Чтение онлайн

Книга передает взгляд Церкви на монашество и строгие правила, коими регулировалась жизнь иноков в древнее время; знакомит с порядком судопроизводства церковного над епископами и клириками.

Та же книга раскрывает учение Церкви о браке, о девстве и разводе. Читатель встретит там отчетливо проведенный, но современным религиозным сознанием забытый взгляд, ставящий резкую грань между первым браком и вторым, тем более третьим, взгляд, нашедший, кстати сказать, для себя довольно яркое выражеяие в Требнике (см. “Последование о второбрачных”). Там же найдет решительное воспрещение пресвитерам и диаконам, принявшим сан, вступать в брак (Апост. 26; Шест. 3 и 6), чего так жаждут и добиваются современные обновленческие иерии и диаконы.

Говорит эта богомудрая книга о ересях, о расколах, самочинных сборищах, об отношении Церкви к отлученным и иноверцам, об отступлении от веры, о должном поведении христиан во время гонений и во время войны, о праздновании воскресного дня, и о пирах, и о посте, и о роскоши, и о давании денег в рост, о посещении храма и о церковном пении).

Есть много сравнительно мелких правил, имеющих, однако, свою цену и значение, но перечислить их в письме нет возможности. И крупное далеко не все мною упомянуто.

1. Каноны, как и сказано выше, суть правила, регулирующие жизнь членов Церкви согласно духу и основным началам Новозаветнаго учения.

Уже одно то обстоятельство, что часть канонов, заключенных в “Книге правил,” именуется “Апостольскими,” свидетельствует о том. что книга эта тесно связана с учением Апостольским, непосредственно примыкая к писаниям первых учеников Христовых. И, конечно, святые Отцы, голос которых на соборах имел первенствующее значение, прекрасно понимали, что устроение Церкви должно продолжаться на Апостолами заложенном основании и приспособляться к нему. А Апостолы строили, “имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем” (Ефес. 2:20). И раз святые Отцы это понимали, то, разумеется, могли и выполнить и выполняли просвещаемые тем же Духом Истины, который озарял и апостольское сознание.

Поэтому мы можем и должны, со спокойной совестью довериться им, как послушные дети мудрым отцам и духовной и церковной архитектонике и, напротив, с осторожностью относиться к современным ученым богословам, тщетно, со вредом для себя и Церкви Божией, пытающимся “превзойти” самосознание святоотеческое. Будем помнить, что духовная истина движется по руслу святости, а не учености.

2. Природа Церкви, как Тела Христова, проявляется в канонах, как применение общего учения к частным случаям.

3. Каноны — связывающее звено между Церковью-организмом и Церковью-организацией. В связи с этим положением восстановите в вашей памяти 2-е мое письмо к вам и 5-ое.

4. Каноны могут видоизменяться в истории, сохраняя, однако, свой внутренний смысл, вытекающий из того, что сказано о них в предыдущих пунктах.

Святые Отцы блюли не букву канона, а именно тот смысл, который Церковь в него влагала, ту мысль, которую она в нем выражала. Например, должен быть епископ, объединяющей других. А кто являлся таковым, определялось историческими условиями, условиями и порядками государственной жизни, с которыми сообразовалось “распределение церковных дел.” Прочтите сначала 34-ое правило Апостольское, затем 28-ое правило 4-го Вселенского Собора (Халкидонского), 3-е правило 2-го Вселенского (Константинопольского), 17-ое правило 4-го (Халкидонского), а также 38-ое правило 6-го Вселенского (Трульского).

5. Иные каноны, не относящиеся к существу церковной жизни, в силу изменившихся исторических условий, теряли (иногда временно или в известном только народе, государстве) свое значение и упразднялись, будучи вызваны к жизни преходящими обстоятельствами. Так, например, у нас теперь едва ли применимы каноны, регулировавшие отношения церковной организации к верховной власти в Византийской и Русской империях.

