Чтение онлайн

Показывает медведем на шкафчик.

– Будет сделано, – принимаюсь за выполнение заказа.

Лия сидит тихо, внимательно меня изучая.

– Тебе тоже нужно выпить молока, – выдает наконец. Кидаю на нее вопросительный взгляд. –­ Мама говорит, когда человек долго не может уснуть, он должен выпить стакан теплого молока и бессонница пройдет.

– Маме лучше знать, – ставлю перед ней тарелку с лакомством и стакан.

– Я столько не съем, – качает головой. – Поделим?

– Хитрюга мелкая, – улыбаюсь, отливая половину себе и забирая у нее одно из печенек.

Счастливо болтает ножками, уплетая лакомство и периодически поглядывая на меня.

– Дед говорит, что я характером вся в отца, – произносит наконец. – А еще, что там, где ступает его нога, происходят неприятности... Я бы хотела, чтобы мой папа был похож на тебя.

– Это ты еще не в курсе, что твой дед про меня говорит, – хмыкаю, зависая на ее откровениях.

– Ты хороший… – заключает она, мотая головой и растрепывая волосы по плечам. – Просто не знаешь об этом.

– Спасибо, – благодарно улыбаюсь, убирая на места посуду.

– Я спать, – тянет ко мне ручки и неожиданно крепко обнимает, когда спускаю ее на пол, чмокая в заросшую щеку. – Спокойной ночи, Дан.

– И тебе, малыш, – обнимаю крепче в ответ, вдыхая до одурения вкусный запах детского шампуня в волосах, смешанный с теплым молоком. Возвращаю мелкой медведя. – Сладких вам двоим снов.

Кивает, топая к себе в комнату, оставляя меня одного.

Чувствую себя размазней… В носу предательски пощипывает, а руки нервно потряхивает. Сентиментальный идиот, честное слово.

Провожу пальцами по волосам.

Хочу, чтобы они обе переехали жить в мой дом и неважно, сколько времени мне понадобится на то, чтобы убедить их в этом. Не могу позволить себе больше потерять ни одну из них.

Глава 11. Мира. Шаг в неизвестность...

Ночь прошла отвратительно. Нормально поспать так и не удалось.

Мысли все время возвращались к Горскому. И даже не важно, что я не помнила практически ничего из нашего прошлого, больше пугало то, что все боялись мне об этом рассказать.

Вновь пролистываю статьи, связанные с Даном, в поисках хоть каких–либо зацепок.

Последним был скандал с журналистами в баре. После этого Горский ушел из футбола и занялся архитектурой.

Когда это было? Шесть лет назад?

Просматриваю кадры, по диагонали читая содержимое текста.

«Группа молодых людей участвовала в монтаже фотографий нападающего футбольного клуба «Сокол» с целью оклеветать его имя перед командой…»

Кому и зачем это нужно было делать?

Ищу страницы с постами ранее. Попадаю на статью из какого–то местного клуба.

«Избалованные «золотые мальчики» футбольного клуба «Сокол» отмечают заключение контракта с австрийцами… Такой режим прописывают спортсменам наши тренера и агентства? …Когда для российских футболистов это перестанет быть нормой поведения? …Позор спортивного клуба. …Куда смотрит администрация ассоциации спорта…»

На фотографиях развлекающаяся подвыпившая компания спортивных парней. Несколько кальянов. Заваленный едой, алкоголем и пепельницами стол. Девушки в ультракоротких платьях, льнущих к накаченным телам в брендовых шмотках… и Дан…

Сглатываю, бегло просматривая следующие фото в поисках знакомого лица.

…Пьет на брудершафт с девушкой… Мило улыбается…

Девушка… Я ее знаю! Это рыжеволосая из офиса Горского, только молоденькая совсем и бесстрашная...

Пролистываю дальше.

Забирается к нему на колени, перекидывая ногу через бедро… Горский что–то шепчет ей на ухо, придерживая за талию… Обнимает его в ответ, целует шею, забираясь пальцами под воротник футболки… Мило смеются, скрываясь в коридоре VIP–комнат…

«Нападающий «Сокола» меняет красоток на ночь, как перчатки.»– гласит очередная подпись.

Внутренние органы сводит болезненным спазмом, а к лицу приливает очередная волна жара.

Мы тогда были вместе? Что это значит? Он изменил мне, и мы расстались? Кто эта девушка?

Сползаю вниз по кровати, откидывая телефон и крепко зажмуриваясь. Поток вопросов без ответов не заканчивается.

Почему она до сих пор общается с Даном? Они встречаются? Она знает меня и моего отца? Откуда? Дан рассказал? Или все–таки папа приложил к этому руку? Почему она его боится?

Мне нужно встретиться с ней… утром… Желательно до того, как попаду к отцу. Хочу услышать ее версию произошедшего. Горский мне все–равно ничего не расскажет.

Смотрю на часы. Шесть утра… Вот и выспалась в выходные…

Пишу сообщение Егору с просьбой приехать к дому часам к восьми. Проснется, прочитает…

Ответ приходит через несколько минут. Уже не спит, тренируется.

Я тоже не ложусь. Желание спать на адреналине отпало абсолютно.

Привожу волосы и лицо в порядок. Выгляжу мягко скажем не очень. Старательно замазываю фиолетовые синяки под глазами консилером, тональник, ресницы, легкие румяна. Волосы укладываю в легкие локоны. Натягиваю шерстяные серые брюки и бордовую водолазку.

Оцениваю отражение в зеркале. Вполне пристойно.

Созваниваюсь с Максом, выуживая номер телефона рыжеволосой девушки. Назначаю ей встречу в кафе у арт–студии. На своей территории буду чувствовать себя безопаснее.

Она сонно молчит, некоторое время обдумывая сказанное мной, и на удивление, довольно спокойно соглашается. Выдыхаю. Начало положено...

Первый раз за несколько лет линяю из дома настолько рано.

В квартире так тихо, что пролети сейчас комар, его раздражающий писк будет слышен в другом конце комнат.

Созваниваюсь с отцом, прошу подъехать в студию раньше запланированного, оправдываясь дневной тренировкой. Соглашается.

Меня снова бьет мандраж, в этот раз больше от ожидания встречи с этими двумя. Успокаиваю себя… Даже если не вспомню произошедшее, то хотя бы расставлю все по полочкам, избавляясь от общей недосказанности.

Жду Егора, натягивая на себя теплое кашемировое пальто. Закутываюсь в него поплотнее, постепенно согреваясь.

Дорога в офис успокаивает туманными пейзажами и свежим сырым воздухом.