Чтение онлайн

— Неплохо выкрутился, — с улыбкой ответила Эддисон.

— Я учился у лучших.

— Это, конечно, сработает, — послав Эддисон знающий взгляд, сказал Эван, — но я бы не хотел привлекать к клубу лишнее внимание.

— Согласна.

— Ты уверен в этом? Подумай о такой рекламе, — возразил я.

— Мы прекрасно обходимся и без медиа-цирка.

— Ну как хочешь.

— Ты уже должна быть на сцене! — Монте просунул голову через дверь.

— Угомонись. Уже иду, — он повернулся к Эддисон. — Выйди через черный ход, а потом через две двери спустись в «тратторию» (прим.: Траттория — тип итальянского ресторана с соответствующей кухней). Постучи в заднюю дверь и скажи, что тебя послал Эван. Вы можете выйти через него на случай, если кто-то следил за Барретом.

— Ты всегда придумывал самые лучшие планы в кратчайшее время, — Эддисон ухмыльнулась.

Эван подмигнул, и поспешил к двери.

— Люблю тебя, — крикнул он.

— Я тебя тоже, — ответила Эддисон.

— Баррет, — Тай прочистил горло, — почему бы нам с тобой не подождать снаружи, чтобы Эддисон могла одеться.

— Сначала я хотел бы с ней поговорить.

— Хорошо. Я буду за дверью.

— Спасибо, мужик, — ответил я.

Когда дверь за Таем закрылась, Эддисон робко взглянула на меня.

— Уверена, что знаю, о чем ты хочешь поговорить.

— О внешней политике кампании?

— Нет. Об Эване, — Эддисон рассмеялась.

— Бинго.

— Я боялась, что это случится, — вздохнув, произнесла девушка.

— Что я могу найти тебя, поющей в клубе для трансвеститов? — спросил я, скрестив руки на груди.

— Нет, что ты узнаешь правду об Эване, — уголки губ Эддисон дрогнули.

— На него были данные ФБР, но там точно не было ничего такого, что могло бы создать неприятности.

— Потому что, когда Эвану было двадцать пять, он официально изменил свое имя.

— Почему?

— Хоть мои родители полностью признали, что он гей, Эван чувствовал, что моему отцу будет намного легче, если он будет скрывать это. Люди в его церкви не простили бы, если бы у него был сын-гей, который владеет клубом и выступает в шоу трансвеститов.

— Да, наверное, так и было бы.

— В конце концов, Эван не хотел, чтобы папа потерял из-за него свою работу.

— Он поступил благородно.

— Таким является Эван, — взгляд Эддисон излучал чистейшую любовь. — У него самое большое сердце во всем мире, — с благоговением сказала она.

— Не только, у него еще и чертовски хороший голос, — подмигнув, сказал я. — Как и у его сестры.

Щеки Эдисон стали пунцовыми.

— Спасибо.

В ее скромности было что-то очень милое, что делало ее еще более привлекательной. Конечно, тот факт, что она была практически голой под рубашкой, тоже был очень привлекательным. Я прочистил горло, чтобы очистить свой разум от мыслей, которые вели прямо в ад.

— Измененное имя Эвана не фигурировало ни в одном файле.

— Если копнуть поглубже, то можно выяснить, что клубом владеет Эван Нельсон, а не Эван Монро, — Эддисон закатила глаза, а потом рассмеялась вопреки своей первой реакции, — он выбрал фамилию в честь принца.

— Хороший выбор, — я рассмеялся.

— Баррет, — Эддисон стала серьезной, — я не рассказала тебе об Эване не потому, что стыжусь его.

Я поднял руку, чтобы заставить ее замолчать.

— Я знаю, также знаю настоящую причину, почему ты мне ничего не сказала.

— Знаешь?

— Ты боялась, что это отразится на кампании отца.

— Ты не думаешь, что я солгала ради денег? — глаза Эддисон расширились.

— Хотя я уверен, что ты не хотела навредить себе, я знаю, что в душе ты волновалась о том, как такая новость повлияет на шансы отца.

Она кивнула.

— В тот день, когда я встретилась с твоим отцом, он и Берни были так уверены, что в моем прошлом нет никаких скелетов, что я не смогла заставить себя рассказать им об Эване.

— Хотя я уверен, что моему отцу было бы наплевать, но некоторые из его советников были бы недовольны этой новостью.

— Рассказать им сейчас? — прикусив нижнюю губу, спросила Эддисон.

— Думаю, он имеет право знать, особенно если что-то всплывет в прессе после нашего визита сюда. Будет лучше, если это не застанет его врасплох.

На лице девушки появилось обеспокоенное выражение.

— Как думаешь, он разозлится на меня из-за моего вранья?

Я улыбнулся, заметив, что ее так волнует мнение отца, что она совершенно не замечает, как сильно он ее обожает.

— Не волнуйся. Он поймет.

— Надеюсь.

— Вот увидишь.

Эддисон улыбнулась.

— Спасибо за то, что с пониманием отнесся к этому, Баррет.

— Не за что.

— Но я все еще злюсь, что ты решил, что я могла быть мужчиной.

— Как я сказал, это было заблуждение, вызванное острой паранойей, — когда девушка раздраженно закатила глаза, я возразил, — поставь себя на мое место. Ты сказала, что будешь дома всю ночь, а мы выследили тебя в этом клубе. К какому еще выводу я мог прийти?

— Может, я была здесь, чтобы посмотреть шоу, — наклонив голову, Эддисон продолжила, — или любой другой сценарий, где я не выступала в роли мужчины?

— Послушай, — я поднял руки, — мне очень жаль. Если тебе от этого станет легче, я сначала подумал, что это мужской стрип-клуб.

— Пожалуйста, скажи, что ты шутишь, — Эддисон вздернула брови.

— Вовсе нет.

— Как ты вообще мог об этом подумать?

— Это единственный вывод, который я мог сделать, когда мы с Таем вошли в какой-то клуб, и нас окружили толпы пьяных невест. Логично подумать, что это был стрип-клуб.

— С твоими не столь выдающимися способностями к дедукции удивительно, что тебе вообще удалось получить степень магистра, — дразнилась девушка.

— Почему так непостижимо понять, что ты улизнула, чтобы посмотреть на парочку обнаженных мужчин?

— Ну, во-первых, я подписала контракт, чтобы стать твоей невестой, а, по моему мнению, большинство помолвленных женщин не посещают стрип-клубы, если только это не их девичник. Во-вторых, ты уже достаточно хорошо меня знаешь, чтобы понять, что я не из тех, кто любит стрип-клубы.

— Я знаю это. Я просто хотел, чтобы это был стрип-клуб. Это бы значило, что ты не искала другого мужчину — ну, не того, который был бы весь в масле и стрингах.