Чтение онлайн

Доброжелательность, которую картель Кали заработал, сотрудничая с ЦРУ и «Лос Пепес» в деле убийства Пабло, сошла на нет, но крестные отцы страдали от самоуспокоенности, связанной с тем, что им слишком долго сходили с рук преступления, и они могли подкупать представителей власти всех уровней. Они все еще верили, что смогут заключить с колумбийским правительством более выгодную сделку, чем та, которую Пабло выторговал для своего заключения в Кафедральном соборе. Они ожидали от домашнего ареста до амнистии за свои преступления без тюремного заключения.

Огромные ресурсы «Войны с наркотиками» теперь были направлены против картеля. Под давлением США президент Колумбии вынужден был снять с должности начальника Национальной полиции и заменить его человеком, отвечающим интересам США. Новый начальник, генерал Серрано, уволил около 2 тыс. своих подчиненных, которых он подозревал в коррупции.

Генеральный прокурор де Грайфф лишился своего поста, который достался двоюродному брату кандидата в президенты Галана, в убийстве которого обвиняли Пабло. Бывший прокурор заявил, что крестные отцы не пойдут на сделку. Он выдал генералу Серрано множество ордеров на проведение рейдов против картелей. За информацию, позволяющую поймать «крестных отцов», предлагалось вознаграждение в размере более 1 млн. долл. Президент Сампер включил 1600 человек в состав совместного армейско-полицейского подразделения по борьбе с наркобизнесом.

На встрече с «крестными отцами» Хорхе высказал свои опасения по поводу угрозы со стороны Америки. После того как генерал Норьега оказался в американской федеральной тюрьме, а Пабло Эскобар исчез, крестные отцы стали лицом главного врага в войне с наркотиками. Хильберто поблагодарил Хорхе, но Мигель отнесся к этому с пренебрежением. Он сократил круг обязанностей Хорхе по обеспечению безопасности, передав часть из них своему сыну Уильяму, который назначил ответственным своего друга Дарио, бывшего лейтенанта армии.

В 1995 г. президент Клинтон пригрозил лишить Колумбию огромной помощи, исключив ее из числа партнеров по «войне с наркотиками». Помощник госсекретаря США по международным вопросам борьбы с наркотиками заявил колумбийскому президенту, что дальнейшая помощь зависит от ареста лидеров картеля Кали. Поскольку под угрозой оказались огромные деньги, президент Сампер послал бывшего сенатора уведомить «крестных отцов», что он больше не может им помогать, поскольку у него связаны руки. Он сказал, что их лучшая стратегия — не попадаться.

Расследование деятельности картеля, проводимое Управлением по борьбе с наркотиками, давало результаты. Операция «Краеугольный камень» началась в 1991 году с изъятия 12 тыс. кг кокаина, замаскированного под бетонные столбы ограждения. В апреле 1991 года был задержан Гарольд Акерман, один из первых влиятельных менеджеров, сотрудничавших с картелем. Его значение было настолько велико, что его прозвали послом картеля Кали в США. Будучи гражданином Колумбии, Акерман изучал промышленную инженерию и деловое администрирование в одном из университетов Кали. После окончания университета он работал на предприятии по производству одежды. В июне 1981 г. он переехал в Америку и открыл магазин одежды в торговом центре Dadeland Mall в Майами.

Колумбийцы, работавшие на предприятии Аккермана, сказали, что, работая в организации, расположенной в Кали, он может получить богатство, превосходящее его самые смелые мечты. Поскольку ему нравилось тратить деньги, он вступил в картель. В октябре 1991 г. он помог организовать ввоз 5 000 кг кокаина, спрятанного в замороженной брокколи. За первую партию ему заплатили 120 тыс. долларов, за вторую — 200 тыс. долларов, за третью — 400 тыс. долларов. За два года он заработал 3 млн. дол.

23 апреля 1991 г. в его доме в Северном Майами был произведен обыск. Власти обнаружили ювелирные украшения стоимостью 200 тыс. долларов, сейф с 462 тыс. долларов наличными и пять дорогих автомобилей. Поначалу Акерман отказывался говорить. Если он откроет рот, то последствия понесут члены его семьи в Колумбии.

Мигель передал сообщение через адвоката: «Не волнуйся, Гарольд. Успокойся. Твоя семья будет получать ежемесячные выплаты». Адвокат добавил: «[Мигель] просил меня напомнить тебе, что как друг он очень хороший человек, но как враг он будет очень плохим человеком. Подумайте о сотрудничестве, и даже ваша собака не останется. Помните, что у вас еще есть семья в Колумбии».

