Чтение онлайн

В другой раз Вишну воплотился на земле, когда ее благополучию угрожал царь демонов. Возгордившись своим могуществом, он покинул стезю добродетели и стал жестоко притеснять живые существа. Его благочестивый сын, порицая злодейство отца, обратился к почитанию Вишну. Тщетно царь демонов пытался заставить сына отречься от добродетели он повелевал убить его многими способами, но тот всякий раз спасался чудесным образом, благодаря молитве Вишну. Наконец, сам Вишну пришел на помощь преданному ему и страдающему царскому сыну. Он воплотился на земле в образе не человеческом и не зверином-полульвом-получеловеком- и явился в царские чертоги. Вишну разорвал царя демонов в клочья, освободил из темницы его сына и опять восстановил на земле справедливость.

В основе этого памятника лежит не ограниченное никакой догмой народное творчество, хотя связь книги Джатак с ранним буддизмом нельзя считать чисто случайной. «Джатаки», или «Повести о прошлых рождениях», встречаются и в буддийской традиции, которая принимает общее для индийских религий учение о перевоплощении в зависимости от итога своих добрых и злых деяний в этой жизни, то есть кармы. Считается, что Будда, как и всякий другой смертный, прошел многие рождения, прежде чем обрел просветление и избавился от власти закона кармы со всеми следующими из него тяготами, неизбежно сопряженными с существованием в этом мире. Джатаки при отсутствии жанрового единства определяются отождествлением героя или другого персонажа с Буддой в одном из его прошлых воплощений.

Джатака о царе Ассаке. Будда спросил монаха: «Правду ли говорят, что ты охвачен тоской?» Тот признался в этом, а на вопрос: «По ком же тоскуешь ты?» отвечал: «По жене, что осталась в миру». Тогда Учитель молвил: «О монах! Не только ныне ведь испытываешь ты любовное томление – из-за этой женщины, но и прежде ввергался ты из-за нее в великое страдание!» И он поведал собравшимся о прошлом.

В стародавние времена восседал на троне царь по имени Ассака. Старшую из его жен звали Уббари, она уступала прелестью разве лишь богиням и была царем любима. И вот она скончалась. С ее смертью погрузился царь в пучину горя и немного помрачился в уме. Он приказал набальзамировать тело покойной жены и поставить его под свое царское ложе. Сам же возлег на ложе и лежал так, беспрестанно рыдая и отказываясь от пищи, семь дней. Будда тоже жил в ту пору и был отшельником в предгорьях Гималаев, обозревавшим внутренним взором всю Вселенную. Увидев сокрушающегося царя Ассаку, он решил ему помочь. Своей чудотворной силой он перенесся по воздуху в царский сад и велел передать царю, что он может показать ему место нового рождения его усопшей супруги и побудить ее заговорить с ним.

Обрадованный царь поспешил в сад, почтительно приветствовал отшельника и спросил: «Где же возродилась она?» – «Из-за того, что в прошлом рождении, опьяненная своею красотою, жена твоя не совершала благостных дел, она обрела новое существование в лоне самки навозного жука и теперь находится в этом саду». – «Не верю я в это!» – воскликнул царь. Тогда Будда своею божественной силой заставил подползти к ним двух жуков, скатывающих шарики из навоза, и воззвал к одному из них: «Эй, как звали тебя в твоем прежнем рождении?» – И самка жука отвечала человеческим голосом: «Я была старшей женой царя Ассоки, а звали меня Уббари». «А теперь кто тебе мил: царь Ассака или жук навозный?» Уббари ответствовала: «То было мое прежнее рождение. Тогда я с супругом моим гуляла по этому саду и наслаждалась его красотой. Но теперь, когда я отторглась от своего прежнего существования, что мне в этом царе? Нынче я могла бы кровью его умастить ноги супругу моему, навозному жуку!» Услыхав ее речи, царь Ассака понял, что скорбел напрасно.

Завершая свое наставление, Учитель истолковал свой рассказ, связывая перерождения с обретением плодов: «Уббари в ту пору – это оставшаяся в миру супруга монаха. Царем Ассакой был тоскующий монах, отшельником же – я сам».

Книга, возникшая на основе фольклорных повестей и притч, стала одним из самых популярных произведений мировой литературы. Однако история ее возникновения все еще остается недостаточно проясненной. Лишь в 1199 году джайнский монах придал Панчатантре ее нынешний вид, хотя еще в 570 году почти в таком же виде она стала известна за пределами Индии, благодаря переводу на персидский язык. Тантры учат, как управлять государством, наставляют в делах житейских, славят здравый смысл, осуждают пороки. В книге нашла отражение вся совокупность социальных и этических проблем Древней Индии, переданная через описание реальных черт жизни, быта и обычаев.

