Чтение онлайн

— Стив очень любил тебя, — признаю я. — Знаешь, своей любовью он исцелил даже меня. Научил, как простить тебе… тот вечер.

— И ты простила? — горько усмехается Мишель.

Я пожимаю плечами. Это тоже теперь не имеет значения.

— Простила. Настолько, что хватало никогда об этом не думать и не вспоминать, пока полгода назад не узнала, что ты собираешься замуж за Майка. А теперь ещё это видео…

— Могу представить. Я видела… ну, эту запись… на телефоне, — бывшая подруга мрачнеет. — Ты никогда мне не поверишь, но я всё равно скажу — это не я.

— Не ты? И кто же тогда? Твой двойник?

Мишель виновато опускает глаза:

— На видео я. Но не я прислала его тебе. И записала тоже не я.

— Значит Майк? — Мне трудно сдерживать сарказм. — Или вы заказали съёмку заранее?

— Не знаю… Я рассказала ему вчера о нашей ссоре. И записи тоже… — мямлит она. — Но мы оба не представляем, кто мог… И зачем…

— Вы оба значит… — Не могу не злиться. Не получается. Чувствую, как в животе всё переворачивается, а глаза снова застилает ревность. Я вскакиваю, нервно жестикулирую. Где черти носят сестёр?! От дома до Сада десять минут езды. — Давай лучше сменим тему. Поговорим о… не знаю… О гладиолусах твоей мамы! Она всё ещё их выращивает? Расскажи мне об этом. Я хочу слушать про гладиолусы Клэр!

— Стэйс, я понимаю, ты злишься. У тебя есть все права. Но мы должны поговорить! Должны выговориться, — Мишель поднимается следом за мной. — Только так сможем… попытаться… наладить… не знаю…

— Да ничего мы не наладим! Ничего уже не исправим, понимаешь? Давай просто обо всём забудем, ладно?

— Почему, Стэйс?

— Потому! Потому что я не имею права вмешиваться в ваши отношения! Не имею права никого винить! Я не хочу быть судьёй! Не хочу думать о вашем ребёнке, не хочу вообще думать про вас, пойми ты…

— Ребёнок не Майка! — опять перебивает Мишель, останавливая мои крики. И, видимо, предвидя мой следующий вопрос, поясняет скороговоркой: — Он не знает об этом. Я не хочу, чтобы знал…

— Что?..

— Я только хотела, чтобы у моего сына был хороший отец. Поэтому переспала с ним, поэтому вынудила его жениться… Но это всё не важно уже. Я люблю другого, мы разводимся. А Майк любит тебя. Всегда любил… Вы ещё можете помириться. Начать с начала…

Я открываю и закрываю рот, как рыба, выброшенная приливом на берег, не в силах выдавить ни звука. Никак не получается выразить словами то, что чувствую.

Снаружи доносятся голоса. Мы с Мишель оборачиваемся.

В беседку заглядывает ещё один наш клон на сегодняшний вечер:

— Папа с Эми ждут у машины, — тараторит младшая сестра. — Ридж предупредит Бре… Логана. Мы с ним выходим первыми. Потом ты, — она смотрит на Мишель: — С Майком. Следом ты, — Дэниз переводит взгляд на меня, — и Лиам.

Она исчезает так же внезапно, как появилась.

— Мы не договорили, Стэйс. Возвращайся сюда после церемонии, — Мишель хватает меня за руку. Умоляюще смотрит в глаза: — Пожалуйста! Всё так запуталось, но мы ещё можем исправить. Нам просто нужно поговорить. Во всём разобраться раз и навсегда. Ради Стива.

Всю церемонию я не могу сосредоточиться. Как в бреду иду за руку с Лиамом вдоль прохода до алтаря. С какой-то отрешённой рассеянностью наблюдаю за Эми, приближавшейся к нам под руку с отцом. Сестра заметно волнуется, но и это тоже я отмечаю на автомате.

