Чтение онлайн

— Помню.

— В доме полно… знаете, кого?

— Неважно, говорю тебе! Спусти лестницу.

Симон не посмел возражать. Он перекинул лесенку через подоконник.

Анри быстро поднялся и проник в комнату.

В этот миг тень, неподвижно стоявшая на другом берегу, вошла в воду.

* * *

— Сударь, — сказал Симон так тихо и тревожно, что Анри еле расслышал его, — знали бы вы, в какую игру играете!

— Я все знаю, — хладнокровно ответил барон.

Они проследовали на чердак.

Там он, чтобы не шуметь, сразу уселся на тюфяк паромщика и усадил того рядом с собой.

— Ты знаешь, откуда я теперь? — спросил он.

— Нет, — ответил Симон.

— Я от Монбренов.

— Из самого замка?

— Да.

— Да вы спятили!

— И есть от чего спятить. Но ничего, голова у меня еще на плечах.

И Анри спросил без обиняков:

— Говорят, что главарь черных грешников — я, это так?

Симон ничего не ответил.

— Ну, говори!

— Эх, что там! Да, сударь, говорят.

— А откуда мог пойти этот нелепый слух?

— Я не знаю.

— Но ты хоть знаешь, кто меня обвиняет?

— Никто не обвиняет, а говорят все.

Такого ответа Анри не ждал.

— Как "все"? — переспросил он. — Так об этом по округе говорят?

— Точно так, сударь.

— Так значит, жандармы меня арестуют?

— Очень может быть.

Тут Симон подумал, что молодой человек перепугается и тотчас же убежит. Но Анри даже не пошевелился.

Они немного помолчали.

— Стало быть, — сказал затем Симон, — лучше вам будет теперь отсюда уйти, господин барон.

— О нет! — спокойно возразил Анри. — Жандармов я не боюсь. Совсем не затем я вернулся.

— Правда?

— Я хочу, чтобы ты рассказал мне все, что знаешь.

— Да я, сударь, — ответил Симон, удивляясь его настойчивости, — ничего и не знаю.

— Как "ничего"?

— Да так-таки ничего.

— Ты говоришь, все считают меня виновным?

— Вроде того.

— Так значит, ты должен знать…

— Что все знают, то и я, а больше ничего.

— Ну так расскажи мне, — сказал Анри. — Я-то был отсюда за тысячу миль.

— Ну да…

— Стало быть, я-то ничего не знаю.

Если бы не было так темно, Анри мог бы заметить на губах у паромщика недоверчивую улыбку.

Барон продолжал:

— Так что же рассказывают? Что тут случилось?

— Первым делом, через неделю после вашего отъезда сюда явились черные грешники.

— Так-так!

— Остановили альпийскую карету на верх и заставили кучера Гаво отвезти их обратно на паром.

— А ты их перевозил?

Снова темнота скрыла от Анри улыбку паромщика.

— Перевозил, сударь, — ответил тот.

— А я как будто был среди них?

— Ну да.

— И куда они направлялись?

— Убить пастора Дюфура и сжечь его дом.

— Понятно. А потом?

— А три дня спустя они подожгли замок Монбрен.

— Но ты же их видел, — сказал Анри, — если они переправлялись на твоем пароме?

— Конечно, видел.

— Значит, ты можешь сказать, что меня там не было.

— Право слово, сударь! — сказал Симон. — Вы же знаете: черные братья носят капюшоны, под ними все одинаковые.

После этого Анри захотел добиться от перевозчика последнего слова правды.

— Послушай, Симон, — сказал он, — ты же меня с детства знаешь, правда?

— Правда, сударь.

— И что ты думаешь об этом нелепом обвинении?

— Ничего не думаю, господин барон.

— Но ты же не можешь верить…

Симон ничего не ответил.

— Значит, все думают, что я виновен?

Симон все молчал.

— О! — воскликнул Анри. — Мне кажется, что я брежу… Ты, Симон… ты…

Вдруг на улице послышались шаги.

Симон услышал их и бросился к окну. А высунувшись наружу, он еле сдержал крик.

Лестницы под окном, больше не было.

Кто же ее убрал?

X

Несколькими часами ранее, вскоре после захода солца, на дороге из Мирабо в Маноск, как бы невзначай, повстречались два человека.

Один из них нёс под мышкой ружье, на спине мешок для дичи; он был похож на мелкого сельского землевладельца, отчасти мещанина, отчасти крестьянина, из тех, кого из вежливости кличут "господами фермерами".

Перед ним неспешно бежала лягавая собака, а в мешке лежала пара кроликов.

Второй был бедный бродячий торговец, и паромщик Симон наверняка признал бы в нем того самого коробейника, что сидел у него вечером полгода назад.

— Простите, сударь, — спросил Коробейник, — это дорога в Мирабо?

На что господин фермер со смехом ответил:

— Да ты это и без меня знаешь.

Он огляделся и сказал:

— Тут кругом даже кошка не пробегала, можешь говорить свободно.

— У меня новостей нет.

— Вот как?

— До сих пор о нем ничего не было слышно.

— Даже дома у него?

— Я недавно там ночевал, пережидал дождь. При мне там никто не появлялся. Если бы там знали, что он вернулся, они бы сказали.

— Вернется, будь уверен.

— А говорят, его там убили?

— Говорили, но это неправда. Ты тут вокруг походил?

— Целый месяц только тем и занят.

— И что говорят?

— О нем довольно много стали говорить.

— В самом деле? — усмехнулся человек с легавой собакой.

— Пару дней назад бригадир жандармов из Венеля немножко проговорился в Кадараше в трактире.

— И что сказал?

— Выходит, приказано его взять.

— Ну да, вот только пока он не явится, взять его не смогут.

И человек с парой кроликов вздохнул.