Чтение онлайн

Вечером шах Валихан сказал себе:

— Весь день я держал сапожника голодным. К тому я дал ему своего коня и приказал накормить. Пойду-ка я и погляжу, что сегодня будет делать сапожник.

Он пошел ночью к Халдару. Слышит, в лавке снова кипит плов, а хозяин весело распевает:

Шах засмеялся и постучал в дверь.

— Кто ты?— спросил Халдар.

— Я, Шогариб!— ответил шах.

Сапожник открыл дверь. Валихан вошел. Сапожник поздоровался с ним, усадил на подстилку. Шах спросил, как идут дела. Сапожник качал рассказывать:

— Э, Шогариб, я сегодня едва избежал верной смерти. Утром царский палач погнал меня во дворец. Шах придрался ко мне: «Ты взятку взял. Сейчас тебе снимут голову». И меня чуть взаправду не казнил. Потом, не знаю почему, аллах вселил в шахское сердце милосердие, и он назначил меня охранять его дверь. До вечера я стоял на страже. Ни один человек не подошел и не спросил: «Что ты тут делаешь, не голоден ли ты?» А я поистине очень, очень проголодался. Вечером шах дал мне своего коня и приказал: «Веди его домой, накорми его и клевером, и зерном». Что я мог сделать, когда дома у меня нет и ломаного гроша? Я заложил шахскую, саблю мастеру, купил все для плова, коню зерна и клевера.

Шах Валихан выслушал сапожника и удивился:

— Хорошо! Вот вы заложили саблю. Завтра вы станете охранять дверь, и вдруг явится вор, а шах вам скажет: «Заруби вора!» Что вы тогда будете делать?

— Об этом не заботьтесь,— беззаботно заявил Халдар.— Давайте есть плов. После ужина я вырежу из палки деревянную саблю и вложу в ножны.

Валихан и Халдар поели плов, выпили чаю. И гость, как обычно, ушел.

Утром сапожник вырезал из палки саблю, засунул ее в ножны и поехал во дворец.

Поставив коня перед шахом, Халдар поклонился и стал ждать.

Царь сказал:

— Иди к двери, если придет вор — руби!

«Вот беда, а вдруг придет вор, чем я его зарублю? Деревяшкой?»— думал Халдар, и сердце его сильно колотилось.

Вдруг люди шаха зашумели: «Воров поймали!» В залу ввели двух человек со связанными назад руками. Валихан сказал Халдару:

— Руби воров!

Сапожник, онемев от страха, не шевельнулся. Он думал: «Теперь меня казнят. Все равно, была не была». И он выхватил деревянную саблю из ножен, размахнулся и ударил вора по плечу. Сабля сломалась, и только эфес остался в руках сапожника.

При виде этого шах расхохотался. Придворные и приближенные катались от смеха по полу; не выдержав, вместе со всеми стали смеяться и воры. А бедный сапожник Хал-дар дрожал и думал: «Теперь мне смерть. Шах прикажет этим ворам: «Зарубите его сами!» И воры меня зарубят!»

Тут шах перестал смеяться и сказал:

— Ну, здравствуй, сапожник Халдар, живи долго. Я в восторге от твоего ума и находчивости. Бери — и конь твой, и сабля твоя! А теперь убирайся, пока цел.

Шах Валихан сам посадил Халдара на коня и отправил из дворца.

Вознося сотни благодарностей аллаху, что остался жив, Халдар приехал домой.

Привязав коня, он пошел на базар к торговцу решетами и продал ему саблю. На вырученные от продажи деньги он купил все для плова, а также клевер. Возвращаясь домой, он услышал, как глашатай, обходя базар, кричал:

— От благословенного шаха последовало разрешение сапожникам заниматься починкой старой обуви!

— Эх, благодарение аллаху! Я так и знал!— воскликнул Халдар и, вернувшись домой, принялся варить плов.

Ночью Валихан пришел к лавке Халдара. Слышит, в котле снова кипит плов, а сапожник, радуясь булканью, поет и танцует.

Шах постучался, и, как всегда, Халдар спросил:

— Кто ты?

— Я, Шогариб!— ответил Валихан.

Сапожник подошел, открыл дверь, шах вошел, сел и сказал:

— Мастер Халдар! Сегодня вы очень веселый!

— И не говорите!— ответил сапожник.— Сегодня со мной очень интересные дела произошли.

Он рассказал Шогарибу все, что случилось, и закончил словами:

— Раб не умрет; что ему положено — не иссякнет. Вот и сегодня у меня в котле кипит.

Поспел плов, они вместе поужинали. Валихан заявил:

— Теперь я пойду! А вы спросите у какого-нибудь мудреца: кто лучше из нас двоих — я или шах?

Сказал так шах Валихан и ушел.

Перевод М. Шевердина

В поле пахал на паре волов дехканин. Было жарко, пекло солнце, но пахарь трудился, не зная устали. Дело шло к лету.

Мимо, по большой дороге, на сильном, с золотой гривой скакуне проезжал жестокий бек — наместник падишаха той страны.

— Эй, не уставать вам!— крикнул бек, завидев в поле дехканина. Пахарь сделал , вид, что не расслышал приветствия, и все подгонял своих волов: «Ну, ну, животные!»

Подумал бек: «Глухой он, что ли?»

Прошло немного времени. Бек проезжал снова мимо того же поля. Едет он и видит — опять тот дехканин пашет.

— Э, не уставать вам!— воскликнул бек.

Пахарь и на этот раз ничего не ответил на приветствие могущественного бека, а только кивнул головой и продолжал погонять волов: «Ну, ну, животные!»

Рассердился бек: «Как смеет дехканин не слышать меня!»

Приехал бек в свой замок и отдал приказание своим слугам:

— Немедленно идите, найдите в поле дехканина, скрутите ему руки за спиной и пригоните его сюда!

Слуги беспрекословно выполнили повеление — схватили дехканина, связали его и притащили в замок к беку.

Испугался старик дехканин: «За что это меня к беку привели да еще связанного? Так просто людей не хватают, силой не тащат»,— а вслух он только сказал:

— Здоровым вам быть! Здоровым вам быть!

— Ага, старый дурак, когда тебе руки за спиной связали и силком сюда приволокли, ты сразу же вспомнил о вежливости. Там, в поле, я дважды приветствовал тебя, презренный: «Эй, не уставать вам!»— а ты мне ни разу не сказал: «Здоровым вам быть!» Вижу, ты притворялся, раб! А теперь почувствовал, что смерть близка, и глухоты как не бывало, а?

Трепеща, дехканин ответил:

— Мой господин, весна не ждет, земля созрела, и я боялся пропустить тепло и влагу. Я пахал с утра до ночи, и не было у меня времени на то, чтобы говорить «здоровым вам быть!» А второй раз, когда вы ехали, я уже поле вспахал, вот вам я головой и кивнул: «Спасибо, мол, дело к концу идет». Ну, а теперь поле мое вспахано, засеяно. Теперь я могу и поговорить. Берите моих «здоровым вам быть!» сколько угодно.