Кармелита. Наследники: лёд и пламя
Шрифт:
– Может и отметим. Только для начала я тебе кое – что расскажу по секрету, договорились? – заговорщически подмигнув, откинулся на спинку дивана.
Вам, должно быть, знакомо то чувство «зуда», которое просыпается в человеке, когда кто-то делится с тобой самым сокровенным, хочется вроде как утвердиться, дав понять, что и твои дела идут как надо? Но стоило несколько раз подумать, прежде чем выкладывать что-то важное и секретное самому болтливому на свете конюху, с этим не согласится только тот, кто его не знает! В силу своей импульсивности (она досталась сыну от отца), Николай вообще очень редко полагался на здравый смысл, часто получал люлей за неосмотрительность, обещал больше внимания уделять теории, но вот тяга к практике, ведомая желанием поскорее приобрести жизненный опыт, сыграла с ним злую шутку...
– Ну, давай, выкладывай свои тайны! Я ж могила, ты знаешь!
– С чего бы начать? Александр, по-твоему: я – хороший директор? – парень шутливо нахмурился.
– Ты? Да замечательнейший!!! Я ж тебя почти сам выкормил, на лошадь сам посадил! Ты мне как сын, а совсем скоро у меня родной появится! Я его Колей назову! Точно! Так и назову! – язык начал заплетаться.
– Спасибо, конечно, но все-таки, скажи прямо и честно! Я – достоин того, чтобы папа в определенное время сделал меня единоличным и полноправным владельцем конезавода?
– Несомненно! Да ты погоди! Не беги впереди коней! Будешь и ты запрягать и править! Ну, что за тайна-то? Я уже не выдержу сейчас!
– Я хочу вывести нас на мировой уровень! Мне предложили сотрудничать с мировым агентством “Horse”, там затевается большая стройка – новый международный ипподром в Сочи! Нужны вложения, в свою очередь они предоставят нам право заочно выступить где-нибудь в Мексике!
– В Мексике-е-е-е? А что там такого, в этой Мексике? Нас и тут неплохо кормят! – кружка опрокинул стопку, понюхал лимон.
– Ты не понимаешь! Это новый уровень! Всемирная слава! Огромнейшие деньги! В тысячи раз больше тех, что мы имеем сейчас! Сашка! Нельзя упускать такую возможность! Значит так: я буду вкладываться и точка! Осталось только решить, что заложить из имущества, чтоб оплатить часть, которую мы в будущем сможем приватизировать… – Коля вскочил, полез к потайному сейфу, открыл его.
– Стой-ка! Закладывать имущество вздумал?! Не позволю! – пьяный рьяно лез в драку.
– Да отвали ты! Дурень! Мне немного надо! Потом начнут идти проценты! Поднимемся! Надо с мамой поговорить, пусть подпись поставит, я заложу наш фамильный особняк, в самый раз будет! – Милехин судорожно перебирал папки, найдя нужную, пролистал, взял печать и ручку... затем тоже опрокинул коньячку, улыбнулся. А вот Сашка схватился за голову – не от досады, а от боли.
====== Глава 7. ======
СОЧИ.
«Жизнь невозможно повернуть назад и время ни на миг не остановишь...»
Слова знаменитой песни “Старинные часы” в исполнении Аллы Борисовны Пугачевой в наше время воспринимаются как хорошо забытая старина. Для нового поколения важен не сам процесс жизни, а её динамика: стремительный бег или длительная остановка; «застревание» на каком-либо этапе естественного хода времени грозит человеку осложнениями на следующем.
Хотелось бы вам напомнить: жизнь – это букет моментов, нужно знать, что и радость, и горе не бывают случайными – они закономерны. Так умейте же наслаждаться, пока все хорошо! Позитив должен стать частью любого, даже самого трудного дня, тогда есть вероятность, что грусть и негатив в вашу дверь не постучаться, но с другой стороны: человек предполагает, а Бог располагает...
Дина и Стас против обыкновения сели обедать после полудня, надо сказать, что их жизнь текла настолько спокойно и мирно, будто бытие остановилось, запечатлев все лучшее в нетленной шкатулке мудрости, той мудрости, которую герои приобрели двадцать лет назад, увы, совершив тогда множество ошибок, но приняв в себе недостатки, мы становимся чище.
