Чтение онлайн

Они сворачивали с парковки аэропорта, и глаза Холли расширились, когда она увидела горы, поля диких трав и корявые деревья, проплывающие мимо окна.

– Первый раз в Греции, – подтвердила она.

– Вы одна? – спросил он, как будто это было крайне необычно.

– Да, – ответила она осторожно. – Только я.

– Без мужа? – в голосе послышались игривые нотки, и Холли почувствовала, что снова улыбается.

– Не-а, только я.

Проезжая мимо таверн с белыми стенами, окрашенных в разные оттенки темного золота недостроенных зданий и сувенирных лавок, Холли подумала, что, наверное, не очень разумно рассказывать незнакомцу в чужой стране, что ты путешествуешь одна. В Лондоне этого точно не стоит делать – дома она даже старалась избегать встречаться взглядом с таксистами. Но в голове не прозвучало никаких тревожных звоночков. Этот человек выглядел искренне дружелюбным и по-настоящему заинтересованным. Холли всегда доверяла своим инстинктам, и прямо сейчас они говорили, что ей не о чем беспокоиться.

Пока они двигались по узким улочкам, проезжали стоянки мопедов, коз и маленькие группы туристов, пузырьки радости внутри Холли нарастали, бурлили и рвались наружу. Она запретила себе размышлять о том, что увидит в доме тети Сандры. Может быть, кто-то уже побывал там до нее и все убрал? Или, наоборот, ее ждет cгнившая еда, грязное белье и другие ужасы? Когда такси свернуло очередной раз и начало подниматься в гору, Холли вспомнила, что не взяла с собой ни еды, ни воды. Оставалось надеяться, что дом теперь не слишком далеко.

Машина свернула за угол, и Холли увидела вывеску, походившую на маленький супермаркет с баром по соседству. Водитель достал бумажку с адресом, которую она ему дала, и покивал.

– Это здесь, – сказал он, показывая вперед. – Машина не проедет.

Вглядываясь через лобовое стекло, Холли увидела перед собой низкую стену с проходом, который вел на узкую каменную дорожку. Примерно через сто метров виднелись два небольших неосвещенных домика. Глубоко вздохнув, Холли открыла дверь машины и встретилась с водителем на тропинке. Он уже вытащил ее чемодан из багажника и поставил его около стены.

– Спасибо, – сказала она, протягивая ему купюру в двадцать евро и отказываясь от сдачи.

– В Греции мы говорим «эфхаристо», – ответил водитель, дружески пожал ей руку и вернулся в машину.

Холли смотрела, как он отъезжает, пытаясь не замечать пьяных бабочек, носящихся в животе.

– Соберись, подруга! – сказала она себе. – Давай сделаем это.

Взяв чемодан, она сошла с дороги и пошла по гладкому камню тропинки.

Вот он – дом, который всегда присутствовал в ее жизни. Дом, который так много значил для ее матери, что она до самой смерти возила с собой его макет. Несмотря на теплый вечер, Холли почувствовала, как по всему ее телу пробежала дрожь, и стальные колючки беспокойства начали покалывать ее изнутри.

Дом выглядел знакомым, но в то же время пугающим. Холли остановилась, глядя на темные окна, и поняла, что ей трудно подойти ближе. Всю прошлую неделю она представляла себе этот момент, обдумывала, как все произойдет. Она знала, что приезд сюда окажется странным, но оказалась не готова к грузу эмоций, которые сейчас вырвались наружу. Бог мой, это всего лишь дом, что в нем может быть страшного?

Много чего.

Опустив глаза, она увидела большой цветочный горшок, стоящий в тени под крыльцом. Должно быть, это горшок из письма – тот, под которым ключ от двери.

Неуверенно ступая вперед, Холли поборола приступ волнения и отодвинула горшок. Ключ лежал там, ярко блестя на каменной плитке.

Что, если дом весь в грязи и кишит тараканами?

Что, если одежда тети до сих пор пахнет ею?

Что, если сейчас откроется дверь в прошлое, которое она не готова увидеть?

Ее рука дрожала, когда она протянула ключ к замку. С тихим щелчком дверь открылась, и Холли оказалась в доме.

Когда она включила свет, первым пришло чувство облегчения от того, что она ощутила запах дезинфекции, а не гнили. Ушел и страх попасть в рай барахольщика, потому что пространство, насколько она успела рассмотреть, оказалось достаточно свободным от вещей.

Положив сумку рядом, Холли глубоко вдохнула и прошла дальше. Она чувствовала себя взломщиком. Мозг повторял, что теперь это ее дом и здесь можно себя чувствовать как дома, но сердце продолжало усиленно пробивать себе дорогу через ребра. Это был чей-то дом, человека, который знал ее, но оставался для нее абсолютным чужаком. Сейчас, когда она уже вошла сюда, это казалось абсолютно невероятным. Слишком много и сразу нужно было осознать, и Холли почувствовала, как в глазах поплыли черные круги.

Отчаянно оглянувшись в поисках чего-нибудь, чтобы опереться, она увидела открытое пространство, в котором стоял стол со стульями, диван, покрытый желтым пледом, низкий кофейный столик и большая ваза с розовыми цветами.

Что, черт побери, здесь делает ваза с цветами?

Кто-то должен быть в доме. Кто-то поставил здесь цветы.

Холли пошатнулась и ухватилась за спинку дивана. Ее дыхание сбилось, а холодный пот заструился по спине, ладони вспотели. Она пыталась сконцентрироваться в окружившем ее тумане и снова взглянула на букет. Цветы были очень красивыми, и, глядя на них, она пришла в себя. Ощущение, что она вторглась в чужое жилище, жгло кожу, как волдыри от ожога, она собралась с силами и выбежала через заднюю стеклянную дверь, прикрытую тонкой красной занавеской.

Площадка на заднем дворе была вымощена большими, квадратными бежевыми и белыми камнями. Несколько терракотовых камней создавали небольшую стенку с правой стороны. В конце каменной площадки виднелась небольшая стенка, похожая на ту, что она видела на дороге, а за ней начинался крутой обрыв, скрытый густой зеленью деревьев. Холли видела верхушки деревьев, которые, очевидно, пустили корни вниз по склону. Пройдя через площадку, наслаждаясь свободой, она поднялась на стенку, и у нее перехватило дыхание – прямо под ней, как бесконечная голубая ткань, простиралось море. Это выглядело потрясающе.

Холли стояла на верху стены бесконечно долго, впитывая успокаивающую энергию моря и вслушиваясь в мягкое жужжание насекомых на деревьях.

Она знала, что нужно вернуться в дом. Встретить то, что ее ждет в шкафах и под кроватями, столкнуться лицом к лицу с непроходящим чувством дежавю, которое не покидало ее с момента прилета.

Бывала ли она здесь раньше? Она об этом не задумывалась, но, вероятно, бывала. Она отчетливо ощущала нечто незнакомое, что было невозможно игнорировать, – настойчивые шепоты из самых глубоких и самых забытых уголков ее памяти.

«Я видела тебя каждый день, пока тебе не исполнилось пять», – написала Сандра в своем письме. Холли подумала, что тетя пишет о времени, проведенном в Англии, но, похоже, все было не так просто. Если мама хранила макет этого дома столько лет, скорее всего, она приезжала сюда – может быть, даже жила здесь. Вероятно, и Холли здесь жила.

Неохотно спускаясь со своей смотровой площадки, вдыхая полной грудью теплый вечерний воздух, Холли мужественно вернулась в дом и поднялась по каменным ступенькам.