Чтение онлайн

Дерзостный план Бенедетто взбудоражил Омара. Он вскочил на ноги и, тяжело дыша, подошел к старику. Жизнь итальянца висела на волоске. Он чувствовал это.

— Ты с ума сошел! Дьявол! — прошипел корсар. Лицо его судорожно скорчилось. Большими шагами он мерил комнату. Взад и вперед, взад и вперед. В десятый раз, в двадцатый… — Приведи ко мне одного из тех, кто солгал, будто их атаковал «Аль-Джезаир». Сейчас же! — резко приказал он и, уже чуть спокойнее, добавил: — Ему ничего не будет. Я даже вознагражу его, если он расскажет, не лукавя, все как было. Возьми вот это в залог того, что я не замышляю ничего дурного.

Он протянул Бенедетто несколько талеров с изображением Марии-Терезии — монеты, имевшие хождение по всей Северной Африке,

Была уже полночь. Однако желание Омара следовало исполнить, хотя Бенедетто и не понимал пока, что задумал его друг.

Одного из тех, кто спасся после атаки, они знали. Однако в Алжире его не оказалось, он успел уже уйти в рейд с другим кораблем. От его брата они узнали еще одно имя. Пират, к счастью, был дома, но идти к Омару наотрез отказался. Не изменили его отказа далее деньги.

— Обратитесь-ка вы лучше вот к кому… — назвал он новое имя.

— Благодарю, друг, мой господин богато вознаградит тебя, — попытался переубедить его негр.

— Не нуждаюсь я в его деньгах! — стоял на своем пират.

Третий, кого они всполошили в столь необычное время, сразу согласился пойти с ними. Как осторожный человек он уведомил об этом все свое семейство и наказал поднять на ноги весь Алжир, если до рассвета он не будет живым и здоровым стоять на том же самом месте, у себя дома.

— Благодарю тебя за то, что ты нашел мужество прийти ко мне сейчас, — приветствовал Омар пришельца. — Вот, возьми! — Он вложил в руку дрожащего всем телом мавра маленький кошелек с талерами. — А теперь расскажи мне, пожалуйста, как можно точнее, как вас атаковал «Аль-Джезаир».

Пират выложил все, что знал, а под конец сказал:

— Я говорю правду, Омар, сколь лишенной смысла она ни казалась бы. Корабль, что напал на нас, в самом деле был «Аль-Джезаир».

— Но ведь капитан Исмаил засвидетельствовал, что в это самое время встретился с моим кораблем далеко от Триполи, — усомнился Омар в утверждении мавра.

— Это был «Аль-Джезаир»! — настаивал тот.

— Но ведь это же невозможно, быть в один и тот же час в двух, на много дневных переходов удаленных друг от друга местах! Ты явно заблуждаешься!

— Это был «Аль-Джезаир»!

В глазах Омара заплясала ярость.

Бенедетто, будто невзначай, оказался вдруг между обоими спорщиками.

— Опиши этот корабль. Вспомни все детали, — попросил он мавра. — Видел ли ты Омара на борту?

Спрошенный долго размышлял. Потом махнул рукой и заговорил:

— Сперва я отвечу на твой вопрос: да, я видел Омара!

Далее он изложил до мелочей верное описание «Аль-Джезаира».

— Сколько тебе заплатили за эти выдумки? — вспылил Омар.

— Никто меня не подкупал, капитан. Я говорю правду.

В глазах мавра стоял страх, но трусом он не был и говорить неправду с перепугу перед разгневанным рейсом, определенно, не стал бы.

— Вот и я тоже говорю правду… — протянул Омар. — Ладно, друг, благодарю тебя. Больше у меня вопросов нет. Возьми свое вознаграждение.

Бенедетто проводил мавра до самого дома. Когда он вернулся, Омар сказал:

— И все-таки мавр лжет!

Итальянец молчал. Он не знал, что и думать.

— Или, может, есть еще второй «Аль-Джезаир»? — размышлял вслух корсар.

Бенедетто бросился к Омару, схватил его за плечи и стал трясти.

— Мальчик, друг, Ливио! Вот она, отгадка! Кто-то построил точно такой же корабль. Может, тунисский бей, с которым у Алжира давно уже натянутые отношения. Только так и могло быть. Даю голову на отсечение, твоя догадка верна.

— Мы ничего не знаем точно, — осадил капитан восторженность старика. — Но если это так, то я уничтожу этот ложный «Аль-Джезаир». Сожалею, что твой план, который мне, откровенно признаться, очень по душе, выполнить я пока не смогу. Здесь на кон поставлено мое доброе имя. Это — дело чести! Хочешь остаться со мной, Бенедетто? А потом, обещаю тебе, я обдумаю и твое предложение.

Мецци разочарованно отвернулся, утешая себя, однако, мыслью, что, удайся Омару потопить этот второй, таинственный парусник, у европейского мореплавания станет одним врагом меньше. Все свое внимание Омар устремит на неведомого противника, а о призах и думать забудет. И это тоже весьма ценно. Бенедетто махнул рукой и принял предложение.

Они долго обсуждали все детали предстоящей операции. Всех сколь-нибудь сомнительных парней своей команды Омар уберет и заменит их другими дельными людьми. Это не трудно, ибо вступить под начало удачливого пиратского капитана охотников хоть отбавляй.

Поначалу Омар должен остаться корсаром, как и прежде: ведь ложный «Аль-Джезаир» наверняка держится подальше от Алжира, его еще надо найти. Если только он вообще не предпочтет уклониться от встречи…

Не поспав за ночь и четверти часа, ранним утром Омар отправился к Гуссейн-паше.

— У нас завелся противник, о дей, — начал он. — Существует второй «Аль-Джезаир», который нападает на твои корабли.

— Откуда это тебе вдруг стало известно? — недоверчиво глядя на Омара, спросил турок. Коварный и вероломный, он и других подозревал в тех же грехах. Особенно таких вот, способных на все молодых и Удачливых рейсов.

— Я не знаю пока этого точно, но ничего другого просто быть не может. Подожди немного, и ты услышишь о новых нападениях на твои корабли, когда мой «Аль-Джезаир» будет стоять в гавани или крейсировать совсем в других районах Средиземного моря

— Если ты прав, тогда…

— …Тогда я его уничтожу! — перебил Омар могущественного дея.

— Сумеешь управиться с ним, и я постараюсь исполнить любое твое желание! — пообещал Гуссейн-паша.

— У меня одна лишь мечта — отомстить этому негодяю. Но для успеха в этой борьбе я прошу твоего позволения так оснастить, вооружить и обеспечить людьми мой корабль, как сам найду нужным. Пусть даже на это уйдет изрядное время.

— Поступай, как хочешь, только отправь этого супостата в ад!

Капитан уехал. К Ахмеду, Али и другим своим друзьям детства. Он хотел позвать их на свой корабль. В предстоящей великой борьбе на его стороне должны быть верные люди.