Прозвучит кощунственно, но Жданов в некотором роде выиграл в борьбе с самим собой, став инвалидом, обрел ценности, о которых будучи прежним и мечтать, не мог! Он распрощался с больной мечтой обладать всеми деньгами на свете, перестал грезить о несостоявшемся счастье с Кармелитой, хотя и вспоминал её время от времени, пришло и уважение к себе, и главное – к другим, в частности, к близким! Конечно, все это стоило немалых усилий, нервов и колоссальной веры, веры Дины, той, которая сделала для любимого больше, чем можно себе представить.
«Переучиваться жить» – упасть на самое дно, сгореть, чтобы потом возродиться из пепла, начав принципиально другой путь абсолютно сознательно, причем суметь повести за собой, словно по компасу, по тому, что есть внутри у каждого, иногда под воздействием каких-то факторов маяк этот может погаснуть, а задачей первопроходца является желание снова видеть свет, то есть истину! Правд может быть много, а истина только одна!
– Милый, ну, сколько можно возиться с документами? Ты обедать не собираешься? Остынет ведь! – женщина заботливо подложила сметаны в свежеприготовленный борщ.
– Родная, ну могу я хоть раз в месяц немного увлечься работой? А есть что-то не хочется сейчас, извини, ну и правда, я покушаю, как только разгребу завал непрочитанных писем! – Стас поцеловал жене руки, отодвинул тарелку и включил ноутбук.
– У тебя всегда так: то ты ничего не хочешь слышать о бизнесе, а то за уши не оттащишь! Вы с Данькой, кстати, очень в этом похожи! Люди крайностей! Вот он где шатается по трое суток подряд? Ты мне скажи, а? – у Дины в голосе послышалась тревога, она потянулась было к телефону, но встретившись взглядом с мужем, передумала.
– Дин, слушай, я, конечно, понимаю, что как мать ты волнуешься с удвоенной силой, но нашему сыну уже памперсы менять не нужно! Ему не десять лет! Личная жизнь бьет ключом! Этого и стоило ожидать! Тем более что девушек вокруг хоть отбавляй! – борщ так благоухал, что не попробовать было просто невозможно. – Мы и так держим его словно на привязи, милая, пройдет ещё год, и будем жить в разных квартирах, а может и вообще в разных городах!
– Я понимаю! Только мне без него так неуютно, он же с нами в детстве не расставался, помнишь, когда мы хотели в садик отдать и через неделю поняли, что лучше будет воспитывать дома. Ты с ним возился днями и ночами, благодаря твоим стараниям он в четыре года читал уже! – она достала толстенный фотоальбом, села на колени к супругу.
– О-о-о! Как же не помнить! Я вообще порой боялся, что он ходить разучится – постоянно со мной сидел, зато какой спокойный-то был у нас ребенок! – Стас закрыл глаза, вспоминая лучшие свои дни, проведенные с сыном. – Не бегал, не прыгал! Стихи Барто так любил, конем учился ходить! Хе-хе! Я его достал шахматами настолько, что когда в школу отправили, то наш всех там “матами” крыл! Ха-ха-ха! Гроссмейстер просто! Знаешь, я безумно рад, что у меня есть сын!
Садясь в служебный автомобиль, Рамзан Каримович набрал сына, однако услышал, что «Аппарат вызываемого абонента выключен…», позвонил Ренату, тот передал трубку. Настроение отпрыска отец мог почувствовать на расстоянии.
– Игнат, есть предложение сегодня вечером отметить мою новую должность в ресторане, что думаешь?
– Вот ведь как знал, что ты это скажешь! Извини, пап, но я не могу!
– Тогда семейный ужин дома. Инночка расстаралась на славу: будет и фаршированный овощами поросенок, и телятина с грибами, конечно же “Цезарь”, твой любимый пудинг, французский коньячок или итальянский мартини... Честно, это даже лучше ресторана, а?
– Я не хочу ужинать в компании твоей мадамы!
– Сколько раз тебе повторять, что Инна – моя жена! Законная! Значит так, я ничего не желаю слышать! Чтоб к вечеру был дома! Ты меня понял?! И почему у тебя выключен телефон?