Чтение онлайн

В этих размышлениях имелась своя истина. И все-таки меня пугала мысль начать все заново одной. На примере Эдриана я узнала, что существуют люди, охотящиеся на таких, как я. И им будет плевать на то, плохая я или хорошая. Главное, что у меня есть тень, а следовательно, для них я являюсь злейшим врагом. Мне надо так многому научиться! Маскировать свою тень, не верить первому встречному, тщательнее подбирать себе друзей, а главное – не ввязываться в авантюры. Сумею ли я освоить столь сложную науку выживания в одиночку?

– А вот и она!

Я вздрогнула от знакомого визгливого голоска. Подняла голову и увидела Ульрику. Фея стремительно влетела через распахнутую дверь, которую Фрей прежде не удосужился закрыть, и принялась накручивать яростные круги под потолком.

– Я чуть не погибла из-за тебя! – кричала она, все повышая и повышая тон. – Ты знаешь, через что мне по твоей милости пришлось пройти? А все ты и твой ненормальный дружок Эдриан!

– Он мне не дружок, – хмуро исправила ее я, упорно избегая встретиться глазами с Арчером, который как раз появился на пороге вместе с Морганом.

– Да ладно?! – ядовито удивилась Ульрика. – А кто же еще, если не друг. Ты же с ним договоры заключала, свое тело предоставила, помогла вернуться к жизни…

– Я понятия не имела, какой он на самом деле! – рявкнула я, оборвав перечень моих так называемых преступлений. – Я думала, что он осознал свои ошибки и заслуживает второго шанса. Откуда же мне было знать, что его ненависть к драконам настолько велика?

– Но это не объясняет то, что ты не поговорила со мной, – негромко заметил Арчер. – По-моему, я заслуживал узнать о таком знакомстве, тем более что оно произошло в моем доме. А вместо этого ты стала юлить и обманывать. Сейчас вспоминаю, как ты якобы в первый раз увидела эту проклятую книгу в моем кабинете – и противно становится. Ведь к тому моменту, насколько я понимаю, ты уже заключила договор. Просто желала узнать, в курсе ли я, какую вещь держу у себя. И все это провернула так ловко, что я даже ни на миг не заподозрил дурного! Да, стоит признать: лицедейка из тебя получилась великолепная. Теперь даже и не знаю, могу ли тебе доверять, раз ты так прекрасно умеешь обманывать.

Я опустила голову, пряча в тени выступившие на глазах слезы. Не хочу, чтобы Арчер подумал, будто я желаю разжалобить его и таким образом завершить этот неприятный разговор! Но, если честно, его холодный тон меня действительно очень сильно расстроил. Да, я понимаю, что поступила глупо и не очень красиво. Но в ту ночь, когда был заключен этот злополучный договор, я была слишком взбудоражена беседой с матерью Арчера, когда она, ни капли не смущаясь присутствия сына, осыпала меня оскорблениями. Хотелось совершить нечто такое, что заставило бы ее взять свои обидные слова обратно.

– Я уверен, что Мика хотела как лучше, – пришел мне на помощь Фрей, и я украдкой кинула на приятеля благодарственный взгляд. – Арчер, в самом деле, ты бы полегче с ней, что ли… Ей даже восемнадцати нет! Как будто сам в юности не совершал ошибок.

Теперь настала пора Арчеру смущаться и отводить глаза. Молодец, Фрей! Ударил не в бровь, а в глаз, напомнив молодому дракону о неприятной сцене, произошедшей однажды между ним и Морганом. Тогда стихийник едва не погиб от рук своего лучшего друга, став жертвой оговора его сестры.

– Давайте на время забудем о ваших личных разногласиях и сперва решим вопросы, не терпящие отлагательств, – вступил в разговор Седрик, словно нехотя отвернувшись от окна. – Итак, нам надо что-то делать с Эдрианом и Миколикой. Какие ваши предложения?

