Чтение онлайн

— Самые лучшие поводыри караванов в пустыне — это слепые. Караван идет, верблюды мочатся в песок. Этот запах только слепой почует, — заявила она.

— Сама ты пустыня! А точнее, тундра дремучая. Курица таежная, — перебила ее немедленно Ольга.

Я унеслась мыслями в далекое детство, но звон ключей в двери вернул меня к реальности. На пороге появился тот же вертухай, вывел меня из камеры и повел на свидание. «Дачка» и «свиданка» — эти два слова обычно идут в паре. Грязное, тусклое стекло, по обеим сторонам два стула и две телефонные трубки.

— Ждите, — сказали мне.

Надо отдать вертухаю должное: он понял, что я плохо ориентируюсь в незнакомой обстановке, помог сесть, дал в руки трубку.

— Говорите, — подсказал он.

Мама пыталась что-то рассмотреть своими невидящими глазами через грязное стекло. Но не видела меня.

— Доченька, любимая моя, как ты тут? — услышала я мамин голос, но не могла говорить, меня душили слезы.

— Ты слышишь меня?

— Слышу, — выдавила наконец я из себя.

— Как кормят, сколько людей в камере?

Вертухай стоял рядом и в такую же телефонную трубку слушал весь разговор.

— Прекращайте задавать запрещенные вопросы, я сейчас прерву свидание.

— А что в моих вопросах запрещенного? Я хочу знать, в каких условиях содержится моя девочка.

— Не положено, прекращу свидание.

— А о чем можно говорить?

Мы просто молча смотрели друг на друга. Я уверена, она видела меня. Вдруг в моей голове замелькали фразы из книг, понимать которые научила меня моя мама. И я сказала ей:

— Я вам пишу. Чего же боле, что я еще могу сказать? Это хоть не запрещено? — обратилась я к вертухаю.

Он промолчал.

Мама мне ответила так же, стихами. Мы поняли друг друга, а вертухай молчал и больше не встревал в наш разговор. Я вернулась в камеру успокоенная и даже счастливая. Увидела маму, поговорила с ней, на душе стало легче.

— Надо торопиться. Бесплатные рецепты скоро отменят, — сказала Кичигина Шурукиной. — Посидим пару вечеров, еще на пару лимонов накарябаем рецептов.

— Поиграем во врачей, — заулыбалась Кичигина.

— Поиграем, — поддержала ее подруга.

— Надо позвонить Юрию Марковичу, спросить, какие лекарства лучше всего уходят, чтобы не брать всякую ерунду. — И Валентина Кичигина взяла трубку, набрала номер. Пока ждала ответа, рассматривала себя в зеркале. На ней был короткий цветастый халатик. Кого-то явно изображая, она уселась в кресло и положила ногу на ногу. — Похожа я на врача?

— Похожа, похожа, особенно подпись.

— Да, ночами тренировалась. Сразу и не отличишь.

В трубке послышался приятный голос.

— Алло, Юрий Маркович? Здравствуйте. Это Валентина Кичигина звонит… Да, всё, как вы сказали. Хорошо… Мы договорились с аптеками об обмене… Да, хорошо. Скоро будем у вас. До свидания.

Валентина положила трубку и вздохнула:

— Рецептурные бланки воровать нет уже никакой возможности. Разве это бизнес? Один-два рецепта. Нет, надо что-то срочно придумать.

— А чего мы паримся? Подпись вместо нее ты ставить умеешь отлично. Закажем бланки и печати, — и зачем она тогда нам нужна? Ведь заметит скоро!.. И так всё при себе держит, из рук не выпускает, как дитя малое. Вон как забеспокоилась, когда нескольких бланков недосчитались, всю поликлинику на уши поставила.

— Ну, я ее утешила. Она мне точно поверила. Говорю: «После развода вы, Светочка Петровна, какая-то не такая стали. Рассеянная. Ну положили куда-то не туда, с кем не бывает. Найдутся. Кто их возьмет-то, когда все свои?» Она и успокоилась. А теперь бланки перестанут пропадать. Давно надо было это сделать. Бланки, печати сейчас на каждом шагу делают. Даже с оттиска. Самое главное — подпись. Нет, как я ее, а?! Круто. Талант!

— А то!

— Я так мечтала врачом стать, да не получилось. Мать в деревне. Откуда денег взять? Что они, врачи эти, понимают? Они что, умнее меня? Конечно нет. Вот бы мне диплом где прикупить. Я бы справилась, я лучше врача соображаю. Завидую я им. Ну, ничего. И мы кое-что можем.

Валентина позвонила знакомому таксисту, который обычно развозил их по делам:

— Не знаешь, где можно рецептурные бланки и печати заказать?

— Знаю, конечно, чего я в городе не знаю.

— Отвези, срочно нужно.

Таксисты люди ушлые, обычно знают всех и вся. Вот и сейчас он завел Валентину в кабинет, поздоровался.

— Помоги хорошим девочкам. Вот наличность, квитанция не нужна. Платим за срочность. Очень нужно. Выручи.

— Завтра заезжайте, все будет готово.

Назавтра заказ уже был выполнен. Две огромные пачки бланков рецептов, тысяча штук. Круглые печати поликлиники. Штамп поликлиники и личная печать врача — моя печать. Где мое место в этой преступной группировке? В чем пособничество? Выписать рецептов на полтора миллиона рублей у них ума хватило без меня. А вот на сто семьдесят шесть тысяч рублей — тут я им, оказывается, способствовала. Это выяснилось после экспертизы, которая показала, что на первую сумму рецепты выписаны Кичигиной от имени врача Богословской, а во втором случае определить принадлежность подписи невозможно. Оказывается, это сделала я. Хотя конституция гласит, что все сомнения должны трактоваться в мою пользу, а Уголовный кодекс ей вторит, что они не могут быть положены в основу обвинения. Но только не в Железногорском суде, где судьи торгуют свободой…

— Теперь у нас работы непочатый край, день и ночь писать рецепты будем. Погулять станет некогда. Ничего, найдем время, это дело святое. Если у меня весной нет новой любви — значит, год будет прожит зря. Не будем изменять…

Валентина не успела досказать фразу, Нина ее перебила:

— Будем изменять!

— Я хотела сказать: не будем изменять своим традициям.

Подружкам было весело. Они предвкушали огромную выгоду.

— Бросим козу в сарафане, устроим веселуху. Если что — паровозом пойдет. Мы ей устроим.

Договорились поменять в аптеке лекарства, заказали все, что просил Юрий Маркович. Заказ был быстро выполнен. Нина передала знакомой аптекарше кучу рецептов. Та выкатила огромные короба, набитые лекарствами, нераспечатанные блоки без цен. Нина быстро поставила за больных подписи о получении на обратной стороне рецептов.

Коробки оказались неподъемные.

— Ой, заболела, ой, заболела! — шутливо запричитала Шурукина.

— Лечитесь, — в тон ей ответила аптекарша.

Подъехал тот же таксист, загрузил полный багажник.

Путь лежал в другой город, где не было льготных лекарств и где провизор Юрий Маркович с удовольствием скупал их за треть цены и реализовывал через свою аптеку.

Доехали быстро. Валентина набрала номер.

— Встречайте, мы подъехали.

— Хорошо, разгружайтесь.

Юрий Маркович протянул Валентине пачку денег.

— Как и договаривались, треть ваша.

— Спасибо.

Женщины снова сели в такси. Вот теперь бизнес налажен. Валентина приказала таксисту:

— В ресторан — обедать.