Чтение онлайн

Теперь они есть, и душу ей продавать не пришлось – но какую цену она уплатила взамен…

– Давно ты заметила, что Лив неравнодушна к Джеми? – произносит вдруг Арон, когда они спускаются к воде по узкой тропке, вьющейся по холму, и садятся на прибрежную гальку. Впереди – озеро Лариэт: зеркало перламутровых вод в ложбине предгорных холмов, оправленное в пёстрые луга и лес, пылающий осенними красками. Если повернуть голову, можно разглядеть заснеженные пики далёких горных вершин, отгородившихся от королевства горами пониже.

– Не говори так. – Таша, не глядя, зачерпывает рукой горсть светлых камешков. – Это же… детское.

– Потому я и сказал «неравнодушна», а не «влюблена».

Выбрав самый симпатичный камушек, Таша без замаха кидает его в воду.

– Не так давно. Она же с ним всегда вредничала даже больше, чем с остальными. А потом я обратила внимание, как она на него смотрит… когда никто не видит, конечно.

– И как ты к этому относишься?

Следующий камень пару раз лягушкой скачет по зеркальной глади, прежде чем скрыться под водой.

– Я не могу относиться к этому серьёзно. Полагаю, ты тоже.

– Сказать честно?

– Нет, соврать.

– Я огорчён тем, что на её месте не ты.

Очередной камень, вылетев из дрогнувшей руки, укоризненно булькает у самых Ташиных ног.

– Ты это серьёзно… честно?

– Серьёзнее и честнее некуда. – Арон отстранённо смотрит вдаль. – Многие в твоём возрасте уже замужем.

Она вдруг ощущает странную, неясную, болезненную обиду: сама не понимая почему, но отчего-то не желая слышать подобного из его уст.

– Так не терпится сбыть меня с рук?

– Нет. Просто я бы предпочёл видеть на этом месте Джеми, нежели кого-то другого.

Таша глубоко вдыхает, успокаиваясь и успокаивая колючую иглу в сердце. Оглядывает камни у себя на ладони.

– Предлагаешь мне отобрать мальчика у собственной сестры? – негромко интересуется она, выбирая из камушков наиболее плоский. – Джеми мне как брат. Едва ли я когда-нибудь смогу смотреть на него иначе.

– А на Алексаса?

– Наверное, смогла бы, – соглашается Таша без особых раздумий: просто потому, что не имеет никакого желания думать об этом всерьёз. – Если бы забыла о том, что буду очередной в послужном списке. Однако, какими бы замечательными ни были мои рыцари, у них обоих есть одно большое «но».

– Какое же?

Следующий камень, прежде чем пойти ко дну, оставляет на воде три расходящихся «блинчика».

– Кто-то из них всегда будет третьим.

Задумчивость в глазах Арона ей не нравится.

– А если не всегда?

Таша непонимающе следит, как дэй поднимает и вертит в руках гладкий светлый камушек, обточенный волнами.

– Видишь ли, – продолжает Арон, отвечая на немой вопрос, – как ты понимаешь, это не совсем нормально: существование двух личностей в одном теле. Однако подобное уже случалось ранее. Да, бывали люди, пускавшие погибшего близкого в своё тело, – кивает Арон, заметив её недоверчивый взгляд. – Ритуал Двоедушия открыли мы. Амадэи. Лиар, если быть точным. Но в конце концов мы отказались от него, а Ликбер Великий вовсе его запретил. Большинство летописей, где ритуал упоминался, погибли в Тёмное Время. С тех пор его проводят тайно, а о результатах предпочитают не болтать, дабы не навлечь гнев Мастеров Адамантской Школы. Впрочем, колдуны, в отличие от волшебников, законы Ликбера не чтут.

– Чем больше узнаю о Ликбере, тем меньше он мне нравится, – ворчит Таша.

– Не думай о нём слишком плохо. Несмотря на все свои… недостатки, основатель Школы Волшебников был великим человеком. На то, чтобы настроить народ против амадэев, у него были вполне объективные причины. На то, чтобы запретить ритуал Двоедушия, тоже.

– Что за причины?

– Этот ритуал никого не спасает. Скорее наоборот. Потому мы в своё время от него и отказались. – Арон подкидывает камушек на ладони. – Исход всегда один и тот же, просто многие об этом не знают. Или забывают. Порой намеренно.

– Не ходи вокруг да около, – говорит Таша, отчётливо ощущая волнение, сбивающее дыхание. – В чём дело?

Арон, поразмыслив, без замаха кидает камень в озеро.

– В том, – отвечает он, глядя, как расходится круг на воде, – что рано или поздно происходит объединение сознаний. Слияние двух личностей. Норма берёт своё. Не понимаешь? Да, это сложно понять. А принять – ещё сложнее. Но рано или поздно вместо Джеми и Алексаса мы получим кого-то одного… с чертами другого. Вот так.

Таша опускает взгляд – на собственную ладонь, незаметно стиснувшую последний камень тонкими пальцами.

– Джеми… с чертами Алексаса?

В мыслях царит звенящая болью пустота.

– Необязательно. Более сильная личность поглотит более слабую, при этом получив некоторые моральные качества и способности поглощённого.

– И получится либо Алексас с магическим даром… не такой задающийся и любвеобильный… либо уверенный в себе Джеми, прекрасно владеющий мечом?

– Примерно.

Таша смотрит на свою руку, словно больше ничто на этом свете её не волнует.

Хотела бы она, чтобы это действительно было так.

– Я не хочу их терять. Никого из них. – В дрогнувшем голосе всё же прорезается боль. – Они… мои друзья. Оба.

– Я тоже. Но это случится, Таша. Хотим мы того или нет.

Таша глядит, как тёмная полоска леса на том берегу поглощает алое солнце.

– И когда?..

– Не знаю. Двоедушие не длится долго. Год, два, три – не больше.

Костяшки девичьих пальцев белеют от напряжения.

– Джеми знал об этом, когда соглашался на ритуал?

– Нет.

– Ему никто не сказал?..

– А зачем? В этом случае их опекун терял одного из братьев, а так получал обоих, слитых воедино. И маг, и фехтовальщик. Хороший расклад.