Чтение онлайн

— У тебя есть акции журнала «STYLE Москва»? — догадалась Лиза.

— Нет, — покачал он головой и поправил большой золотой крест на груди. — «STYLE Москва» — мой журнал. Мой, и больше ничей.

От неожиданности Лиза стала тереть руками глаза, как обычно делала, когда они начинали болеть от долгой работы за компьютером. Но это она позволяла себе лишь дома или по вечерам, когда все сотрудники редакции разошлись и можно было не бояться размазать тушь. В крайнем случае наготове были темные очки. «Интересно, я не забыла их дома?» — забеспокоилась Лиза. Ей казалось, что сейчас это самый главный вопрос — есть у нее очки или нет.

Она встала с дивана, быстро подошла к своей сумке, стоявшей на столе, и вздохнула с облегчением: «Слава Богу, не забыла». Но на диван Лиза возвращаться не стала. Она села за свой стол и даже подумала, что надо бы включить компьютер, но потом решила, что не стоит. Все равно это ничего не изменит.

— Сергей, ты приехал, чтобы меня уволить?

— Нет, Лиза, — покачал он головой. — Ты сама себя уволила. В тот момент, когда тебе стало скучно.

— Вам Князев доложил? Вы специально его ко мне приставили? — Лиза решила перейти на «вы». Перед ней сейчас был не ее любовник, а собственник журнала, которому она верой и правдой служила десять лет. Человек, который все десять лет был рядом и так тонко руководил ею, что она об этом даже не подозревала.

— Нет, Князев тебе помогал. И я считаю это правильным решением, — улыбнулся Сергей и потер ухо левой рукой. На безымянном пальце блеснуло кольцо.

— Ты женился? — спросила Лиза, подумав, что это вопрос личный и можно снова перейти на «ты».

— Я всегда был женат.

— Не замечала.

— И правильно, — кивнул Сергей. — За это я тебя и ценил — ты всегда замечала только то, что по-настоящему важно.

«Он сказал это в прошедшем времени», — отметила про себя Лиза.

Она с неожиданной тоской оглядела свой белый, как будто снегом припорошенный кабинет. Подумала, что пройдет совсем немного времени, и здесь появится другая женщина. Наверняка более молодая, более энергичная, которая не только выкрасит все в яркие цвета, но и журнал времен Лизы Соболевской объявит устаревшим. Начнет сначала все крушить, а потом строить заново. Причем вновь построенное вряд ли будет отличаться от того, что было раньше, но даже самые незначительные изменения будут объявлены революционными, а новый главный редактор — героиней, которая смогла совершить невозможное: заново рассказать всем читательницам о том, как жить красиво и весело.

«Хорошо, что я была первая, — подумала Лиза. — И мне не пришлось на чьих-то костях исполнять этот бессмысленный жестокий танец».

— Ты — молодец. Я горжусь тобой. Я был уверен, что пройдет лет пять-шесть, и ты взвоешь от тоски. Но ты продержалась десять.

— И все-таки взвыла, — улыбнулась Лиза. — Что ж, теперь вы должны меня утешать.

И сказав это, она неожиданно для себя самой зарыдала. Она плакала так сильно, что даже начала захлебываться. Она оплакивала все — лучшие десять лет своей жизни, отданные этому монстру под названием «глянец», свою глупость, из-за которой в один момент потеряла грань между вымыслом и реальной жизнью, потеряла свою любовь. Она плакала, потому что понимала: прошлое невозможно ни вернуть, не переделать. Но Лиза и не хотела этого. Ей был дорог этот кусок ее жизни, как бывает дорога старая вещь, которую носить уже никогда не будешь. В какой-то момент Лизе стало страшно все потерять, и у нее даже мелькнула отчаянная мысль, а не попросить ли Сергея дать ей еще один шанс. Но она прекрасно понимала: ни у кого в жизни нет второго шанса снова стать молодым и увлеченным, если все прошло, — и юность, и любовь. А Сергей Светлов просто в нужный момент пришел ей на помощь, ведь он всегда заботился о ней…

Лиза провела руками по лицу, смахнула последние слезы и прикрыла заплаканные глаза очками с черными стеклами.

