Чтение онлайн

— А что мешает тебе стать куртизанкой? — спросила я, глядя на девушку. Она казалась мне очень даже симпатичной. Было в ней что-то такое притягательное, завораживающее.

— Нет во мне… утончённости, — бросила она с весёлой улыбкой. — И характер не тот. Не умею молчать. А леди, они ведь сдержанные. А я могу в случае чего и по роже треснуть.

— Но… в своём деле ведь ты… преуспела? — спросила я осторожно.

— Иначе меня бы тут не было, — усмехнулась девушка. — К счастью, в постели манеры только мешают. Там главное в другом.

— И в чём?

Но вместо ответа Ларта посмотрела на меня как-то особенно хитро и, выпрямившись, игриво щёлкнула пальцами.

— Интересно? — бросила она интригующим тоном. — Тогда идём. Покажу тебе, детка, что на самом деле важно.

Не знаю почему, но мне стало не просто интересно — во мне проснулся настоящий азарт! И я пошла за ней, как привязанная. И почему-то даже не удивилась, когда, весело смеясь, она без вопросов вошла в мою спальню. А там, прикрыв за мной дверь, повернула в замке ключ, уселась на кровать и скомандовала:

— Раздевайся!

— Зачем? — спросила я, не особенно понимая, для чего ей это могло понадобиться.

В конце концов, она же не мужчина, для чего ей смотреть на моё голое тело?

— Раздевайся, говорю, — повторила Ларта. — Хотя нет, подожди. Начнём сначала.

Она резко подскочила на ноги, развернула меня лицом к большому напольному зеркалу и остановилась за спиной.

— А вот теперь раздевайся так, чтобы это выглядело… завораживающе. Чтобы это нравилось тебе. Ты же красивая. И очень важно, чтобы ты сама осознавала свою красоту. Могла её показать, и не просто продемонстрировать, типа: «Нате, смотрите, пользуйтесь», а подать так, чтобы каждый, кто на тебя смотрит, слюной захлебнулся. А для этого, Кати, ты должна полюбить себя и своё тело.

Честно говоря, её слова казались мне странным бредом. Любить своё тело? Да ещё и наслаждаться его оголённым видом? Как это может мне помочь?

— Я и так его люблю, — сказала, глядя на Марту с откровенным сомнением.

— Тогда покажи, как ты его любишь, — заявила она, удобнее усаживаясь на кровати. — Постарайся раздеться так, чтобы тебе самой понравилось. Не торопись.

Она смотрела на меня с таким воодушевлением, что в итоге я решила смириться. Желает наблюдать, как я раздеваюсь? Ну и пусть смотрит. В конце концов, мне предстоит ещё столько раз раздеться перед посторонними людьми…

Но когда я потянулась к крючкам на платье, Ларта как-то особенно странно хмыкнула и, улегшись на бок, посмотрела на меня с сомнением.

— А начни-ка ты с чулок, — бросила она, подперев голову рукой. — И знаешь, как… поставь ногу на стул, потом медленно подними юбку… только при этом скользи пальцами по ноге, чтобы тебе самой было приятно. Гладь себя, прикасайся к своему телу. Ласкай его. Покажи, как ты его любишь, как восхищаешься им! Попробуй сделать приятное самой себе. Это ведь мелочь — всего лишь погладить себя по ноге. Но… попробуй расслабиться. Давай!

Я решила ей подыграть. Да и разве мне сложно попробовать? Потому, развернувшись к зеркалу, скинула туфли, поставила ногу на ближайший стул и потянулась к краю чуть задравшейся юбки. Поднимая её — медленно, всё выше и выше, вела кончиками пальцев по голени, коснулась колена и неожиданно для самой себя вздрогнула от собственной такой приятной ласки. Чуть задержала руку, и продолжила поднимать юбку. И что странно, теперь даже прикосновение ткани стало казаться приятным, а собственные касания и вовсе заставляли кровь течь быстрее.

— Отлично, малышка, — тихим томным голосом проговорила Ларта. — А теперь развяжи ленты на подвязках… чуть спусти чулок и погладь кожу под ним. Приласкай, она ведь так долго была одета, а теперь свободна. Подари ей немножко своего внимания, своей любви.

Я покорно слушала её наставления и только вздрагивала от собственных прикосновений к себе же. Почему-то раньше одевание и раздевание не вызывало у меня вообще никаких эмоций, кроме эстетического удовлетворения. Но теперь…

— Спускай чулок. — Голос Ларты звучал ещё тише и как-то завораживающе. Я подчинилась, а когда тонкая ткань оказалась на полу, она добавила: — Погладь бедро… до самого края кружева белья. Но выше не лезь. Интригуй себя, детка. Мы никуда не спешим.

Пока она не запретила мне лезть выше, я даже не думала об этом. А теперь вдруг захотелось коснуться собственной ягодицы, чуть зацепить край полупрозрачных шортиков, погладить кожу под ними. Но этот запрет… от него становилось только хуже!

Второй чулок я снимала с куда большим энтузиазмом. Более того — начала наслаждаться этим раздеванием!

— Умница, — долетел до меня голос молодой наставницы. — А теперь медленно расстёгивай крючки на платье.

К счастью, последние несколько лет в моде преобладали практичные вещи, снимать и надевать которые было не особенно сложно. И на моём наряде крючки располагались спереди, что существенно упрощало раздевание.

— Будь нежна с собой, Кати, — снова напомнила о себе Ларта. — Ты ведь любишь своё тело, побалуй его лаской.

И я пробегала пальцами по своей коже, гладила её. А окончательно разобравшись с крючками, опустила верхнюю часть наряда и, словно завороженная, уставилась на своё отражение.

Боги, а ведь я на самом деле красива! Странно, но никогда до этого момента не воспринимала так свои внешние данные. Смотрела и видела лишь привычный образ. А теперь… в зеркальной глади отражалась соблазнительная яркая особа. Такая, смотреть на которую оказалось очень даже приятно.

Я коснулась своей шеи… и сознание вдруг снова воскресило в памяти образ того призрачного молодого мужчины, которого придумала себе вчера в публичном доме. Словно наяву увидела его синие глаза, тёмные волосы, подстриженные даже короче, чем принято у аристократов. И в зеркале рядом со мной будто отразился призрачный фантом. Этакий ускользающий образ самого лучшего и даже идеального мужчины.

Теперь, гладя себя по плечам, обводя грудь, касаясь живота, я представляла, что моими руками управляет он. Что это мой таинственный незнакомец наблюдает за мной, помогает мне ощутить гладкость кожи, изгибы своего собственного тела. И что странно, я настолько увлеклась, что, избавившись от платья, сама, без подсказок Ларты потянулась к застёжкам бюстье.

Грудь гладила с особенным наслаждением. Интриговала сама себя, не позволяла себе касаться сосков, но подбиралась к ним всё ближе. И мой призрачный мужчина улыбался, глядя на меня из отражения, будто это он ласкал мою грудь… Но стоило мне представить, как он касается моей ставшей очень чувствительной кожи губами, и я просто взорвалась от нестерпимого желания.

Рука сама поползла к лентам коротких кружевных шортиков, а едва те поддались, поспешила забраться под ткань. И именно в этот момент я неожиданно осознала, что за моими действиями внимательно наблюдает Ларта. Нет, не могу сказать, что мне стало стыдно, но руку я всё же поспешила убрать.