Оказавшись перед лицом шести пожизненных сроков, Акерман задумался о сотрудничестве как о выходе из сложившейся ситуации. После того как УБН гарантировало защиту его семьи, он согласился дать показания. Выступая на суде, бизнесмен был настолько внятен, что его стали называть одним из самых важных свидетелей в истории. Он подробно описал структуру, методы и маршруты контрабанды картеля. Он разоблачил американских адвокатов, работавших в интересах картеля. «Мое сотрудничество с Соединенными Штатами, — свидетельствовал Акерман, — обеспечило подробный, поминутный и правдивый рассказ о моей деятельности по контрабанде наркотиков. Я был связан с организацией Родригеса Орехуэлы».

Узнав о сотрудничестве Аккермана, Мигель заболел. Крестные отцы созвали ряд совещаний по урегулированию кризиса. Чтобы поддерживать бесперебойную работу, требовались огромные суммы наличности, а все аресты истощали ликвидность картеля.

Среди других соучастников операции «Краеугольный камень» были известные американские юристы, выступавшие в качестве адвокатов картеля в США, в том числе бывший начальник Управления по международным делам Министерства юстиции, два бывших помощника прокурора США и еще 56 человек. В обвинительном заключении утверждается, что они участвовали в предложении, организации и доставке ежемесячных суточных членам семей наркоторговцев, арестованных в рамках операции «Краеугольный камень» и связанных с ней расследований. Помимо натуральных выплат, крестные отцы оплачивали их юридические услуги в обмен на то, что обвиняемые молчали о деятельности картеля. Согласно обвинительному заключению, многие из адвокатов отмывали доходы от продажи наркотиков от имени картеля. Своими действиями адвокаты препятствовали усилиям правоохранительных органов по нейтрализации деятельности картеля и давали ему возможность продолжать свою деятельность. В июне 1995 года в результате заключительного этапа операции «Краеугольный камень» были предъявлены обвинения 61 члену картеля.

Многочисленные аресты потребовали миллионных судебных издержек и взяток. Попытки справиться с растущим числом проблем приводили к стрессу и ухудшению здоровья Мигеля. Страдая от гипогликемии и головных болей, он часто чувствовал слабость и терял сознание. Не отличаясь добрым нравом, он был еще более резок с подчиненными.

Поскольку записи Палломари нанесли картелю столь значительный ущерб, «крестные отцы» опасались, что его поимка и экстрадиция в Америку усугубят положение. Если жизнь Палломари закончится, то и ответственность тоже. Поскольку его работа была столь бесценна, его нельзя было убивать, пока не найдется замена. Задачи Палломари постепенно перешли к сыну Мигеля, Уильяму, которого, в отличие от детей Хильберто, готовили к управлению картелем в случае ареста крестных отцов. Почувствовав свою судьбу, Палломари ушел в подполье, прекрасно понимая, что его нахождение в картеле — лишь вопрос времени.

По сообщениям колумбийских СМИ, в Кали за «крестными отцами» охотились сотни агентов УБН. На самом деле агентов, занимающихся сбором оперативной информации о картеле Кали для оперативной группы УБН Group One в Боготе, было всего четверо. В целях безопасности они обычно работали в паре. Младшую пару составляли Крис Фейстл и Дэйв Митчелл. Обоим было около 30 лет, рост более метра, светловолосые, они больше походили на фанатов группы Beastie Boys, чем на агентов по борьбе с наркотиками. Крис в прошлом был полицейским в Вирджиния-Бич, а Дэйв служил в воздушно-десантной пехотной дивизии армии США, которая специализировалась на парашютных десантах. Поступив на службу в УБН в 1988 г., они знали друг друга по операциям в Майами.

Другая пара прозвала себя Бэтменом и Робином. Они говорили по-испански и вписались в Колумбию гораздо легче, чем светловолосые гиганты. Американец палестинского происхождения Джерри Саламех говорил мягко и излучал тепло, в отличие от своего напарника Рубена Прието, грузного мексикано-американского эксперта по боксу и боевым искусствам с неподвижным лицом и откровенным характером.

Напарники чередовались по сменам. Такая опасная работа требовала, чтобы они оставались на ночь, а днем не высовывались. Они разрабатывали информаторов, но, когда удавалось выйти на след, крестные отцы всегда оставались неуловимыми. Собирая информацию, агенты узнали, что крестные отцы предпочитали не вступать в перестрелки, а скрываться в стенах роскошных особняков, расположенных по всему Кали. На конспиративных квартирах были оборудованы «калеты» — тщательно сконструированные отсеки с укрепленными стенами в продуманных тайниках, снабженные кислородом и всем необходимым для того, чтобы крестные отцы могли находиться в них длительное время. Некоторые из них по своим размерам соответствовали гробам. Попасть в отсек было легко, но после того как он запирался изнутри, доступ к нему был закрыт. Если же он находился, то для его открытия требовались инструменты и оборудование. Отсеки было так трудно обнаружить, что инструменты требовались редко.