Капо
Шрифт:
Он протянул мне фотографию, жуткий снимок места ужасного убийства. Я взглянула на него и опустила голову.
— Как ты об этом узнал?
— Ты, кажется, забываешь, что у меня есть влиятельные друзья почти в каждом городе этой страны. Они подробно объяснили мне, что произошло, включая тот факт, что на данный момент у них нет никаких зацепок. Почему ты не взяла телефон и не позвонила мне?
— Потому что… — мне было невыносимо смотреть ему в глаза. — Потому что я не хотела тебя волновать.
— Посмотри на меня, Делани.
Его голос был таким строгим, какого я давно не слышала.
— Что?
— Скажи мне правду, — потребовал он.
— Потому что я знала, что ты слишком остро отреагируешь, прямо как сейчас. Я же в порядке.
— В порядке? Судя по тому, что сказал мне детектив, ведущий это дело, ты вошла и обнаружила, что твоя соседка по комнате убита после того, как на тебя охотились и ты убежала от какого-то преследователя. Это само по себе ужасно, но тот факт, что ты лишь вскользь упомянула о том, что за пару дней до этого тебя преследовали возле клуба, и не удосужилась обратиться в полицию, неприемлем. Ты общеизвестная личность, Делани. Ты гуляла одна, без сопровождения или даже без друга.
— Мне двадцать четыре, папа. Я постоянно хожу по клубам.
— Одна? В клубы для извращенцев?
Он, конечно же, провёл своё расследование. Почему я думала, что будет иначе? С чего я вообще взяла, что смогу пробраться в этот город, оставшись незамеченной?
— Это один из самых хитовых клубов в Лос-Анджелесе, его предложила соседка. Вот почему я пошла.
— Одна.
— Да, одна.
— Они ещё не поймали этого парня, и, судя по тому, что сказал мне детектив, они никуда не продвинулись, и всё ещё в начале. Это меня очень беспокоит, особенно если ты видела его лицо.
— Я не видела его лица. Мы оба были в масках, и я не смогла подобраться так близко.
Он глубоко вздохнул.
— Это ничего не меняет. Монстры реальны.
— Я знаю это, папа. Перестань волноваться. Прошло всего несколько дней. Они его поймают.
Он отбросил папку и наклонился вперёд.
— У тебя есть какие-нибудь предположения, кто был этот человек?
— Нет. Как уже сказала, я не видела его лица, и он, конечно же, не назвал своего имени.
— Но он последовал за тобой домой.
— Не знаю. Я так не думала. Я была за рулём не своей машины. Я попыталась предупредить Джинни на всякий случай. На следующий день у меня были съёмки. А когда я вернулась домой… — слова застряли у меня в горле, а на глаза навернулись слёзы. Я с трудом сглотнула. — Вот почему моя соседка умерла.
Мой отец будто постарел на пару лет за одну ночь.
— Твоя соседка умерла, потому что это случилось по вине очень плохого человека. Но это не твоя вина. Однако тебе следовало немедленно обратиться в полицию и сообщить им о случившемся.
— Уверяю тебя, папочка, смерть Джинни тяжёлым грузом лежит на моей душе.
— Не настолько тяжёлым, чтобы ты не могла рассказать всю правду своему отцу.
Я хотела возразить, но как? Мой отец прав, чувство вины возникло из-за того, что я не сразу обратилась в полицию. Мурашки пробежали у меня по спине, но это не избавило меня от румянца, залившего мои щёки, и от постоянного дискомфорта, который я испытывала от пристального взгляда отца. Да, я это заслужила, но это не значит, что мне это должно было нравиться.
— Прости, папа. Я хотела сказать тебе вчера вечером, но ты был занят со своей… парой. Барби? Может, Бэмби? — он, конечно, не заслужил моего презрения, но это была моя обычная реакция, когда меня загоняли в угол.
— Полный бред, и ты это знаешь. А её зовут Алиса, и она очень милая девушка.
— Немного молода для тебя, не так ли?
Что, во имя всего Святого, я делаю?
Он покачал головой.
— Думаю, я это заслужил. Я давно говорил тебе, что семья всегда на первом месте. И точка. — Он закрыл глаза. — Ты останешься здесь на неопределённый срок или, по крайней мере, до тех пор, пока убийца не будет найден.
— Я не могу, папа. У меня работа. Фотосессии. Я не могу просто пропасть. Мой долбаный агент мне этого не позволит. — Но прямо сейчас это именно то, что я хотела сделать. — И нет, ты не заслуживаешь моих злобных комментариев. Ты заслуживаешь жизни. Мы оба её заслуживаем.
— Верно. Я по-прежнему твой отец и планирую сделать всё, что в моих силах, чтобы защитить свою маленькую девочку. В связи с этим у меня завтра важная деловая встреча. Я бы отложил её, но приедут люди из нескольких стран. Это своего рода сделка «всё или ничего».
Я чувствовала, что он находится под большим давлением.
— Я справлюсь здесь одна. Если ты позволишь мне остаться, — сказала я, стараясь придать своему голосу бодрость.
— Это твой дом, и тебе всегда здесь будут рады, но ты не останешься совсем одна.
— Что это значит?
— Я нанял человека, который обеспечит твою безопасность, пока меня не будет.
— Пап. Мне не нужна нянька. Убийца не знает, кто я. Он не мог этого узнать.
Мой отец бросил на меня ещё один суровый взгляд, который означал, что он не изменит своего решения.
— Ты даже не представляешь, что возможно в наши дни, и на что способен монстр, чтобы уничтожить тебя. Моё решение окончательное. Хотя я не могу запереть тебя в своем доме и заставить остаться здесь, этот телохранитель будет сопровождать тебя везде, куда бы ты ни пошла. Тебе нужно будет в точности выполнять его указания.
— Папа. Ты нанял какое-нибудь агентство? Это глупо. Я не выйду из дома. Обещаю. Хотя мне нужно купить кое-что из новой одежды.
— Сейчас я не хочу подвергать тебя риску. Вполне возможно, что на тебя напали намеренно.
Я думала о том факте, что преследователь, казалось, знал, кто я такая, с самого начала, больше раз, чем могла сосчитать, но не стала упоминать об этом детективу. Я сомневалась, что этот человек поверил бы мне. Однако, если мой отец прав, то этот ублюдок убил Джинни, потому что мне удалось сбежать. Интуиция подсказывала мне, что так и есть. Мой отец был миллионером, человеком, у которого могли бы похитить дочь только ради выкупа. Подождите. А зачем убивать Джинни? Чтобы преподать мне урок? Были ли у моего отца враги?