Чтение онлайн

– И что – за все эти годы не нашлось удачливых ментов-рыбаков, или других преступников-браконьеров или хотя бы тех, кто случайно наткнулся на эти цепи и разорвал эти нитки к чёртовой матери? – не сдержался Игорь.

– Почему?! Они были, есть и будут. Для несведущих эти нитки – обычные водоросли, они выбрасывали их обратно в воду, а тем, кто на них охотился и знал нечто большее, удавалось поймать какой-то участок цепочки – как правило, небольшой и тот, что плавал неглубоко. Ещё никому не удавалось достать со дна этот якорь: тех, кто подбирался к нему слишком близко, губило давление воды, а тех, кто пытался его поднять, затягивало в глубины океана.

– Как же ты смог из этого выбраться, Ихтиандр? – снова перебил Игорь.

– Я рад, что ты сохранил чувство юмора и бодрость духа в столь непростой для твоей семьи ситуации. Я просто не могу раскрыть тебе все карты, ты всё равно не узнаешь всей правды о нас; есть вещи, которых тебе лучше не знать для твоей же собственной безопасности. После того, что мы сделали, нас заказали. Например, за мою голову назначили сумму с пятью нулями в гринах, и сейчас я с тобой разговариваю только потому, что держу важную информацию о себе и своей команде под семью замками. С каждым годом они всё ближе подбираются к «Карме», поэтому конспирация приобрела для меня особую важность.

– Мне не нужны пароли и явки, расскажи в общих чертах, – прицепился Климов.

– Последние годы я был смотрящим, во главе нашей группы стоял Коля – тот самый Николай, который когда-то был моим экспедитором и который сейчас стоит сзади нас у машины. Мы с ним сильно сдружились за время работы на «Фатум», хоть это и запрещается кодексом. Так получилось, что все наши смотрящие стали наёмниками не по своей воле – нас всех завёл туда злой рок, затащили силой: кто-то работал за большие долги, кто-то под страхом смерти, кто-то, как я, просто оказался не в то время не в том месте. Нас было пятеро, и у всех был свой зуб на Фатум. Я годами разрабатывал план нашей массовой эвакуации и создания «Кармы», мне удалось заразить их своими идеями – они мне поверили, и мы сложили свои сбережения. Мы должны были ликвидировать всех, с кем когда-либо имели общее дело, всех наёмников и вершителей. Расслоение в «Фатуме» становилось всё сильней и сильней, появлялось больше вертикальных цепочек и горизонтальных уровней, а в конце нашей карьеры основатели и хозяева разделили вершителей и, по сути, они раздробились. Мы составили списки и начали убивать одного за другим, причём заказы подкидывали конкретным вершителям, и наёмники из одной цепочки убирали наёмников из другой. Всё гениальное просто – ведь никто не знал настоящих имён, не знал друг друга в лицо; таким образом, мы ликвидировали тех, кто представлял наибольшую опасность и владел важной информацией о нас. Тех, кто был нужен нам, мы завербовали и переманили в Карму; мы рассказали им правду, на кого они работают, что и для кого выполняют, и по возможности представили доказательства; сейчас они работают у нас. На реализацию этого плана ушло три с половиной года, я до сих пор поражаюсь тому, как нам всё это удалось. Сначала они думали на ментов, потом – на конкурентов, а когда наконец поняли, кто стоит за всем этим, мы уже сделали себе документы, легенду, продали имущество, увезли сéмьи и свалили отсюда на несколько лет. Мы убили троих вершителей, одиннадцать исполнителей-киллеров, а девятерых, чьи руки не были по локоть в крови, эвакуировали следом за нами. Это было настоящим потрясением для всего «Фатума», мы посеяли в них испуг, панику. Больше года они не брали заказы, многие разбежались, кто-то пустился в свободное плавание, кто-то ушёл к конкурентам, кто-то вообще завязал со всем этим и исчез, а кто-то присоединился к «Карме». Те, кто остался в «Фатуме», понимали, что им нужно снова объединяться, что поодиночке их всех очень быстро пересажают либо поубивают. Также они понимали, что больше не могут работать как раньше. Им пришлось стать открытыми друг для друга, чтобы не допустить подобного в будущем. Теперь заказы размещают открыто, о них знает каждый вершитель, который вправе назначить свой ценник и предложить собственный план исполнения. Эдакий открытый тендер, у которого, как и положено, есть комитет – совет хозяев и основателей, который определяет победителя и поручает заказ. Дальше подбирается группа смотрящих – это делается быстро, потому что вершитель, когда назначает свой ценник, закладывается на конкретных смотрителей, а те, в свою очередь, – на определённых исполнителей. Другими словами, «Фатум» стал полностью матричной структурой; теперь они тратят больше времени на планирование и организацию, но при этом добиваются большей открытости на каждой стадии выполнения заказа, без особого ущерба в централизации управления. Мы ждали таких изменений, скажу больше – мы их хотели и рассчитывали, что так будет. Открытость процесса выполнения заказа оставляет вероятность утечки информации и, как следствие, провала всего заказа, чем активно пользуется «Карма» благодаря нашим агентам-осведомителям в «Фатуме». Точно так же мы узнали о заказе на Бориса Сергеевича Полянского и о том, что твоя семья вовлечена во всё это.