— Я уйду, — твердо сказала она. — Давайте обсудим условия. Я хочу шесть окладов. Вот такой мне нужен парашют.

— Ого! — голос Светлова стал более жестким. — Это много. Четыре.

Лиза сняла очки и внимательно посмотрела на него:

— Сергей, ты когда-нибудь думал о том, что испытывает человек в момент, когда ты его убираешь как ненужного, как исчерпавшего свой ресурс? Ему просто страшно. И ему нужен парашют не для того, чтобы парить в воздухе и обозревать окрестности. Он ему необходим лишь для мягкой посадки. Чтобы не разбиться, когда летишь с той высоты, на которую тебя вознесла судьба. Впрочем, в моем случае, как сейчас выяснилось, это была никакая не судьба, а всего лишь ты, мой бывший любовник.

— Все правильно, Лиза. Только сначала я выбрал тебя на эту должность, а потом стал твоим любовником, чтобы узнать тебе поближе. Так что в нашем случае была другая последовательность, и это меняет дело.

— Шесть, — сказала, как отрезала Лиза.

— Да, за эти годы нарастила мускулы… Хорошо, шесть. И не расстраивайся так сильно. Посиди, отдохни, я потом найду тебе дело, — сказал Сергей, встал с дивана и подошел к Лизе поближе.

— Скажи, ты когда-нибудь любила меня? — неуверенно спросил он.

Лиза подняла глаза и пристально посмотрела ему в лицо. Вблизи было видно, что из-под загара просвечивает сетка розовато-сиреневых сосудов. Время никого не щадит — даже если живешь под теплым солнышком, пьешь хорошее вино и катаешься на яхте. Времени все равно. Лиза тоже решила быть честной и безжалостной.

— Нет, — покачала она головой. — Именно поэтому сейчас мне больно, но не смертельно. Одно дело заблуждаться, когда любишь, — от этого, наверное, даже можно умереть. И совсем иное — когда тебе безразлично. Извини.

— Ты не хочешь спросить, кто будет вместо тебя? — заботливо спросил Сергей.

Лиза поняла, что задела его мужское самолюбие, но решила, что не будет его тешить.

— Мне абсолютно все равно. Наверняка ты прожил с ней полгода и проверил на профпригодность. Так что я передаю дело в надежные руки.

— Нет, — покачал он головой. — Жил я только с тобой. А сейчас совсем другие времена, и подбором кадров занимаются специально обученные люди.

— Ну и отлично, — кивнула Лиза. — Жить с кем-то ради дела — такая мука. Врагу не пожелаешь.

— Конечно, спать с молодыми актерами приятнее, но и опаснее, — улыбнулся Светлов. Лизе стало его жаль. У него было такое лицо, будто парашют требовался ему.

— Сережа, — ласково сказала Лиза. — Мне было очень хорошо с тобой. Но мне было всего двадцать шесть. В таком возрасте трудно понять, кого ты любишь, кто тебе нужен, а кем ты просто восхищаешься. Но мне с тобой было очень интересно. К тому же, как сейчас выяснилось, что именно ты сделал меня — Лизу Соболевскую, самого модного редактора глянцевой журналистики. Я никогда этого не забуду.

Последняя фраза прозвучала как прощание. Они оба поняли это.

— Ну что ж, Лиза, я рад, что мы поняли друг друга, — он наклонился и почти по-отечески поцеловал ее.

Сергей дошел до дверей, а потом резко остановился — словно вспомнил что-то очень важное.

— Да, кстати… Перестань писать о себе всякие глупости. Какая ты АНТИВИКА? Ты — настоящая победительница. А пишешь о себе черт знает что!

На лице у Лизы не дрогнул ни один мускул.

— Я вообще не понимаю, зачем ты это придумала — самой о себе писать всякую дрянь, — раздраженно сказал Сергей. — Раздвоение личности какое-то. Я консультировался со специалистами, они сказали, что это очень опасно для психики.