Карты великого мага
Шрифт:
Подслушивающий под дверью кухни эту перебранку Кроули попятился.
Нет-нет, он сейчас совершенно не хочет видеть своих женщин!
Как же его расстраивают вечные женские ссоры!
Лия права: они живут втроем уже много лет, вместе основали общину, вместе делят постель и хлеб. А Ниннет все не успокоится, постоянно затевает скандалы. Повезло еще, что сейчас в аббатстве нет учеников. Хорош был бы учитель, который не может научить хотя бы двух своих женщин жить в мире…
Стараясь не хлопнуть дверью, он выбрался из дома, поправил расшитую золотом голубую мантию с алой подкладкой (в аббатстве Телемы все ученики должны были носить такие мантии, только у неофитов золотая вышивка на спине отсутствовала) и направился по оливковой аллее к пляжу.
Две женщины, трое детей (сын Лии, сын Ниннет и общая с Лией дочь Пупэ) – от всего этого так устаешь!
«Наверное, было ошибкой приближать к себе Ниннет, – думал Алистер, разглядывая виднеющуюся впереди ослепительно-синюю полоску моря. – Лия – это правильное решение. Помню, когда меня ей представили, я даже не смог толком говорить – сразу стал целовать ее, и она мне отвечала с таким жаром! Высокая, тонкая – эта женщина была полна жизни и очарования. С Ниннет мы с Лией познакомились в Париже. Она казалась такой больной, и ребенок ее выглядел воистину умирающим. Я предложил ей пожить у нас из жалости, думая совместными прогулками по лесу укрепить здоровье этих двух несчастных… Впрочем, конечно, не стоит столько внимания уделять женщинам. Если так подумать, женщины делятся на две категории: порочные и целомудренные. Таким образом, мы изначально понимаем: единственная ценность женщины – это влагалище, только и всего…»
Добравшись до пляжа, Алистер кинул одежду и нагишом бросился в теплые соленые волны.
Вид близлежащих скал вызвал у него легкую грусть.
Такие же скалы были видны из окон Болескина… Увы, поместье несколько лет назад пришлось продать (а фактически отдать за долги).
Оставленное отцом состояние растаяло незаметно. Сразу возникла необходимость обращать внимание на цифры в счетах – а они оказались огромными. Содержание Болескина обходилось дорого, сдача поместья внаем тоже проблемы не решала – никто не мог надолго остаться в усадьбе, где кишмя кишели демоны…
Впрочем, все равно Шотландия была не самым лучшим местом для аббатства.
Солнце, море, свежий воздух, вкусная, здоровая еда – всего этого вдоволь только в Средиземноморье, и жизнь в Италии оказалась дешевой, а аренда обходилась и вовсе в символическую сумму. От учеников не то чтобы отбоя не было – но все-таки их находилось достаточно, и они давали деньги, которых хватало на все: и на пищу, и на дом, и на вечно ссорящихся женщин с вечно галдящими детьми…
Впрочем, конечно, в биографической книге, строчки которой вертятся в голове, все это можно было бы объяснить намного возвышеннее. Например, вот так: «Преодолев тысячу кризисов, я пришел к высшей точке моей Итриски, изведал все наслаждения, которые может предложить этот мир: на всю оставшуюся часть моей жизни я отрекаюсь от романтики в мальчишеском понимании этого слова. Начиная с этого времени, хотя многое мне еще предстоит совершить, хотя вершина вздымается за вершиной на моем пути к духовным достижениям, хотя на меня один за другим наступают великаны, которых мне еще предстоит победить, все же теперь я смотрю на жизнь просветленным взглядом. Я искал и я нашел. Теперь я должен искать тех, кто ищет и тоже надеется найти. Я должен стремиться, действовать и добиваться не только ради самого себя, чтобы усовершенствовать мою собственную личность, но и ради других людей, поскольку, возможно, только в них я мог бы исполниться и состояться, так как я теперь осознавал себя не Алистером Кроули, неким индивидом, не зависимым от общекосмического сознания, но лишь одной из манифестаций Вселенского Разума, и мысли мои направлены только на то, чтобы сеять семена, а также ухаживать за цветами и плодами на каждом акре Божьего виноградника…» [22]
22
Кроули А. «Автобиография».
– Алистер, приехали ученики, их множество! – закричала с берега Лия, и Кроули развернулся и поплыл обратно.