Один бедный ткач, как ни отговаривала его жена, отправился па заработки в другую страпу, а через три года, получив 300 золотых, решил вернуться назад. На полпути к дому он заночевал в лесу, и ему приснились два устрашающего обличья мужа, беседующих между собой. Это были Ка – тар (творец) и Карман (олицетворение закона кармы справедливого воздаяния).

Слушай Картар, сказал один, неужели не известно тебе, что ткачу определен достаток не больший, чем требуется на покупку одежды и пропитания? Почему же ты позволил ему заработать столько денег?

Слушай, Карман, ответил другой. Мое дело – достойно вознаграждать усе – дие. А что ты им оставишь от этого вознаграждения дело твое.

Когда, пробудившись, ткач заглянул в свой узелок, там не оказалось ни одной золотой монеты. «Что за напасть! – огорчился он. С таким трудом заработал деньги, а они улетучились куда-то. Как же я теперь покажусь на глаза жене?» Поразмыслив, он отправился в другой город и заработал там 500 золотых. По дороге домой он сильно устал, однако отдыхать все же не стал, опасаясь лишиться своего богатства. Он даже ускорил шаг, но и на этот раз ему померещились два мужа ужасающего обличья: они шли рядом и разговаривали между собой.

– Слушай Картар, начал один, почему ты позволил ткачу заработать еще больше денег? Неужто не ведаешь о том, что ему определен достаток не больший, чем требуется на покупку одежды и пропитания?

Слушай, Карман, ответил другой. Я всегда вознаграждаю усердных. А что уж ты им оставишь дело твое. Что же ты меня укоряешь?

Ткач тут же развязал узелок и увидел, что в нем не осталось ни одного золотого. «Зачем мне и жить? – загоревал он. Осталось только повеситься». Он сплел веревку, как вдруг услышал голос с высоты: «Ступай домой. Я очень доволен проявленным тобой усердием. Проси любую награду». Поскольку ткач опять попросил денег, история повторилась…

История полезных наставлений и разнообразных бытовых поучений уходит корнями в незапамятные времена. В индийском «Домострое» житейская мудрость приобрела форму красочных историй с запутанным сюжетом, где в нужной пропорции сочетаются притягательный порок и непоколебимая добродетель.

Действуй по обстоятельствам. В одном саду жила старая змея. От дряхлости она уже не могла ловить лягушек и лежала неподвижно на берегу пруда.

Тут одна лягушка с безопасного расстояния заговорила с ней: «Отчего ты не охотишься?» И змея стала рассказывать:

У брахмана Каундиньи был сын лет двадцати, обладавший всяческими достоинствами. Как на грех, я, негодная, укусила его. Увидел брахман своего сына мертвым, упал он и в горе катался по земле. Тогда пришли к нему все родственники, и один из них, только что окончивший обучение молодой человек, сказал: «Друг Каундилья! Неразумно ты делаешь, что так убиваешься. Послушай! Как только родится человек, его берет на руки, как кормилица, бренность, а потом уже мать: где же после этого место для скорби? Телу грозит разрушение, счастье ведет к несчастью, свиданье – к разлуке: все возникающее погибает. Счастье не в том, чтобы продолжать жизнь, совершенно бессмысленную, состоящую из рождения, смерти, старости, болезней и страдания. Не радость, а горе – условие счастья: о счастье говорят тогда, когда кто-нибудь избавляется от страдания». И Каундилья, согласившись со сказанным, проклял меня: «Теперь ты должна будешь возить лягушек на себе верхом…» – И вот я здесь лежу, обреченная исполнять проклятие брахмана возить лягушек.

Тогда лягушка отправилась к своему царю и рассказала об этом. Царь лягушек пришел, чтобы поездить на змее, но она еле двигалась. Тогда он спросил: «Почему это ты так медленно ползаешь?» «Я ослабела от недостатка пищи». – «Можешь есть моих подданных, я разрешаю». Приняв эту великую милость, змея по очереди съела всех лягушек, а под конец и их царя.

В мировоззрении древних индийцев вполне органично уживались такие плохо совместимые составляющие, как изощренные логические построения и развитое мифологическое мышление. Причем это касалось не только различия между религиозными течениями и философскими школами, но даже в пределах одной традиции всегда присутствовали абстрактные и образные формы выражения мысли. Поэтому нет ничего удивительного, что в буддизме наряду с разработанной теорией причинно-следственных связей, объясняющей работу отлаженного механизма переходов живых существ между мирами, можно встретить описание Царя Смерти с Зеркалом Кармы в руках. Или в йоге среди тщательно детализированных методов различения и преодоления конкретных кармических следов мы наталкиваемся на замечание, что того же самого результата можно достичь и просто по любви к Богу. Эта особенность сыграла свою роль в восприятии учения о карме современным западным обществом и породила впоследствии немало недоразумений в истолковании закона кармы.