Чтение онлайн

— Тема закрыта, — оборвал он. — А сейчас давай помолчим, я так устал, что не хочу даже языком ворочать…

Она обиженно насупилась. И всю дорогу до Хосты молчала.

Когда из-за деревьев показалась знакомая развилка дороги, Андрей подал голос:

— Сейчас направо. Как увидишь флюгер в форме парусника, тормози. Минут через пять будем на месте…

Она кивнула головой, а рта так и не раскрыла — видно, все еще дулась.

Ехать оказалось дольше — на ухабах «жигуль» так подбрасывало, что Каролина сбавила скорость до минимума. Но минут через десять из небесного океана вынырнул парусник. Потом и забор показался.

— Здесь? — спросила Каролина, притормаживая.

— Здесь, — подтвердил Андрей, с трудом выбираясь из салона — за время пути ноги затекли. — За забором дом Хазара.

— И там сейчас проживает Рита с фотографии?

— Еще недавно проживала… — Андрей присел у ворот, потрогал каменистую землю, расшвырял ее и вытащил персиковую косточку. Она была свежей, не высохшей и едва уловимо пахла. — Недавно съели. Может, сегодня. Наверное, Рита ела персик по дороге, а когда подъехала к воротам, выкинула косточку в форточку…

Тут из-за забора послышался громогласный лай. Это Гарри, почувствовав чужаков, надрывал глотку.

— Там собака? — испугалась Каролина. — Я боюсь собак…

— Я тоже. Особенно таких, как Грязный Гарри… — Андрей раздвинул плети винограда и со всей силы забарабанил по железу ворот. — Если Рита не откроет, придется лезть через забор. И там нас встретит он… Чертов доберман с клыками, как у саблезубого тигра.

— Но он же нас сожрет!

— Придется обороняться…

— Чем? Пистолетом?

— У меня его при себе нет — выложил перед тем, как лететь в Москву… — Андрей подошел к багажнику, поднял его (он открывался при нажатии на кнопочку — какая прелесть!), заглянул внутрь. Ничего, кроме пустой канистры, не обнаружил.

— Ни монтировки, ни домкрата, ни гаечного ключа? — на всякий случай спросил он.

Каролина отрицательно мотнула головой.

— Плохо…

— Зато газовый баллончик есть. Он на собак отлично действует — вырубает на несколько часов. Это лучше, чем бить бедного пса монтировкой по башке…

— Давай.

Она забралась в салон, из которого вынырнула несколько секунд спустя, держа в руках черный баллончик с ярко-желтыми надписями на иностранном языке. Андрей взял его, отошел, закрыл лицо краем футболки, чуть надавил на пульверизатор, проверяя, работает ли. Работал преотлично — запах проник даже через ткань. Чихнув, Андрей вернулся к воротам.

Только он собрался сказать Каролине, чтобы подогнала машину вплотную к забору, как створки ворот неожиданно разъехались. Андрей на всякий случай отпрыгнул. И правильно сделал, поскольку из ворот вылетел серебристый джип и на бешеной скорости пронесся мимо них, задев своим мощным боком задний бампер «копейки». «Жигуль» звякнул разбившейся фарой, откатился на метр и замер, обиженно уткнув в траву свою круглоглазую «морду».

Ворота тут же закрылись, не дав Гарри (несущемуся по дорожке, брызгая слюной) выбежать за территорию.

— Это та самая машина! — вдруг заорала Каролина. — И женщина та! Я шляпу видела!

— Не понимаю, о чем ты, но мы должны ее догнать! — Андрей бросился к слегка покалеченному «жигуленку», прыгнул на водительское сиденье, начал шарить ногами по педалям, которых оказалось три. — Блин, тут же не автоматическая коробка! Я сто лет не водил таких!

— Тогда переползай на пассажирское, — скомандовала Каролина, отпихивая его со своего кресла. — Я поведу!

Пришлось подчиниться. А Каролина, устроившись на сиденье, крутанула ключ, выжала сцепление, вдавила педаль газа и сорвалась с места, только камни из-под колес полетели.

— Вряд ли дого-го-го-ним, — прокричала Каролина, едва справляясь с подскакивающей на ухабах машиной. — Она на шоссе сто пятьдесят даст!

— Не даст! Там посты! Ее тормознут…

— Все равно! Успеет оторваться! — Она переключила скорость, машина взревела и подскочила так, что Андрей стукнулся головой о крышу. — У нее джип, а у меня старая развалина!

— Эй, я вижу ее! — Он указал пальцем вперед, где в клубах пыли вырисовывался широкий зад «Дискавери». — Догоняем! У нас, может, и развалина, зато водитель отличный… Давай, Каро, жми!

Она выжала все, что можно. И «жигуль», подскочив и чуть ли не взлетев, выпрыгнул на асфальтированную дорогу.

— До основной трассы еще три километра, — бросила Каролина, крутанув руль. — Надо бы ее тут перехватить, пока машин мало! Там она вольется в поток — потеряем…

На шоссе машин и вправду было мало — всего две. Одна ехала навстречу, а вторая, вырулив откуда-то из кустов, пристроилась за их «копейкой». Автомобиль был приличный, довольно новый, с тонированными стеклами.

— Что это за машина? — спросил Андрей, разглядывая через плечо туповатую «морду» авто.

— «Жигули»-«десятка».

— Уже и «десятки» есть!

— Есть и «пятнадцатые». Но у нас тут большим спросом иномарки пользуются. Особенно «Мерседесы»… На моей улице их четыре. — Она посмотрела в зеркало заднего вида, где отражалась «десятка». — Они что, за нами гонятся?

— Гонятся — это сильно сказано. Скорее следят…

Каролина покосилась на Андрея, проверяя, правду он говорит или нет. Ей не верилось, что за ней кто-то может следить.

— Смотри, — кивнул он. — Сейчас можно будет обгонять, но они не обгонят… Так и будут за нами тащиться…

Но он ошибся — стоило встречной машине освободить дорогу, как «десятка» рванула, вылетела на соседнюю полосу, легко обогнала «копейку» и на приличной скорости понеслась по шоссе.

— Показалось тебе, — с облегчением выдохнула Каролина. — Они не за нами ехали…

— Да, не за нами, а за ней! — Он, выставив указательный палец, показал на серебрящийся в свете предзакатного дня зад джипа. — Сейчас нагонят! Девушка плохо водит… — Андрей высунулся в окно, прикинул расстояние. — Надо поднажать, Каролина! Мы не можем их упустить…

Каролина вдавила педаль газа в пол. «Копейка» завыла, но побежала быстрее. И расстояние до «десятки» сократилось до трех метров.

— Иди на обгон, — крикнул Андрей. — Мы должны влезть между ними.

Она направила машину на встречную, нагнала «десятку», но обойти ее не смогла — не хватило мощности. Так и ехали вровень, чуть ли не соприкасаясь зеркалами. Скорость была предельной для «копейки» — сто десять, но для «десятки» плевой, и можно было не сомневаться: как только понадобится, она оставит позади свою незадачливую преследовательницу.