Помогая ему вытереть спину, Лия болтала без умолку:
– Сейчас я схожу на рынок, куплю сыра и рыбы. Этой дурочке Ниннет ничего нельзя поручить, в прошлый раз принесла несвежего тунца!
– Сколько учеников приехало? – поинтересовался Алистер, с удовольствием оглядывая стройную фигуру Лии.
– Восемь человек, шестеро мужчин и две женщины. Среди них есть супружеская пара.
Кроули вздохнул.
Дом, в котором находится аббатство, расположен в живописном месте. Но это старый фермерский особняк, без газа и канализации, только водопроводная вода доступна в нем из благ цивилизации. И в нем всего шесть комнат – причем одна из них приспособлена под храм. Стоит только нахлынуть большому количеству учеников – и приходится ломать голову, как их всех разместить.
«Ладно, как-нибудь все устроится. Тех, кому не хватит спален, отправлю на ночь в сад – пускай привыкают к беспрекословному послушанию, – решил Алистер, расправляя мантию. – Все равно к окончанию обучения все они будут друг другу ближе, чем самые кровные родственники. Совместное практикование сексуальной магии связывает по всем чакрам сильнее, чем любые приворотные ритуалы».
Вернувшись к дому, он зашел внутрь с черного хода и сразу прошел в храм – готовить его к вечернему ритуалу.
Храм, оборудованный в этом доме, очень нравился Кроули.
В центре был установлен разноцветный шестигранный алтарь около трех футов в высоту, на котором в окружении свечей хранилась «Книга Закона» и различные магические принадлежности – колокольчик, потир и меч. Рядом с «Книгой Закона» лежала Регистрационная книга, в которую заносились данные обо всех проведенных ритуалах. Пол в храме выложен терракотовыми плитками, поверх которых вокруг алтаря нарисован темно-красный круг с голубой пентаграммой внутри [23] .
23
См.: Бут М. «Алистер Кроули».
Алистер подошел к установленному возле алтаря трону из черного дерева с высокой спинкой – своему обычному месту во время церемоний.
Запас благовоний оказался достаточным. А вот «пирожных света» [24] , лежавших на ритуальном столике, явно на всех не хватит.
Мысленно отметив, что надо сказать женщинам принести «пирожных света», Алистер поправил стоящие по кругу трехногие стулья для учеников и вышел из храма.
Еще ему надо срочно позаботиться насчет ритуального животного.
24
Что-то вроде просфоры с кровью животных, рецепт разработал Кроули.
«Вообще, конечно, очень удачно, что этот дом нам достался с такой кучей животных и птиц, – думал Кроули, быстро шагая по коридору. – Сначала мы с учениками прирезали и выпили кровь коз, потом уток…»
Навстречу Алистеру вдруг попался черный кот с изумрудными глазищами. Его шерсть встала дыбом, он зашипел.
Хм, коты еще в ритуалах не использовались. Но, конечно, нет никаких преград тому, чтобы кошка оказалась на алтаре с перерезанной глоткой…
Кроули опустился на корточки, протянул руку и с притворной лаской зашептал:
– Хороший котик, хороший. Иди ко мне, кис-кис!
Кот пару секунд не двигался. А потом, выгибая спину, замурлыкал и доверчиво пошел к магу… [25]
– Ваша жена считала, что Игорь убил ее ученика. У Ильи были карты Алистера Кроули, они пропали. Это из-за них Игорь пошел на преступление?..
Лицо Виктора каменеет. Только в глазах мечется страх и понимание того, что я вижу этот страх, а взять под контроль эмоции не получается.
25
Во время одного из ритуалов в аббатстве Кроули распорядился убить кота и выпить его кровь. Один ученик умер, его жена подняла шум в прессе. Это послужило причиной депортации Кроули из Италии.
Облизнув губы, он оглядывается по сторонам и говорит:
– Она все-таки вам все рассказала? Да, так и было. Давайте на лестницу выйдем. Надо поговорить, а тут люди кругом.
Через пару минут мы находим укромный закуток.
Леня снимает пиджак, набрасывает на мои плечи.
И это очень кстати.
Москва тонет в проливном дожде, фиолетовое небо прошивают молнии.
Все окна на лестничных площадках распахнуты настежь, по ступенькам скачет сквозняк, и я покрылась гусиной кожей под легким, невесомым платьем. Хороший у меня муж, заботливый. А вот я жена не сказать чтобы очень правильная…