Чтение онлайн

Братья Шебби оказались искусными каменщиками, но работать по дереву им нравилось ничуть не меньше, чем Бобу учить местный говор. Однако старшему брату, по имени Роки, требовались услуги переводчика куда как чаще, чем всем остальным. Может, он меньше смотрел телевизор, может, не так часто общался с туристами. Так или иначе, понять, что говорит Роки, представлялось совершенно невозможным.

— Раэшьэпоплмишдлин, — протараторил он как-то со скоростью света Бобу, протянув ему кусок доски.

Боб непонимающе уставился на него. Роки сбавил темп:

— Раэшь-попл-сиш-длин.

— Разрежь ее пополам, ему нужно покороче, — перевел Клинтон.

— Он хочет, чтобы ты распилил ему доску, она слишком длинная, — не остался в стороне Шебби.

Дни стояли жаркие, и сама мысль о приготовлении ужина была невыносимой. Мы стали постоянными посетителями одной из местных закусочных, расположенных метрах в семистах от ресторанчика. Владелицу ее звали Бернис, а сама закусочная состояла из трех пластиковых столиков, холодильника, набитого покрытыми инеем бутылками, и импровизированной жаровни-гриля, вроде той, на которой много лет назад на Барбадосе нам довелось готовить себе обед. Провод от удлинителя тянулся к нескольким лампочкам, свисавшим с пальмового дерева и покачивавшимся на ветру.

Когда мы приезжали, на гриле всегда лежала куча ребрышек и куриных ножек, а в кастрюлях на плитках варились рис и горох — самая привычная еда на острове. Бернис в огромной не по размеру футболке «Кэлвин Кляйн» сжимала в одной руке мясницкий нож, а в другой — большую бутылку соуса для барбекю. Заведение в рекламе не нуждалось — всю работу выполнял «лежачий полицейский» на шоссе перед домом Бернис. Каждому водителю волей-неволей приходилось сбрасывать скорость, и в этот момент они ощущали изумительный аромат барбекю. Даже рекламная компания, разработанная на Мэдисон-авеню, не сумела бы привлечь большего числа клиентов.

Мне очень нравилось возиться в саду и помогать по строительству. Однако меня все больше и больше начинали пугать мысли о меню, особенно когда я представляла толпу избалованных и не склонных к снисхождению клиентов, на которых собиралась опробовать свои кулинарные таланты. Я видела, что стояло на столах в обеденном зале отеля «Маллиуана», поэтому имела приблизительное представление о том, чего клиенты будут ждать от нашего ресторана. Искренне полагая, что кухня безраздельно находится в их личном распоряжении, они наверняка будут обращаться к нам с просьбами типа: «Скажите пожалуйста, а не мог бы сегодня шеф-повар приготовить для моей супруги что-нибудь особенное? Передайте, что его просят постараться для миссис Лоренс. Ей страсть как хочется откушать эскалоп в лимонном соусе, только смотрите, чтобы потоньше. Будьте так любезны, посмотрите, что можно сделать».

Я полностью отдавала себе отчет в том, что уже хватит копаться в земле и пора сосредоточить внимание на еде. Устроившись на диване в гостиной, я обложилась десятками поваренных книг, ресторанными меню, накопленными за долгие годы, и пачками журналов «Приятного аппетита» и «Гурман». На кофейный столик я аккуратно положила четыре чистых листа бумаги: первый — для закусок, второй — для салатов, третий — для главных блюд и четвертый — для десертов.

Я перебрала сотни рецептов. Я думала, прикидывала, сортировала, отбирала те, что стоит опробовать. Блюда, в состав которых входили замысловатые соусы, или же требовавшие длительного времени на приготовление, отвергались сразу. Те блюда, что требовали специй, ароматных трав, свежих овощей и фруктов я включала в предварительный список. Десерты я разделила на четыре категории: печеные, мороженные, фруктовые и шоколадные.

