Чтение онлайн

Ярослав взвел курок.

— Убьешь ее — я тебя лично в асфальт закатаю, — рявкнул Ветхий, на миг теряя самообладание. — И плевать мне будет на понятия и зону.

— Ты не в том положении, чтобы угрожать, — с гонором ответил Ярослав, почувствовав что соперник дал слабину. — Завещание, — потребовал он.

Ветхий демонстративно бросил ему пакет под ноги. Ярослав знаком приказал одному из охранников поднять. Все произошло за долю секунды. Пока один из охранников пошел поднимать пакет и Ярослав отвлекся на него, Ветхий кинулся к сопернику, сбивая того с ног. Но мажор успел нажать на курок прежде, чем Ветхий выбил у него оружие из руки.

Андрей не думал. Времени на размышления не было: резко толкнул Сашу с Миленой в сторону, закрывая собой от пули, надеясь, что выстрел не прилетит и с другой стороны. Руку обожгло болью. Крик вырвался непроизвольно. А когда собственным весом упал на поврежденную руку, в глазах потемнело от резкой вспышки боли, которая пожаром распространялась от руки по телу. Рукав быстро потемнел от крови. Андрей машинально схватился за поврежденное место.

Боль мешала ему следить за происходящим. Слышал возню, крики. Кто-то из девчонок присел рядом с ним, зажимая рану, пытаясь остановить кровь. По-видимому Саша. Охранники кинулись на помощь Ярославу, но падали, подстреленные собственным товарищем. Началась перестрелка. Видимо, не все охранники целиком и полностью были на стороне Ярика.

— Андрюш, — быстро шептала Саша, пытаясь его приподнять. — Надо уйти из зоны поражения.

Андрей, стиснув зубы от боли переполз за ближайшую машину, у которой их держали на прицеле, где уже сидели прижавшись друг у другу Мира и Милена. А дальше визг тормозов, вой сирен и крик Станислава.

— Всем бросить оружие! При сопротивлении стреляю!

И отрывистые приказы оперов: «Лечь на землю, руки за голову». Когда перед ним появился Станислав, уже кружилась голова от потери крови. А от боли тошнило. Саша продолжала зажимать ему рану на руке. Мозги не соображали насколько серьезно он ранен, но боль была адской.

— Тут раненый, — крикнул Станислав. — Куда? — спросил он у Саши, которая оставалась в здравом уме и не билась в истерике.

— Рука, — коротко ответила девушка. — Мы заложники. Это мой муж, — она махнула рукой в сторону повязанного Ветхого. — Шантажировали, хотели бизнес забрать.

— Ну ясен пень, — недоверчиво хмыкнул Станислав.

Прибежали медики. Сашу отстранили в сторону. Андрей попытался встать. Но один из врачей рявкнул:

— Сиди уже.

Медик разрезал рукав одежды и осмотрел рану.

— Сейчас обработаем и перевяжем, чтоб кровь остановить и в больничку, — комментировал врач свои действия. — А вообще везунчик. Насквозь прошла, задеты только мягкие ткани.

— Ага, в рубашке родился, — буркнул в ответ Андрей и застонал от боли. — Девочкам успокоительного дайте.

Мира, рыдала уткнувшись лицом в колени. Милену трусило, но девушка как и прежде не плакала. Медики уже поднимали их и вели к машине скорой помощи. Одна Саша в его крови, бледная, но без слез и истерики, что-то втолковывала операм, которые держали Ветхого. Станислав поспешил к ним.

— Сам встанешь или каталку кликнуть? — спросил у Андрея врач.

Парень покачал головой и поднялся. Больно. Рукой шевелить вообще нельзя и пошатывало от потери крови, но терпимо. На полпути к скорой к нему подбежала Виктория. Не решилась обнять, учитывая красное пятно, проступавшее через бинты.

— Слава богу, с тобой все нормально. Да вообще во всеми вами.

— Мелкая, ты тут откуда взялась? — удивился Андрей.

— Прибежала вся в соплях, орала, что бандитские разборки на пустыре и тебя там убьют, — ответил за Викторию, подошедший со спины Стас. — Ты ей позвонил. Она трубку сняла, но вместо разговора услышала возню какую-то, крики, и слова — на пустырь и кончайте его.

Андрей удивленно поднял брови, не понимая, о каком телефонном звонке идет речь. Хотя… телефон он никогда особо не блокировал. Случались подобные эксцессы и раньше. Он все думал поставить блокировку, но успешно забывал об этом… По сути ему крупно повезло, что так произошло. Но сейчас было не до обдумывания ситуации. Рука огнем горела.

— Простой скейтер, — задумчиво пробормотал Стас. — Ну, ну, — покачал головой, пропуская парня к скорой. — Будет у нас с тобой долгий разговор.

— Да запросто, — буркнул в ответ Андрей, залезая с помощью медиков в скорую. — Мелкую не увози. Тут реально могут помочь.

И, оставив ошарашенного мужчину раздумывать над своими словами, Андрей сел на лавочку в скорой и, облокотившись о стенку, прикрыл глаза. Чертова рука болела адски. «Знакомый травматолог офигеет просто», — посетила его дурацкая мысль и парень едва слышно засмеялся, понимая, что так находит выход пережитый стресс.

Врач бросил на него внимательный взгляд, но Андрей не мог остановиться.

— И этому обезболивающее и успокоительное вколи, — буркнул врач.

— Я в порядке, — попытался сопротивляться Андрей.

Хотя уже начинало ощутимо потряхивать, после адреналиновой атаки организм расслабился и во весь голос орал, что ничего не в порядке, что тебя, придурка, едва не убили. А спастись помогла реальная случайность. Еще прежде чем отключиться от успокоительного, успел подумать, что никогда не будет ставить на телефон блокировку в виде пароля, графического кода или отпечатка пальцев. Надо оставлять шансы судьбе его спасти.

Уважаемые и обожаемые мои читатели) Планирую на следующей неделе отдых. Осталось совсем чуть-чуть до финала. Постараюсь дописать, но могу не успеть. Не забывайте моих героев в случае чего;) Спасибо за лайки и комментарии.

35

Знакомая больница, знакомая комната. Андрей отключился под действием успокоительного еще в скорой, а проснулся в стандартной палате хирургического отделения. Руку заштопали, сильно перевязали и зафиксировали, чтобы не разошлись швы.

На этот раз в палате оказался один. Оказалось, что по приказу Стаса. Возле выхода еще и опера дежурили, что досадно. Как бы не пришлось адвоката нанимать, чтобы отмазаться от всей этой гнилой истории и не оказаться среди обвиняемых. Надо позвонить дяде. Но телефон остался лежать на полу в пустом здании.

Часов в девять, о чем свидетельствовали раздражающие громким тиканьем часы на голой покрашенной голубой краской казенной стене, в палату вошел знакомый доктор. Посмотрел на пациента осуждающе из-под очков и всплеснул руками.

— Ну, я тебе поражаюсь, — раздраженно буркнул он, позабыв о правилах приличия. — Ты можешь мне объяснить как? Я же тебя только выписал. А ты умудрился пулю получить.

Андрей только устало пожал плечами.

— Сам удивляюсь, — спокойно ответил он.

Доктор только головой покачал. А после как приговор зачитал диагноз.