Чтение онлайн

Вообще хреново, что все планы покатились по известному месту, но это определенно ещё не хардкор. Ведь если убрать за скобки досаду и злость, то всё не так плохо, как кажется. Я жив и даже не ранен, на мне террабитовая броня. В ранце шесть батарей, в руках винтовка, на поясе два пистолета, и к ним есть сотня патронов. С продуктами пока непонятно, но тут, на «Росчерке», должны сохраниться пайки.

В Нулане сейчас середина лета. Пора – столица страны – находится на широте Санкт-Петербурга, и за бортом довольно тепло. Впрочем, в броне мне погода без разницы. Что ещё? До Станции Связи отсюда около шестидесяти километров. Можно поискать сохранившийся транспорт, но надёжнее прогуляться пешком. Из врагов пока только изменившийся сарх с лазерной пушкой.

Нет, так-то живности тут хватает. По дороге я видел стаи одичавших собак или, может, волков, но ни те, ни другие меня не пугают. Сейчас середина вечера, и неплохо бы определиться со своими дальнейшими планами. Хотя чего тут думать? Ещё пять минут посижу, а потом начну осмотр корабля. Переночую здесь, а утром двину на Станцию. Там разберусь с бывшим сослуживцем, уничтожу кристалл, осмотрю окрестности на предмет наличия вражеских средств ПВО и только после этого вызову «Алькор».

– Две группы воздушных целей! С востока и северо-востока! Расчётное время подлёта первой группы – шесть минут двадцать секунд. Из носового лазера их не достать…

Резкий голос Юки вывел из задумчивости. Напарница скинула в голову информацию, и мне тут же стало невесело. Два больших штурмовых звена, усиленных двумя бомбардировщиками АБ–60 в ста шестидесяти и ста тридцати километрах. Поднялись с двух аэродромов под Шатой и Олом – крупными городами на востоке Нуланы. Всего двенадцать атмосферников, идут на высоте четыре-пять тысяч метров и в зону поражения из винтовки зайдут через пару минут.

Шесть батарей в моём ранце – это двадцать четыре обычных выстрела, или двенадцать усиленных по две десятых секунды на импульс. У штурмовиков лазеров нет, погода нормальная, и я успею сделать все выстрелы даже с учётом перегрева ствола, но проблема в том, что ВЛ–10 – это не пушка, и совершенно не факт, что каждым выстрелом я собью самолёт. Скажем так: проще сыграть в рулетку, поставив на кон свою жизнь, чем попытаться изображать Рэмбо. Сбежать и сохранить жизнь – тоже достаточно проблематично, но там хоть есть какие-то зримые шансы. «Росчерк», конечно, жаль, но ничего не поделать.

Выматерившись, я подхватил винтовку, взял за шкирку кота и побежал в хвостовую часть корабля. «Росчерк» проще покинуть через проломы в обшивке. По-другому сейчас не уйти.

– Беги в поселок – там должны быть подвалы. По дороге я отстрелю оставшиеся обманки, – продолжала говорить Юки. – Ну или попытайся вспомнить пароль. Тогда все проблемы закончатся.

Мысленно успокоив орущего Сая, я пробежал коридор, повернул в следующий, скользнул взглядом по закрытой двери медицинского блока и… почувствовал на спине предательский холод.

Там внутри кто-то был! Индикатор на двери горел мягким салатовым светом! Юки об этом знать не могла – медблок не подконтролен управляющему искину, а у меня не было времени проверять каждый отсек. Сука! Ну почему оно так через задницу?!

Выругавшись и прикинув свои дальнейшие действия, я объяснил ситуацию Юки и быстро покинул корабль через неровный пролом. Бросив в траву кота, приказал ему бежать в посёлок, затем отошёл от корабля и вскинул к плечу винтовку.

Без учёта рельефа и в ясную погоду летящая на высоте пять тысяч метров цель войдёт в радиус поражения примерно на семидесятипятикилометровой дистанции [4] . В текущей ситуации стрелять придётся с пятидесяти, и наводиться буду с помощью «Росчерка». Шесть выстрелов сделаю за двенадцать секунд, потом две минуты будет остывать ствол, затем достреляю оставшиеся. По времени успеваю, а остальное – рулетка.

