Каникулы
Шрифт:
– С чегой-то вдруг?!
– А я буду к тебе во снах являться привидением. И, может быть, даже когда ты будешь в душе.
– Вампиры не становятся привидениями.
– Вот поэтому я и договорился с одним призраком. Он такой надоедливый, что даже мне надоел. Так что, пришлось ему пообещать, что он сможет докучать всем по чьей вине я погиб.
Занятая препирательством с вампиром, Светлана пропустила момент, когда звуки боя стихли. Она обратила на это внимание только тогда, когда почувствовала на себе скорее взгляд, чем магический импульс. Медленно повернувшись, она увидела каменного монстра. Сейчас он выглядел так, что полностью оправдывал своё название: царапины, рытвины, рваные раны и только половина головы. Но больше всего Светлане не понравились две вещи: широченная, как у Чеширского кота, улыбка и пожарный топор в опущенной руке.
А вампир, тем временем, поудаляв что-то из игры, вышел из неё и удалял саму игру. Светлана затрясла его за плечо,
привлекая его внимание. Вампир отвлекся от ноутбука, выпрямился и пригладил пиджак. На появившегося гостя он даже не обратил внимания. Из темноты подвала вынырнул эльф. Направив свой пистолет на каменное созданье, он, практически в упор, выпустил автоматную очередь ему в голову, разнеся ещё кусок головы вместе с правым глазом. Каменюка даже не пошатнулась. Даже улыбка не стерлась с остатков каменного лица поблескиващего прожилками мрамора, кирпича и бетона. А уж на эльфа, принявшегося спокойно перезаряжать пистолет, он обратил внимания не больше, чем на муху, кружащую над гробом покойного друга детства, на чьи похороны он не поехал.
– Не та учетка?! – обыденно спросил вампир
– Неа! – глухо ответил монстр.
– Ну и черт с тобой! Лорик?!
Эльф передернул затвор и обернулся на вампира.
– Зови остальных. Буду ждать всех у машины.
И вампир спокойной походкой, пошел к выходу. Не зная, как реагировать на ситуацию, Светлана помахала монстру рукой:
– Пока! – пискнула она.
Монстр поднял левую руку с обломанными пальцами, помахал ею и продолжая улыбаться протянул:
– Покааааа!
Светлана очнулась только у машины, когда наткнулась на спину остановившегося вампира.
– Я не поняла, а что это там было?!
Сзади подошли оборотни. Они пошатывались и поддерживали друг друга, но, в целом, были живые и бодрые. На Гене даже одежда была порвана не сильно.
– Меня больше интересует, что было здесь! – пробурчал вампир, показывая на остов машины, стоящей на кирпичах. Видимо, колеса свинтили первыми. Только поэтому её и не угнали. Зато не побрезговали снять даже двери.
– Ну и у кого были ключи. Чего двери не заперли?!
– Я запер! – отмахнулся Алексей, – Найдем двери, сами убедитесь.
– То есть, ты меня ещё и снаружи оставить хотел! – задохнулась от возмущения Светлана.
– Ага! – честно признался вервольф.
– А если б и меня похитили?
– Зачем?
– За выкупом!
– Да уж как-нибудь наскребли бы на две конфетки, творожок и пачку фломастеров.
– Козел! Меня изнасиловать могли!
– Ага, счаз! Размечталась! Здесь местные бабы по второму кругу не перенасилованы. На приезжих фиф никто размениваться не будет.
– М-да! Весело с вами, – пробурчал Василий, – И давно такое?!
– Не, – шмыгнул носом Гена, – Только вторую ночь.
– Понятно. Но лирика лирикой, а цинизму не хватает. Так что, я направо.
И он исчез в темноте.
– Я налево, – отозвался Гена, исчезая в противоположном направлении.
– Ну вот. Все хорошие стороны разобрали, – проворчал Лешка, растворяясь в ночи.
– Э?! А мы как же?! – Светлана в растерянности повернулась к эльфу.
– Ну, хочешь назад сходим, – предложил он, – Только у меня всего 2 обоймы осталось.
– Куда они все слиняли-то? – Светлана проигнорировала предложение эльфа.
– Не знаю, – честно ответил он, доставая и раскуривая сигарету.
До Светланы донесся пряный аромат травяного наркотика.
– Обезболивающее! – пояснил эльф под суровым взглядом девушки, – Я там, в подвале, коленкой ударился.
– Зашибись! – констатировала Светлана.
Оставаться одной у машины было не весело, но и вооруженный наркоман под боком веселья не добавлял. Впрочем, на одиночество жаловаться было грешно, потому что вскоре из темноты начали появляться странные люди. Они тащили снятые с машины вещи, и кто испуганно и суетливо, кто отстраненно с механической последовательностью, стали ставить их на место. Уже через несколько минут, машина выглядела как новенькая.
Последним из темноты появился Лешка. Гена с Василием уже дожидались его сидя в машине. Сев за руль, он достал из кармана прикуриватель, вставил его на место и повернулся к остальным:
– Ну почему я глюк, а?!
– Леха, ты не обижайся, – эльф старался говорить тихо, будто бы извиняясь, – Но я, когда тебя первый раз увидел, то точно также подумал.
– Да?! Интересно, это связано с типом наркоты, который вы жрете, или у вас диагноз одинаковый?!
– Так! Давайте кое-что уточним! – Светлана начала потихоньку закипать, – Это всё из-за какой-то тупой онлайн-игры?!
– Ну почему же тупой? Это очень хорошая онлайн-игра! – Василий смущенно ковырял пальцем в крышке стола.
– Дядь Паш?!
Вампир очень старался не рассмеяться, но не сдержался и захихикал, уронив голову на руки.
– Они с Николаем в разных кланах состоят. Так что периодически оформляют друг другу какие-нибудь пакости. Правда, до похищений пока не доходило
– Ну я же не знал, что он адрес всё-таки вычислит. – извиняющимся тоном пробормотал Василий. – И не верил, что он днём, под лучами Солнца, от коллектора дойти сможет. Он на закате, пока я ещё в отключке был, гроб цепями обмотал и остался темноты дожидаться.
– Ещё один маленький вопросик. – Светлана поднялась со стула. – Николай?! То есть, у него ещё и имя есть?
– А почему у каменного тролля не может быть имени?!
Светлана выматерилась и села, старательно отводя глаза от ехидного взгляда дяди.
– А ты – гомункулус, голем!
– Двоечница, – буркнул Лешка, потихоньку прихлебывал крепкий сладкий чай.
– Николай и мухи-то не обидит – продолжил дядя Паша, не обращая внимания на оборотня. Но тут уже встрял Гена:
– Ага! А нас-то он очень даже обидел.
– Ну вы ж не мухи, – логично отбрил Павел Иванович, – Вы на него напали, он защищался. Ушастый вон, вообще, ему полголовы отстрелил.
«Ушастый» не сидел за общим столом. От алкогольных и наркотических возлияний его разморило, и он похрапывал на диванчике. Правда, когда про него заговорили, то храп слегка притих, а когда все повернулись, чтобы взглянуть на него после слов Пал Иваныча, захрапел с новой силой.
– Но, если бы я думал, что с моей любимой племянницей, – Павел Иванович потрепал девушку по плечу, – может что-нибудь случиться, то ты бы никуда не поехала.