Капитан Магу. Горы любви и скорби
Шрифт:
– Прекрати истерику! Ты – офицер, а не кисейная барышня! Лежи и лечись пока. И думай… Вылечишься – примешь командование, откажешься – никто тебя заставлять не будет, катись на все четыре стороны!
И ушел, хлопнув дверью. Вот и поговорили. Так ведь ничего толком и не узнал, ни о потерях, ни о дальнейшей судьбе своей роты. Алекс, по совету себрийца, попробовал успокоиться и принять взвешенное решение. Такое предложение только один раз в жизни делают, но и ответственность огромная, а опыта командования такой массой войск нет, как и знаний теории. И тут в палату произошло новое вторжение.
– Что за шум, а драки нет?
Похоже, доктор был не на шутку обеспокоен едва не разгоревшимся скандалом. Но появился он весьма кстати, как раз потребовалось прояснить некоторые моменты относительно собственного здоровья.
– Успокойтесь, доктор, все уже завершилось, и дальнейших боевых действий на территории вашей миссии не ожидается. Скажите лучше, долго мне еще здесь лежать?
– Нет, не долго. Рана у вас не очень серьезная, помощь вам оказали вовремя, поэтому осложнений не предвижу. Думаю, через недельку уже сможете вставать, а через месяц мы вас отсюда выпишем. Только постарайтесь первое время избегать физических нагрузок, а лучше съездите куда-нибудь отдохнуть.
– На отдых съездить?
– Да, на морское побережье или на воды. Заодно и нервы подлечите.
– Спасибо за совет, я непременно его обдумаю.
Три дня душу Алекса терзали сомнения, на четвертый доктор Мирлованов застал своего пациента на ногах.
– Что вы делаете? Вы с ума сошли, – возмутился медик, – рана может открыться!
– Вы же сами сегодня на перевязке сказали, что рана чистая, воспаления нет.
– А вы делаете все, чтобы оно было! Швы могут разойтись! Немедленно марш в постель!
Пришлось подчиниться. Но едва голова его коснулась подушки, как Алекс тут же поинтересовался:
– И долго мне еще лежать?
– Три дня минимум!
Эти три дня показались капитану вечностью. Он заранее затребовал, чтобы ему привезли запасной мундир взамен простреленного и залитого на спине кровью. Поскольку влезть на лошадь с примотанной к туловищу правой рукой не было никакой возможности, пришлось заранее позаботиться о коляске.
– Я бы настоятельно не советовал вам покидать сейчас нашу миссию…
– Спасибо за заботу, доктор. Надеюсь больше к вам не попадать.
К удивлению Алекса, Драган категорически отказался ехать вместе с ним в коляске и взобрался на козлы к кучеру. Войчетут – городишко небольшой. Пять минут езды по узким и кривым улочкам, и коляска остановилась у одного из ни чем не примечательных домов. «Свободная Себрия» занимала половину первого этажа. Честно говоря, внутри капитан ожидал увидеть бурную деятельность, действительность же больше напоминала неспешность провинциальной канцелярии. Правда, здесь его уже ждали.
– Судя по тому, что ты из госпиталя досрочно сбежал, наше предложение принято?
– Да, – решительно кивнул Алекс.
– В таком случае пошли, представлю тебя остальным членам комитета, заодно и с заместителем своим познакомишься.
Комитет «Свободной Себрии» произвел, скорее, негативное впечатление. Председатель, упитанный, розовощекий, с большими залысинами, говорил долго и с большим пафосом. Алекс решил, что он из бывших адвокатов. Впоследствии оказалось, не из бывших, а из действующих. Председательство в комитете «Свободной Себрии» он успешно совмещал с адвокатской практикой в Войчетуте. Не очень хорошо понимавший себрийский Алекс пользовался моментом, рассматривая остальных членов комитета.
Первым его внимание привлек седенький сухонький старичок в весьма почтенном возрасте. Сей персонаж был обряжен в старомодный, но, несомненно, военный мундир с темными пятнами на плечах, оставшимися на месте споротых эполет. Отставной вояка, до сих пор не утративший строевой выправки, весьма пристально, не стесняясь, рассматривал новоиспеченного командующего. Алекс, в свою очередь, бесцеремонно уставился на отставника, тот вызова не принял, отвел взгляд.
Еще три члена коллегиального руководящего органа «Свободной Себрии» интереса не вызвали – типичная интеллигенция, ни на что, кроме болтовни, не способная. Приятной наружности молодой человек в неважно сшитом коричневом костюме что-то интенсивно записывал, не иначе речь председателя. А вот последний из присутствующих…
Одет цивильно, но на голове традиционная себрийская шапка, которую он не снял даже в помещении. Поперек живота толстая золотая цепь, исчезающая в оттопыренном кармашке для часов. «Не иначе он там золотой будильник спрятал, для такой цепи он будет в самый раз». Если именно эта сволочь занимается снабжением продовольствием, то есть все основания за паршивую кормежку повесить его за шею на этой самой цепи. Председатель наконец-то закруглился и направился к Алексу.
– Поздравляю вас, полковник Барти, с вступлением в новую должность! Надеюсь, мы в ближайшее время услышим ваш план предстоящей кампании.
– Пренепременно, господин председатель, – пообещал полковник, – как только приму дела. Кстати, кто из членов комитета сейчас занимается военными делами?
Как и ожидалось, тот самый старикан.
– Генерального штаба подполковник Мартош! В отставке.
А взгляд у отставника неприятный, колючий.
– Ка… Э-э-э… Полковник Барти.
Чужая фамилия, да и новое звание какое-то ненастоящее. И все происходящее сильно напоминает плохое опереточное действо с паршивыми, безголосыми актерами, фальшиво поющими свои роли за мизерное жалованье. Со стороны все смотрится жалко и скучно, и все действующие лица это отлично знают, но делают вид, что все идет как надо. И тебе надо доиграть свою роль до самого конца, только следует постараться, чтобы крови по ходу игры было пролито как можно меньше.
– Прошу прощения, господа, но нам с подполковником Мартошем необходимо обсудить некоторые вопросы наедине.
Рабочее место отставного подполковника располагалось буквально за соседней дверью. В комнате присутствовал еще один персонаж в цивильном, поднявшийся при появлении офицеров.
– Крайчек, выйди, – бросил Мартош.
Он подошел к большому столу, хотел было опуститься в стоявшее за ним кресло, но передумал и остался стоять.
– Садитесь, господин подполковник, садитесь. Разговор нам предстоит долгий.
Поскольку других стульев в комнате не было, Алекс сел на стул вышедшего за дверь Крайчека.
– Вы в каком генеральном штабе имели честь служить?
– Астро-Угорском. И предупреждая ваш следующий вопрос, сразу поясняю, по матери я – себриец.
– Отлично. Отслужили вы в Астро-Угорской армии верой и правдой, вышли в отставку, а затем вдруг решили пыль стряхнуть со своего мундира?
– Вы на что намекаете, господин… полковник?
– Я намекаю? – фальшиво возмутился Алекс. – Да я прямо говорю, что как только под боком у Астро-Угорской империи появилась потенциально враждебная сила, как тут же вы вспомнили о своих себрийских корнях! Ну что вы молчите?! Скажите, что я не прав, что я ошибаюсь!