Чтение онлайн

Алешка спрыгнул с подоконника:

– Проснулся? Собирайся, домой пора.

Тут открылась дверь, и вошел Карлсон.

– Стучаться надо, - сказал я сердито.

– А где Дед Мороз Август?
– спросил Алешка.
– Уже уехал?

– Еще нет!
– как-то противно засмеялся Карлсон и стал похож на злобного поросенка.
– И не уедет до тех пор, пока не выполнит мои условия.

– Это еще какие условия?
– завопил Алешка, который совершенно не выносил несправедливости и наглого обмана.
– Деньги он для вас украл? Украл. Вот и подавитесь!

– Ты отцу будешь советовать, - разозлился Карлсон, - когда с ним увидишься.
– И опять противно засмеялся.
– Но это будет не скоро. Я отпущу вас, когда получу за вас денежки.

– Фиг получите, - сказал я уверенно.
– У нашего отца вообще денег нет, не только на выкуп.

– Квартиру продаст, - не менее уверенно возразил Карлсон, - ради таких-то деток.

– Не продаст, - злорадно врезался в разговор Алешка, сочиняя на ходу.
– У нас квартира казенная, папа дворником подрабатывает - ему и дали две комнаты. В подвале.

– Ну тогда мамочка что-нибудь продаст.
– Карлсон заметно терял уверенность и терпение.

– А у нас нет мамочки, - на всякий случай и тут соврал Алешка.
– Она нас бросила. У нее теперь другой папочка. В Прибалтике.

Карлсон откровенно поскреб затылок - он уже дуреть начал от нашей информации. Папа - дворник-инженер, мама - в Прибалтике…

И тут его терпение лопнуло. Он вытащил из кармана блокнот, выдрал из него страничку и прихлопнул ее ладонью к столу.

– Садись!
– рявкнул он (мне или Алешке).
– Пиши!

– Сам пиши!
– сказал Алешка.

– Я не умею!
– сказал я.

– Ну все! Мирные переговоры сорваны! Сейчас я позову маму, и она вас выпорет. По-настоящему. Она умеет, сам знаю.

– Пусть только попробует!
– спокойно сказал Алешка.

И в руках его появился пистолет, направленный прямо Карлсону в лоб.

И они тут же исчезли за дверью - Карлсон и его лоб.

– Брось сейчас же!
– завизжал Карлсон в коридоре, изредка просовывая испуганное лицо в дверную щель.

– Щаз-з!
– злорадно сказал Алешка.
– Разбежался!

Карлсон исчез, и было слышно, как он затопал по ступеням.

– Где ты его взял?
– спросил я Алешку про пистолет.

Он небрежно пожал плечами - подумаешь, задача:

– Под подушкой.

– Дай посмотреть.

Я взял пистолет - он был тяжелый и настоящий - и вынул из рукоятки обойму. Патронов в ней не было.

– Ну и пусть, - легкомысленно отмахнулся братишка.
– Они ведь этого не знают.

– Узнают! Ищем патроны!

А внизу послышался грозный крик Карлсона:

– Карпухин! Где твой пистолет?

– Во!

– Алехин! Где твой пистолет?

Молчание.

А потом злобный вопль Карлсона:

– Идиот!

– А в нем патронов нет, - оправдался Алехин.

Мы лихорадочно обыскивали комнату, перевернули и выдвинули все, что смогли, даже матрасы на пол сбросили - патронов не было.

– Ищи, ищи, - подстегнул я Алешку, а сам начал сооружать баррикаду у двери. Чтобы выиграть время.

По лестнице опять затопали бандитские ноги. Но баррикада уже была готова: тумбочка, на ней - телевизор, на телевизоре - большая стеклянная ваза.

Но это не очень нам помогло. Мы не учли, что дверь открывалась наружу.

Правда, все равно неплохо получилось, когда бандиты во главе с Карлсоном распахнули дверь. Баррикада оказалась неустойчивой и рухнула прямо на них. Тумбочка, правда, устояла. Телевизор, увы, разбился с гранатным грохотом. Ваза, кстати, тоже - разлетелась на тысячу осколков об голову Карлсона.

Когда бандиты выбрались из-под обломков, на них опять смотрел неумолимый и грозный пистолетный ствол в моей руке. Правда, пустой.

– У вас патронов нет, - неуверенно сказал, кажется, Алехин.
– Вот они, - и он потряс кулаком с зажатыми в нем патронами.

– У нас свои были, - сказал я и злорадно потряс пистолетом: - Вот они!

– Оставьте их в покое, - послышался властный голос Бабы Яги.
– Я сама с ними справлюсь.

И она, оттолкнув тумбочку, смело шагнула в комнату.

– Вы ведь не станете стрелять в женщину?
– уверенно спросила она.

«Особенно, в такую, - подумал я, - ее и так жалко». И опустил пистолет.

– Ну и зря, - сказал Алешка с досадой.

Баба Яга забрала у меня оружие. Бандиты, осмелев, ввалились в комнату.

– Они мне нравятся, - сказала старушка.
– Из них выйдет толк.

– Письмо мы все равно писать не будем.

– Ну и не надо. Будете жить здесь. И Августа с его Дашкой я не отпущу…

– А если напишем?
– спросил я.
– Отпустите?

– Конечно! И вас тоже. За деньги.

– Честно?
– спросил Алешка. И по его хитрому голосу я понял, что он что-то задумал.

– Еще как честно-то!
– ухмыльнулся Карлсон.

– Нам надо подумать, - сказал я.
– Посоветоваться. И с Августом Майским - тоже.

– Это наше условие, - сказал Алешка таким тоном, что было ясно - он ни за что не уступит.

Алехин посмотрел вопросительно на Карлсона, Карлсон - на свою маму. Та подумала и кивнула.

– Даю вам два часа, - сказала она, выходя из комнаты.
– И приберитесь здесь.

– Еще чего! Кто натворил, тот пусть и убирает.

Да, они еще не раз пожалеют, что мы попали на этот шар. Это я по Алешкиным глазам понял.

Когда они убрали все осколки и обломки и оставили нас в покое, мы стали по-быстрому соображать - а нельзя ли как-нибудь попроще выбраться на волю?

Окошко отпадает - на нем, хоть и красивая, но все-таки решетка. Дверь в коридор тоже не пойдет. А вот за шторкой еще одна дверь - неизвестно куда.

Я повернул ручку, и дверь без лишних слов оказалась незапертой. За ней было что-то вроде чуланчика со встроенным шкафом и еще одна дверь. Но без ручки.

Алешка бухнул в нее ногой.