Теряли в свое время и в известной части земного шара свое прямое, буквальное значение и наставления Св. Писания. Так, мудрое учение св. ап. Павла об отношениях господ и рабов утратило свой буквальный смысл с падением рабства, но лежащий в этом учении духовный смысл имеет, можно сказать, непреходящее значение и слова великого Апостола и теперь могут и должны являться нравственным руководством во взаимоотношениях христиан, стоящих на разных ступенях социальной лестницы, несмотря на провозглашенные начала свободы, равенства и братства. Прикиньте это и к “Книге Правил.”

6. Иные каноны, по мере накопления их, не упразднялись, а видоизменялись, вырастая преемственно друг из друга (единство предания), взаимно дополняясь и применяясь к исторической обстановке, без нарушения основных принципов церковного предания и жизни [1] .

7. Одним из принципов является ненарушимость преемственности священноначалия и поставление низших высшими “без всякого же прекословия меньший благословляется большим” (Евр. 7:7), призыв к служению Церкви, а не самопоставление и захват власти. Лишь соблюдение этого правила дает церковной власти богоустановленный характер и силу. Нарушение этого общего канонического положения разрывает связь между Телом Церкви и той организацией церковной, чрез которую связывает себя с этим Телом христианин [2] .

Ярким примером нарушения закона, что низшие поставляются высшими, является вновь образовавшаяся в Киеве украинская иерархия: там запрещенные в служении законной властью протоиереи поставляли друг друга во епископы, при посредстве участвовавших в рукоположении иереев, диаконов и мирян. Вышло рукоположение наизнанку и, разумеется, получилась не иерархия, а пародия на нее.

“Хотя начало отступления произошло чрез раскол, — пишет Василий Великий, — но отступившие от Церкви уже не имели на себе благодати Святого Духа. Ибо оскудело преподаяние благодати, потому что пресеклось законное преемство. Ибо первые отступившие получили посвящение от Отцов и, чрез возложение рук их, имели дарование духовное. Но отторженные, соделавшись мирянами, не имели власти ни крестить, ни рукополагать, и не могли преподать другим благодать Святого Духа, от которой сами отпали.”

8. В оправдание современных революционных церковных реформаторов, живоцерковников и обновленцев разного типа, ссылаются на церковные реформы патриарха Никона и Петра Великого [3] . Но едва ли эта ссылка может служить оправданием теперешних самозваных радетелей о Церкви Божией.

Достаточно указать на то, что ни при Никоне, ни при Петре не была нарушена преемственность Апостольской иерархии. Это одно решает вопрос и решает не в пользу живоцерковников и Ко.

Но, кроме того, тогда не было посягательства ни на вероучение, ни на нравоучение Церкви. Это — второе.

Далее, к участию в обсуждении реформ в то время допускались лица не путем партийного подбора, а свободно мыслящие [4] ) (в истинном смысле этого слова), что видно хотя бы из того факта, что вследствие протеста части духовенства (рассматривавшего регламент) по вопросу об участии мирян в Высшем Церковном Управлении, “регламент, уже прочитанный и исправленный самим государем,” подвергся изменению, и Петр должен был отказаться от своего первоначального плана [5] ).

Наконец, реформы, имевшие место при патриархе Никоне и Петре I, получили санкцию восточных патриархов, на что едва ли могут рассчитывать живоцерковники и иже с ними.

Правилами (κανόνες) [45] называются те письменные определения, которые законодательная церковная власть издавала с самых ранних времен своего существования и которые имеют силу обязательных законов. Эти правила изложены в основном каноническом сборнике Православной Церкви, изданном в Константинополе в 883-м году, который известен под именем Номоканона в XIV титулах. [46] В этом сборнике находятся правила св. Апостолов, правила Вселенских Соборов, десяти Поместных и правила тринадцати св. Отцов. Рядом с этими основными правилами имеют еще силу несколько канонических сочинений Иоанна Постника, Никифора Исповедника, Николая Грамматика, Василия Великого, Иоанна Златоуста и Анастасия.