Чтение онлайн

Ничто. Я верила, что это начало конца, и догадывалась, что отчасти была права, возможно, в отношении моей жизни, моего рассудка. То, что осталось от раздавленных частей меня. Мое тело было всего лишь сосудом. Оно заживало, восстанавливалось после нанесенных ран. Но моя душа устала. Так невероятно устала. Этот крошечный, скудный огонек надежды, этот детский оптимизм… уничтожен. Исчез.

Просто. Вот. Так.

— Он знает? — пробормотала я.

— Нет, — коротко ответил он.

Это хорошо.

— Лиззи выглядит довольно… интересно, — протянул он, меняя тему.

Я тупо уставилась на него, безразличная к его словам. Ничто не могло проникнуть сквозь туман, в который он погрузил меня с головой.

— Я бы сказал, Делейни. Однако она немного молода. Даже на наш вкус.

Он жестоко улыбался, но говорил так монотонно, так… обычно о том, что двенадцатилетний ребенок подвергался тому уровню разврата, которому он подверг меня.

Вспышка вызова поднялась во мне, пока быстро не исчезла, не погасла.

— Тебе не обязательно угрожать мне. Сейчас я понимаю последствия больше, чем когда-либо, — сказала я ему честно, своим голосом, лишенным эмоций. Я могла сказать, что это доставило ему удовольствие.

После того, как он ушел, я выбросила испорченные яйца в мусорное ведро и взяла бутылку вина, стоявшую сбоку. Оно было даже не охлаждено до той температуры, которую я предпочитала, но мне было наплевать. Открутив крышку, я сделала большой глоток, не потрудившись налить его в стакан. Какой в этом был бы смысл? Я молча подняла тост за всех девушек, чьи отцы разбили им сердца сильнее, чем это смог бы сделать любой другой мужчина.

Глава 23

Холлис

Сняв толстовку, чтобы показать черную футболку под ней, я вытер брызги крови с лица и рук, смывая с них самое худшее.

Амир расположился на некотором расстоянии, что позволяло ему обозревать всю местность с высоты птичьего полета из своей высокоточной винтовки. Технически это было разработано для пехоты, но у нас были хорошие контакты. Итак, любые законы и препятствия, стоявшие на нашем пути, мы обходили с легкостью: несколько обещаний здесь, деньги, отданные по в руки там. Это было то, что заставляло мир вращаться.

После того, как Престон собрал для нас информацию, мы сосредоточили наше внимание на этом объекте, поскольку наблюдение дало нам подтверждение, в котором мы нуждались. Здесь содержалось несколько человек, не желавших этого, у разных владельцев. Владельцы.

Желчь подступила к моему горлу, зная, что это происходило на нашей территории, прямо у нас под носом, а они были подлыми ублюдками. Но шаг за шагом мы откалывали кусочки от их развращенной империи, приближаясь к их хозяину. Мы приближались. И когда мы это сделали бы, это стало бы очень кровавым делом.

Я перешагнул через мертвое тело, о котором только что позаботился. Он был привратником, и с ним приходилось иметь дело с близкого расстояния, поскольку Амир не мог прицелиться в него. Он бы все равно поднял тревогу и запретил нам въезд.

Амир был нашим лучшим снайпером. Его точность была поразительной, и он редко промахивался. Я оттащил его в сторону, скрывая из виду, и достал свой телефон, отправляя всем групповое сообщение.

Холлис: Решено, ворота открываются. Припаркуйтесь.

Убрав его в карман, я прошел в мини-офис, оборудованный множеством экранов камер и металлическим сейфом с ключами для легкого доступа ко всему имуществу. Меня удивило, что у них были ключи, а не более высокотехнологичные меры безопасности, чтобы не пускать людей и их жертв внутрь.

Решив не разбивать коробку вдребезги, я вышел обратно, обыскивая парня, и вытащил его мастер-ключ из кармана сумки. Я позволил его телу упасть обратно и продолжил свою работу. Улыбка появилась на моем лице, когда я увидел, что каждый ключ на цепочке точно указывал, для какого замка он предназначен. Идеально.

Я нажал кнопку разблокировку, когда два черных фургона с затемненными стеклами, чтобы скрыть тех, кто внутри, подъехали, ожидая въезда. Большие ворота из белого кованого железа с шипастыми веретенами наверху, завершающими внешний вид, открылись. Автомобилям потребовалось несколько мгновений, чтобы протиснуться и припарковаться там, где мы договорились ранее. За домом и слева парковка для персонала, где это не испортило эстетичный вид старого особняка в колониальном стиле. Показной и яркий белый — цвет чистоты — символизировал все внешнее, чего, как мы знали, не было внутри.

Майлз выскочил первым, за ним Техас, Престон, Дрю, Ронни и, наконец, Аарон. Во второй машине был Крис, за ним следовали трое из команды Омега, поколение старше нашего. Криса редко можно было увидеть на поле, он присутствовал только тогда, когда это было что-то серьезное.

Это дело слишком долго приводило нас в замешательство. Мы все стремились раскрыть его по полной и устранить последствия. Амир появился через несколько минут, присоединившись к нам со своего насеста, радостно насвистывая и перекинув винтовку через плечо. Я покачал головой. Если бы только его маленькая девочка могла видеть, каким страшным на самом деле был ее папа; мне было жаль любого из ее будущих любовников.

Крадучись под покровом ночи, мы разделились на наши организованные группы, чтобы подойти к особняку с разных позиций. Она была освещена так, словно только что пригласила нас войти с ковриком "Добро пожаловать домой". Не возражай, если я это сделаю. Я бесшумно открыл дверь. Мы с Майлзом проскользнули внутрь, и мои глаза расширились.

Я был шокирован тем, что увидел. Дом относился к категории элитных, декор, который, должно быть, стоил целое состояние. Я знал, что мы попали в нужное место. Ошибки быть не могло, где мы были. Я стоял спиной к стене. Я прислушивался к невнятному разговору, в котором не было ничего важного. Выглянув из-за угла, я увидел хорошо одетого охранника и холеного пожилого мужчину в строгом костюме, одетого так, словно он собирался в оперный театр.

Протянув пальцы Майлзу, он понимающе кивнул, когда мы подкрались сзади к обоим мужчинам. Я на мгновение оглушил охранника, когда он открыл рот, чтобы закричать, но я прикрыл его рукой, обхватив его горло так, чтобы он стоял ко мне спиной. Я быстро свернул его шею в сторону сильным рывком, он обмяк в моих руках. Чертов мертвый груз, в буквальном смысле. Оттащив его в угол комнаты, с глаз долой, я оглянулся на Майлза. Из-за него другой мужчина покраснел в интересный оттенок.

Мудак сокращал наше время; я постучал по своим часам. Поторопись. Он небрежно пожал своими широкими плечами, как бы говоря: и что? Очевидно, сегодня вечером он был в игривом настроении, если растягивал их смерть.