Пока жених с невестой произносят клятвы, я почти не слушаю, растерянно пробегаюсь по лицам сидящих гостей. Мысленно перебираю общих знакомых, в кого могла бы влюбиться Мишель. Насколько могу ей верить…

Убеждаю себя, что не стоит возвращаться в беседку. Признаю раз за разом, что не смогу не вернуться. Начинаю ругать бывшую подругу и тут же корю себя, что на самом деле радуюсь фальшивому браку Майка, где даже ребёнок — не его. И не сразу понимаю, что священник только что объявил Эми и Скотта мужем и женой.

— Где-то минут через двадцать, — шепчет мне Мишель. — Приходи сразу после того, как поздравят молодых и начнётся фуршет.

Киваю в ответ. Я всё ещё не уверена, что хочу знать подробности. Но и не знать, когда услышала такой синопсис, тоже не хочу.

Сначала время тянется бесконечно. Потом, за поздравлениями и разговорами, я отвлекаюсь и теряю счёт минутам. А когда вспоминаю, понимаю, что прошло уже больше получаса.

Оглядываюсь — подруги нигде не видно. Наверное она уже терпеливо ждёт меня в беседке. И направляюсь туда.

— Прости, я задержалась.

Я возвращаюсь из воспоминаний в ужасную реальность, машинально провожу ладонью по глазам Мишель, закрывая неподвижные веки. Тянусь к рукоятке ножа и тут же отшатываюсь. Мне надо вызвать полицию… Надо позвонить… Но сотовый остался дома. Я даже сумочку не взяла, решив, что во время свадебной церемонии она будет только мешать!

Перед глазами как в калейдоскопе мелькают лица родных и друзей. Счастливая мордашка Эми, покрасневшая от волнения и смущения. Довольная, широкая улыбка Скотта. Озорные, с чёртиками голубые глаза Логана. Хитрая усмешка Майка, сводившая меня с ума и заставлявшая ещё в школе биться сердце сильнее. Стоит мне произнести два страшных слова: «Мишель убита», как вся их… вся наша жизнь расколется пополам.

В моей власти оттянуть время, дать всем крошечную возможность насладиться торжеством ещё чуть-чуть. Но всё равно ни одной из подаренных минут не хватит. Их всегда ничтожно мало.

Я вскакиваю с колен, путаясь в длинном подоле платья. Он насквозь пропитан ещё тёплой кровью подруги и теперь противно липнет к лодыжкам, мешая мне двигаться. Не успеваю сделать и двух шагов, как налетаю на Майка. Хватаюсь за его плечи, чтобы не упасть.

Он, неестественно бледный, подхватывает меня. Не моргая, смотрит на убитую жену и почти не дышит. В глазах — недоумение и боль. Губы слабо шевелятся, как будто хочет что-то сказать, но не может. Лишь однажды я видела Майка таким, ещё в детстве, когда мы наткнулись в лесу на растерзанное волками тело его отца.

— Мика! — рычит за спиной хриплый мужской голос.

По-летнему яркий солнечный свет в проёме беседки закрывает высокая коренастая фигура. Ещё через миг незнакомый коротко стриженный мужчина в чёрном костюме-двойке склоняется над окровавленным телом и тоже пытается нащупать у Мишель пульс. Что-то нечленораздельно бормочет, сжимая левую руку в кулак.

Я высвобождаюсь из объятий Майка и отступаю назад. Только сейчас замечаю, что я вся в крови Мишель и Майк тоже. На белоснежной рубашке и расстёгнутом светлом фраке бурые пятна — на животе, груди и даже на плечах, там, где я вцепилась в него, чтобы не упасть.

Ещё через мгновение мужчина уже стоит возле меня, буравит нас с Майком мрачным, тяжёлым взглядом, одновременно вытаскивая из внутреннего кармана пиджака сотовый. Нажимает на кнопку и, видимо, дождавшись ответа, коротко приказывает:

— У нас убийство. Вызывай криминалистов и остальных! Перекрыть парк! Сам ко мне в беседку… Да, у ворот… Выполняй! — он прячет телефон обратно. Грозно надвигается

на нас: — Какого чёрта здесь?.. Кто?.. — мужчина переводит полный ненависти взгляд с меня на Майка и обратно. Он похож на раненого зверя, плохо соображающего от ярости и готового растерзать любого за одно неосторожное движение. — Кто это… Кто её… так?..