– Где мои деньги?! – заёрзал Игорь, пытаясь прощупать карманы мастерки связанными руками.

– О чём ты? – после некоторой паузы недоумённо спросил Виктор.

– Вы вытащили деньги из моей мастерки, когда я был без сознания!

– Не выдумывай!

– Что тут думать, если я сажусь к вам в машину с лопатником, набитым лавандой, ты бьёшь меня током исподтишка, а потом я просыпаюсь связанным и понимаю, что они пропали.

– Мы ничего не брали, – отрезал Виктор и обернулся назад.

Напарника не было видно, и он привстал. Из салона по-прежнему доносилась музыка с Колиного любимого компакт-диска.

– Коля! – крикнул самаритянин, но ответа не услышал.

Он приподнялся повыше и ещё несколько раз крикнул его имя, но никто не откликнулся.

– Сиди здесь, я быстро, – сказал Виктор, оглянувшись в сторону Климова.

Игорь кивнул. Самаритянин открыл кобуру, достал оружие и стал медленно подниматься в гору. В машине не было никого, вокруг неё тоже. В пятнадцати метрах от дороги, где стоял «Пежо», начиналась кленовая роща. Коля никогда бы не бросил машину открытой с ключами в замке зажигания и уж тем более не ушел бы куда-то, не сказав ни слова, – слишком давно они были знакомы. Виктор заглянул в салон, но не увидел ничего подозрительного – никаких следов борьбы или пятен крови. Никаких чужих кошельков на полу или сиденье также не было. В какой-то момент ему послышались звуки стремительного движения; они доносились откуда-то сзади, но быстро удалялись. Виктор выскочил из салона и подбежал к краю дороги. Игорь смог освободится от скотча, резво спустился с горки и уже нёсся со всех ног по полю к противоположному склону.

– Стой! – заорал Виктор, и его крик эхом прокатился по долине.

Климов прибавил в скорости и побежал что есть сил. Виктор бросился за ним. Игорь бежал без оглядки и через какое-то время сумел оторваться и скрыться в лесной чаще. Когда он понял, что за ним не гонятся, он решил отдышаться и перешёл на шаг. Первым делом Климов проверил карманы: кошелёк, набитый деньгами из домашнего тайника, лежал в подкладке мастерки. Он ещё долго оглядывался по сторонам, пытаясь сориентироваться в знакомых местах, где он когда-то, будучи помладше, сам гулял и катался на велосипедах с друзьями. Спустя два часа Игорь выбрался из леса и добежал до магазина «Тур де Франс».