Шансов немного, но этого парня я тут не оставлю. Не знаю, кто там, но мы вместе с ним ушли на «Росчерке» с «Феникса» – и вместе пойдём дальше! Ну или вместе погибнем. Звучит до омерзения пафосно, но суть от этого не меняется. Да, я не тот Алекс рон Дарт, но стану дерьмом, если уйду!

– Первым – шестидесятый, – приказал я, направив ствол винтовки в чистое небо. – Дистанция пятьдесят километров.

На самом деле, плевать, с кого начинать, но бомбардировщик крупнее штурмовиков и летит выше на километр. Промахнуться по нему практически нереально. «Росчерк» возьмёт цель, Юки подправит прицел, мне останется только произвести выстрел. Хреново, что в кабинах самолётов нет живых операторов. Кристаллам страх неведом, и они не отвернут ни при каких обстоятельствах. Так что придётся стрелять до конца…

– Принято! Но ты всё-таки постарайся вспомнить пароль, – сухо ответила Юки и тут же добавила: – Есть цель!

– Земля, – усмехнувшись, произнёс я и нажал на скобу. – С заглавной. Русскими буквами.

– Есть поражение! – коротко отчиталась Юки, а дальше произошло странное.

Начавшие сгущаться сумерки прорезали голубые лучи! «Росчерк» ударил из бортовых лазеров!

– Цели поражены! – сухо отчиталась боевая подруга и спустя секунду добавила: – Все самолёты уничтожены. Отбой тревоги…

– М-да…

Я окинул взглядом всё такое же чистое небо, усмехнулся, опустил винтовку и позвал назад своего фамильяра. Вот ни разу не компьютерная игра. Пальнул разок в пустоту, и всё веселье закончилось. Даже не успел испугаться…

– Прости, командир, – Юки появилась перед глазами и виновато потупилась. – Я электронная дура… Думала, там использовались только символы из нашей Системы…

– А ты хоть понимаешь, что это означает? – хмыкнул я, глядя на боевую подругу.

– То, что он там, вместо тебя?

– Да! – я кивнул и улыбнулся. – Алекс рон Дарт на Земле, и это отличная новость!

Нет, я, конечно, могу ошибаться, но тогда скажите: откуда Алекс знал русский язык? Тёмный подсказал ему только одно слово и пояснил, как его использовать? Ага… Только как бы это выглядело для самого Алекса? Вот тебе слово, запароль оружие корабля и свали подальше в спасательной капсуле? Бред! Слишком велика вероятность ошибки, да и какой смысл уничтожать такого полезного парня, как Алекс? Тёмному нужно было перенести сюда часть матрицы, и он это сделал, но Земле ведь тоже угрожает опасность! Проще было произвести рокировку и каждого из нас озадачить. Только сделать это Тёмный мог лишь при непосредственном контакте… ну или в пределах этой Системы, потому, в отличие от меня, Алекс знал заранее, куда он направляется и зачем. Всё остальное – его личная инициатива.

Понимая, что у искина корабля поехала крыша, капитан приказал ему дожидаться и одновременно постарался максимально обезопасить моё здесь появление. Срезал двери по пути в командную рубку и запаролил бортовое оружие. Не сделай он этого, и я бы сейчас здесь не стоял.

В момент приземления на Лим приказ капитана был выполнен, и изменившийся кристалл просто разнёс бы «Алькор» бортовым залпом. Наверное, он мог бы взлететь и попробовать расстрелять меня носовым лазером, но решил, что надёжнее будет рвануть со мной на Талею и подвести корабль под огонь ПВО.

Когда не выгорело и с этим, враг, зная, что бортовые лазеры не работают, поднял самолёты с двух уцелевших аэродромов. Оппоненту Тёмного очень нужна моя смерть, и он ради неё пожертвует любым переметнувшимся искином.

Капитан это понимал и сделал всё, что было в его силах. Он очень помог. Мне или… себе будущему? Чёрт, а ведь интересно: кто мы с ним друг для друга? Незваные гости, которые хуже татар, или настоящие братья? Думаю, ответ на этот вопрос не знают ни философы, ни фантасты. Зато знаю я! Бойцы Первого Легиона считают своих сослуживцев братьями. Я теперь тоже космодесантник. Значит, тот парень, что сейчас на Земле, мой брат. После всего здесь случившегося мне так проще о нём думать. Да, возможно, я ошибаюсь…