Чтение онлайн

Когда я вернулась в столовую, то застала странную картину. Ларта была зла. Более того, в таком бешенстве я не видела её ни разу, а вот Дамир, наоборот, ухмылялся вполне открыто и, кажется, даже тихо посмеивался нал моей подругой.

— Что случилось? — спросила, опуская на стол блюдо с пирогом.

Я вопросительно посмотрела на принца, но тот только отрицательно мотнул головой, мол, «не виноват, не причём, и вообще я хороший». Тут-то и заговорила девушка.

— Кати, представляешь, этот хлыщ… этот… демон рогатый, этот хитрый гад…

— Твой Нотан? — всё же уточнила я.

— Да, этот индюк безродный меня обманул! — Под конец фразы Ларта уже почти кричала. — Представляешь, эта штука не снимается! И Фил утверждает, что снять кольцо с моего пальца сможет только тот, кто его туда надел! И никто больше!

— Ну… разве это плохо? — поинтересовалась я, опускаясь на стул рядом с Дамиром.

Меня сразу обняли, легко поцеловали, потёрлись носом о мою щёку и ласково коснулись губами губ. И так как сама Ларта не отвечала, продолжая тихо пыхтеть себе под нос, прояснить ситуацию решил сам принц.

— Твою подругу расстроило другое, — заметил он, неспешно наполняя свою чашку чаем. — Невозможность снять — это побочная функция данного артефакта. Главные же в нём две другие. «Безопасность» — то есть любой, желающий нанести вред хозяйке, при приближении к ней просто будет забывать о своём намерении. И… «верность». — А, заметив мой полный непонимания взгляд, пояснил: — Тут всё просто, Каттиша. Если к Ларте прикоснётся посторонний мужчина, а в его эмоциях будет преобладать вожделение, то его ощутимо приложит энергией. Причём, если я правильно разобрал узор плетения, то основной импульс будет направлен в паховую область. В общем… вот.

— Хороший подарок на помолвку, — хмыкнула я, глядя на подругу со смесью сочувствия и веселья. Всё же у её Нотана был повод подарить именно такую побрякушку. Решил перестраховаться. — И не нужно беситься. Он ведь тебя замуж позвал! И ты, между прочим, согласилась! Так что смирись.

— Да я и не собиралась ему изменять, — всплеснув руками, выдала девушка. — Он мне правда нравится…этот хитрый гад, — а схватив булочку и откусив от неё кусочек, добавила: — Но зато мой.

Дамир хмыкнул и попросил меня положить ему кусочек пирога. Я чуть покраснела, смущаясь, сообщила, что он холодный, но просьбу всё равно выполнила. Принц же благодарно кивнул, опустил взгляд на этот аппетитный шедевр выпечки, и от того сразу потянуло теплом.

Примерно на этом моменте Ларта и позабыла о завтраке. И хотя обычно она не страдала отсутствием аппетита, но сегодня явно был странный день. Тихо попивая чай, она разглядывала Дамира, будто старалась найти в его образе что-то важное. А тот ловко орудовал ножом и вилкой, методично отрезал от своей порции пирога маленькие кусочки и отправлял их в рот. Это получалось у него настолько изящно, что моя бесцеремонная подружка даже засмотрелась. И едва он закончил с трапезой, она всё же не выдержала и решила перейти к расспросам.

— Вот смотрю я на тебя, Филипп, и никак не могу вспомнить, к какому же роду ты относишься. Да и имя это явно не твоё. Оно для тебя слишком простое.

— Ну и какое бы мне подошло больше? — ухмыльнувшись, спросил он.

— Ты — точно аристократ, — уверено проговорила Ларта. — Я таких на раз вычисляю. Да и деньги у тебя водятся. Ткань рубашки дорогая, пуговицы — серебряные. Да и лицо… уж больно породистое. Глаза, опять же.

— А что не так с моими глазами? — явно веселясь, поинтересовался Дамир.

— Слишком яркие, — бросила Ларта. — Такие только у магов бывают. И я слышала, что их яркость — показатель силы и родовитости. Вон, у карильской королевы они, по слухам, даже словно светятся. Так как она — чистокровный маг в поколении, наверное, двадцатом.

— Вот уж к Великой Эриол я точно никакого отношения не имею, — весело отмахнулся принц. Поймал мою руку, переплёл наши пальцы и снова посмотрел на Ларту.

— Это я так, для примера, — фыркнула девушка. — Но ты точно аристократ. Лет тебе от двадцати до двадцати трёх. Манерами светскими владеешь настолько, что даже позволяешь себе ими пренебрегать. А подобные замашки есть только у представителей высшей аристократии. Эти настолько уверены в своей великолепности, что этикет им не указ. Потому как они и есть те, кто устанавливает правила. И если уж ты позволил мне, типичной простолюдинке, называть тебя на «ты», значит для тебя это просто игра. Так ведь?

— Слушай, а ты не думала о карьере следователя? — весело смеясь поинтересовался принц.

— Нет, — улыбнувшись, ответила девушка. — Это у меня хобби такое. Скажи лучше… ты давно живёшь в столице?

— С рождения, — ответил он, с любопытством ожидая нового витка её рассуждений.

— Вот это-то и странно, — заметила Ларта, задумчиво прикусив губу. — Я знаю всех представителей аристократии твоего возраста. — На невысказанный вопрос «откуда» та ответила лёгким пожатием плечами. — С кем-то пересекались, кого-то видела по иллюзатору, о ком-то читала в газетах. А вот твоё лицо мне незнакомо. А значит… либо я ошиблась, и ты не принадлежишь к элите, либо по каким-то причинам не желаешь, чтобы тебя узнавали.

Вот. Мне тоже было дико интересно получить ответ на этот вопрос. До сего момента я собиралась задать его как-нибудь позже, но коль мы уже завели этот разговор, то зачем откладывать. Ведь наследника престола хоть и показывали по иллюзаторам, но его почему-то никто не мог запомнить. Все знали, что у него короткие тёмные волосы, что он высокий, обладает довольно крепким телосложением, но… узнать его на улице вряд ли бы кто-то смог. Хотя те, кто был представлен ему лично, запоминали черты кронпринца с первого раза.

— Мне нравятся твои рассуждения, — проговорил Дамир, поглаживая меня по руке. Смотрел он при этом в глаза Ларте, и его улыбка почему-то становилась всё более натянутой. — И ты наверняка найдёшь ответ. Потому, дорогая Ларта, хочу сразу предупредить, чтобы твои выводы оставались строго при тебе. Если же о моём пребывании в этом доме и о наших отношениях с Каттишей от тебя кто-то узнает… — он сделал глоток чая, отставил чашку в сторону и демонстративно постучал пальцами по столу, изображая раздумье. — То тебя не спасёт ничего. Даже заступничество господина Хоулинта. Я понятно выражаюсь?

— Конечно. Поверь, язык за зубами я держать умею прекрасно, — кивнула она, от чего-то задумавшись ещё сильнее. — Но кто же ты такой? В нашей империи очень мало людей, имеющих такую власть. Ты ведь не шутил. Ты вообще шутить не особенно умеешь.

И тут её взгляд упал на его правую руку, которой он теперь снова держал чашку. Причём смотрела туда Ларта так пристально, что я невольно проследила за её взглядом. Дамир тоже заметил это внимание к своей конечности, а точнее к платиновому перстню, потому позволил мне тоже его рассмотреть.