэтому, как сообщили нам перед маршем, чтобы в Кандагаре со своими «боингами» не сели американцы, там обязательно должны осесть мы! Задача – стратегическая. На душе – коктейль из тревоги и профессиональной гордости. Надо же, мы выполняем СТРАТЕГИЧЕСКУЮ ЗАДАЧУ: опередить американцев, которые, естественно, спят и видят, как бы разместить свои ракеты под брюхом нашей страны!

Идем маршем по отличной бетонке, жадно впитывая впечатления от экзотической страны. Нам все необычно: страна, люди, быт, природа! Я уже влюблен в Афганистан. Впервые вижу горы, и от их суровой красоты меня охватывает эйфория. Голубое, бездонное небо, чистый, хрустальный, сладковатый, даже с каким-то пряным ароматом воздух. Его хочется пить, как воду, большими жадными глотками. Наверное, Афганистан – единственное на планете место, где воздух остался в первозданной чистоте. Таким дышали и наслаждались наши предки. Подумалось: а ту ли цену мы платим за свои призрачные удобства?

Из-за небывалой чистоты воздуха теряется перспектива, пространство словно сжимается. Видимость – на сотни километров. Смотришь, вот она, горочка, рукой подать! А едешь час, другой, а она все так и маячит впереди, как морковка перед осликом.

Вдоль дороги тянутся аккуратные ряды азиатских сосен. А кругом каменистая пустынная равнина, изъеденная оврагами и мелкими речушками. Иногда дорога петляет вместе с речушками среди небольших горных массивов. На узловых точках дороги, у мостов, – аккуратные домики дорожных служб, выложенные серым тесаным камнем.

Деревень по дороге встречается мало, разве что у какой-нибудь реки. Но когда наша колонна бесконечной зеленой змеей вползает в очередную деревушку, сбегаются все. Словно бродячий цирк приехал. Мы с любопытством вглядываемся в незнакомый быт. Сидящие у домов седобородые старцы, щурясь из-под руки, разглядывают проносящиеся машины. А местная ребятня, весело размахивая руками и что-то крича, несется рядом. С брони к ним летят пакетики с сахаром и сухарями от сухпая. Пацаны ловко, на лету, подхватывают добычу и сопровождают нас до конца деревни.

На обочинах, то там, то здесь, едва ли не вплотную спинами к проходящей технике – группы сидящих на корточках афганских мужчин. Мне они напоминают наших российских голубей, плотными кучками греющихся зимой на люках теплоцентрали. Удивительно, но здесь на корточках сидят все! Причем где угодно, в самых неожиданных местах! Вот один даже угнездился на придорожном километровом столбике! Каким-то чудом держа равновесие, он, как на насесте, горным орлом, свысока поглядывает на своих соплеменников.

Афганцы мне нравятся. Красивый народ! Черноволосые, с правильными европейскими чертами лица и с каким-то внутренним достоинством во взгляде. Встречаются и рыжие. На рыжего пацана его сверстники, «подкалывая», смеясь, показывают пальцем: «инглиси» (т. е. англичанин). Тот тоже смеется в ответ: привык. Да и мы смеемся, глядя на такого «родственничка». Почему-то нас здесь упорно принимают за англичан. Только и подходят с вопросом: «инглиси?» Мы отвечаем: «Русские!» Те, не понимая, таращят глаза. Для них все белолицые – англичане. Только потом узнаем, что мы, оказывается, «шурави» (советские).

Везде нас встречают очень хорошо. А может, действительно, все уверены, что мы англичане? Вот на дороге останавливается встречный шикарный «мерседес». Из машины выскакивают по-европейски одетые парни и девушка. Все приветливо машут нам руками, а девушка радостно прыгает, хлопая в ладоши. Наверное, тоже приняли за англичан…

Бойцы на броне улыбаются и приветливо машут в ответ. Отвечаю с достоинством и я. В душе – гордость. Мы, воины великой страны, пришли на помощь маленькому народу, мечтающему вылезти из вековой нищеты…