Я отвлекалась на захватывающие статьи о новых веяниях в кулинарном искусстве. Вообще-то нельзя сказать, что я особо слежу за модой и модными течениями. Однако кулинария — совсем другое дело. Ради того, чтобы отведать чего-нибудь новенького, я готова преодолеть немалые расстояния. Я не шучу. Когда настал день отправлять Джеса в колледж, мы, конечно, могли купить ему билет на самолет из Вермонта в Валла-Валла, штат Вашингтон. Но мы так не сделали. Вместо этого мы сели в машину и проехали почти пять тысяч километров по дорогам местного значения. Если мчишься со скоростью сто тридцать километров в час по сверхсовременной автостраде, то в принципе невозможно увидеть ничего интересного, а закусочные с фаст-фудом нас совершенно не привлекали. Мы почти месяц трюхали через всю страну по дорогам, обозначенным на картах тоненькими серыми линиями, и лакомились самыми вкусными блюдами разных региональных кулинарных школ. Добравшись до пункта назначения, мы успели поправиться на полтора килограмма. По дороге от Новой Англии до северо-западного тихоокеанского побережья мы успели попробовать буквально все. Теперь мы с уверенностью могли сказать, где в Мемфисе можно отведать печенье с персиковым вареньем, которое будет таять у вас во рту, где находится лучшее барбекю в Сан-Антонио, где купить самые потрясающие булочки в Сан-Франциско и где в Сиэтле достать изумительную лососину, копченную на кедровой древесине.

Одержимость едой, быть может, даже пагубное пристрастие к ней, началось у меня в седьмом классе, когда я бегом бежала из школы домой, чтобы посмотреть, как ведущая знаменитого кулинарного шоу Джулия Чайлд готовит мясо по-бургундски. Ее азарт был заразительным. Когда я раздумывала над меню нашего ресторана на Ангилье, я ощущала себя второй Джулией. Меня вдохновляло уже одно лишь чтение рецептов морских гребешков с чили и ямайского соуса. Список блюд рос день ото дня.

Потом я перешла к испытаниям на практике. Томас, добрая душа, притащил мне несколько омаров, которые бились в мешке из грубой льняной ткани. Я заглянула внутрь, размышляя, как мне лучше всего подступиться к омарам. В Мэне у омаров есть клешни, которыми они так и норовят вцепиться вам в пальцы. У этих омаров клешни отсутствовали, зато имелись колючки. Таким образом, местная разновидность этих тварей требовала не менее осторожного обращения. Нацепив пару гигантских рукавиц-прихваток, я схватила первого омара за антенну и осторожно опустила его в кастрюлю. По кухне полетели брызги кипятка, но, невзирая на них, я мужественно отправила остальных омаров вслед за их первым собратом.

Потом я раскатала тесто для пельменей — очень-очень тонко, чтобы оно, когда пельмени сварятся, было почти прозрачным. После этого я наделала из теста кружки. Остудив мясо омаров и нарезав его квадратиками, я добавила грибов, лука-шалота, имбиря и немного козьего сыра в качестве закрепителя. Положив по ложке начинки в центр каждого кружка, я сложила их края — получились пельмешки в форме полумесяца. Пельмешки я полила свежим, только что выжатым лимонным соком, добавила имбиря, немного чеснока, ложку сахара и чуток соевого соуса. Попробовав пельмени из первой партии, я обнаружила, что пожадничала с мясом омаров. Во второй партии я переборщила с лимонным соком. Постепенно я набивала руку и лепила пельмени все более умело. Порой тесто рвалось или не хотело склеиваться, но после нескольких попыток процесс приготовления первой в списке закуски был освоен на «ура».

Страны Карибского моря славятся ямайским соусом. Я опробовала восемь разных рецептов, пока не составила свой вариант. В окончательный список ингредиентов входило восемнадцать наименований, в том числе десять разных трав и приправ, свежий лайм, апельсиновый сок и самый острый из острых перцев — хабанеро. Стоит попробовать этих чертенят всех цветов радуги, и у вас уже из глаз катятся слезы, а рот горит так, словно в нем разожгли огонь, полыхающий в преисподней.

Тушка окуня-гриль на ложе из жареных зерен и шпината с тайским соусом карри, копченый лосось с крабовым салатом и в лимонно-чесночном соусе, хрустящие креветки с домашним абрикосовым чатни [2] , лимонный торт с домашним ванильным мороженым и свежими ягодами, манго со сливками, корицей и коричневым сахаром… Бесконечный путь проб и ошибок. Боб и Джес с удовольствием все съедали. Оба приходили поздно, аппетит у них был волчий, и они с жадностью набрасывались на последние результаты моих кулинарных экспериментов.

Как-то раз в середине дня я решила сделать перерыв и сообщить Бетси с Гари о последних новостях. Я страшно тосковала по нашим совместным ужинам в Вермонте и надеялась, что письмо хоть как-то поможет заглушить тоску по дому.