Я увидела, как арахния с такой силой вцепилась в подлокотники кресла, что ее пальцы побелели от напряжения. Да, у нее есть все причины бояться. Как-никак, она предала нас, завлекла в ловушку, и только каким-то чудом наша славная компания избежала гибели от рук безумного некроманта – ее муженька.

– Убить обоих – и дело с концом! – кровожадно воскликнула Ульрика. – Что Эдриан, что эта двуличная паучиха заслуживают смерти! – Помолчала немного и исправилась: – Впрочем, с Миколикой можно поступить иначе. Например, скормим ее тень Мышке. И собаке пропитание, и нам польза. Надо же отблагодарить ушастую за то, что она не тронула меня, когда ее натравливал Виллоби.

Если при первом предложении феи Миколика просто побледнела, то после уточнения о тени несчастная посерела от ужаса, смешанного напополам с отвращением. По всей видимости, участь лишиться тени страшила ее куда больше, чем смерть.

– Не надо убивать арахнию, – неожиданно вступился за хозяйку дома Фрей. – Мне почему-то кажется, что она больше не будет.

– Угу, конечно, она больше не будет! – с сарказмом воскликнула Ульрика. – Потому что мы больше не дадим ей такой возможности! Фрей, как ты можешь ее жалеть – она ведь помогала своему муженьку! Вспомни бедного сьера Гаррисона и несчастного Эдварда.

Услышав последнее имя, несчастный здоровяк отчетливо позеленел и подавился вином, поскольку как раз делал глоток прямо из горла бутылки, не утруждая себя поисками бокала.

– Не надо вспоминать Эдварда! – откашлявшись, просипел он, утирая рукавом рубахи губы и не обращая внимания на то, что тем самым пачкает ее винными разводами. – Пожалуйста! Меня дрожь берет при мысли, что этот бедолага бродит где-то в лесу, неприкаянный и одинокий…

– Не бродит, – поспешил заверить его Седрик. – Я уложил его в могилу. Он заслужил покой.

– Ох, хвала небесам! – невольно вырвалось у Фрея. – Теперь я хоть буду уверен, что не столкнусь с ним где-нибудь в коридоре!

– Так, значит, вы думаете, что сьерра Миколика Эйр больше не доставит нам хлопот? – вернулся к первоначальной теме разговора Седрик, глядя почему-то именно на Фрея.

– Ну… да, – промямлил он. В упор посмотрел на молчащую Миколику и внезапно широко улыбнулся, да так заразительно, что арахния тоже робко растянула губы в подобии усмешки. А Фрей уже продолжал: – Да, мне так кажется. Точнее, я почему-то уверен в этом.

– Уверен он в этом, – передразнила его Ульрика, которая ловко примостилась на краешке каминной полки среди фарфоровых статуэток. – А я вот – нет! Более того, думаю, что она обязательно вернется к старому. Найдет себе нового сообщника и опять начнет участвовать в некромантских опытах.

– Да ни за что на свете! – вдруг вырвалось у Миколики.

Я с интересом на нее взглянула. Хм-м, а она ведь говорит искренне.

– Я сыта браком по горло, – с жаром продолжила арахния. – Я говорила вам чистую правду, когда рассказывала о моих чувствах к Виллоби. Это была странная любовь, более напоминающая ненависть. Да, я помогала ему, но лишь потому, что боялась. Уверена, при непослушании он бы убил меня, не моргнув и глазом. И уж тем более я не лгала вам, когда поведала о привязи. Я действительно не имела права далеко уходить от дома. Точнее, мои перемещения Виллоби не отслеживал, но ночь я обязана была проводить под крышей дома. Разве так поступает по-настоящему любящий человек? – Миколика сделала глубокий вздох и продолжила, убедившись, что никто не стремится ее перебить: – Не могу сказать, что смерть Виллоби сделала меня счастливой. Но я впервые за долгое время почувствовала себя свободной. И я никогда в жизни не повторю прежней ошибки и не выйду за какого-либо мага замуж. Да что там – за мага! Я лишний раз убедилась, что арахнии противопоказаны длительные отношения с кем бы то ни было.