– Здравствуйте, – начал с порога Климов, – мне нужен «Спортинг» последней модели, как на двенадцатой странице в вашем журнале, с фирменными перчатками и шлемом. Это предложение ещё действует?

– Да, действует, – заулыбался скучающий продавец, – берёте?

– Конечно! Доставку оформите? Нужно доставить сегодня и желательно до пяти часов.

– Давайте попробуем. Сегодня наша «Газель» свободна – доставок на понедельник не было. Сейчас свяжемся с водителем – узнаем, где он и когда сможет приехать, – объяснял сотрудник магазина, попутно набирая номер владельца «Газели».

Когда все вопросы были улажены, а до приезда машины оставалось какое-то время, Игорь отлучился в платный туалет, чтобы смыть грязь с обуви и одежды. Он совершал машинальные движения, а сам думал о том, как ему снова завоевать доверие в семье, которую он всегда будет считать своей, и как доказать Марине, что она связалась с мошенниками, которые тянут из неё деньги.

«Газель» подъехала вовремя, и водитель любезно помог Игорю положить «Спортинг» в кузов машины. Всю дорогу они молчали, изредка обмениваясь короткими фразами. Водитель занимался своими делами, а Климов заметно нервничал, проигрывая в мыслях начало их разговора с сыном. Марина и Дима жили в двухэтажном частном доме в центре города, недалеко от набережной. Элитная новостройка была подарена отцом Марины на день их свадьбы. «Газель» остановилась у ворот со встроенной калиткой, Климов расплатился с водителем, взял «Спортинг» и покатил его к заборной двери. Пёс по кличке Барин, услышав за калиткой чьи-то шаги, прильнул к ней с другой стороны и громко залаял. Игорь подал голос, и собака его признала. Барин стал скрести лапами и просовывать их под дверь, пытаясь впустить хозяина.

– Бари, назад! Бари, место! – крикнул с крыльца Дима, не разобравшись, в чём дело.

Увидев, что собака не реагирует, он наспех надел сандалии и пошел к калитке.

– Глупая псина! – ругнулся Дима.

– Дим, это папа! – крикнул Игорь, и его сердце забилось.

Дверь отворилась, и Климов увидел сына.

– Не может быть! – сказал мальчик, и его глаза загорелись. – Это что – мне?!

– С днём рождения! – поздравил Игорь и повернул руль в сторону сына.

Барин выскочил из калитки и встал на задние лапы перед Климовым, высунув от радости язык. Дима загнал «Спортинг» в калитку и попробовал прокатиться по асфальтированной площадке перед гаражными воротами, Игорь завёл собаку во двор и закрыл дверь на засов.

– Ну что? – поинтересовался Игорь, когда Дима наездил несколько кругов.

– Порядок! – заулыбался он и остановился перед отцом. – Спасибо большое!

– Не за что. Я же знаю, какой ты гонщик, тем более что старый велик, из которого ты вырос, мы тогда продали кому-то – значит, тебе нужен новый, а всё время брать в прокат – это дорого; да и когда велик твой, можешь прокачать его как захочешь.

– Это точно!

– Мама дома?

– Нет, она на работе, она велела мне убраться в доме, чтобы вечером поехать за великом. Это она сказала, что я хочу именно этот?

– Нет, она вообще не знает, что я приехал. Я сам решил купить тебе новый велосипед, мы не договаривались об этом.

– А почему ты купил именно этот? – полюбопытствовал Дима.

– Я просто поехал в «Арену», зашёл в магазин и попросил последнюю модель самого классного велика для сына, у которого сегодня день рождения. С ним в комплекте шли перчатки и шлем, а я помню, как ты гоняешь, – протянув пакет, добавил отец.

Мальчик расплылся в улыбке.

– Может, покатаемся на выходных? Я возьму напрокат велик, и погоняем – как тебе?