Карусель любви
Шрифт:
— Оказывается, вы сноб, Андреа Йохансен! С каких это пор по одежде судят о человеке?
Беспокойство за карусель добавило ей мужества.
— Никто не судит. Просто я хочу избавить вас от поступков в стиле мачо, которые могут превратить в руины антикварную карусель. И все из-за того, что я слегка подразнила вас за ваш стиль одежды.
— По-моему, вы забыли, чья это карусель и склад… вам не кажется?
— Черт, вы мне так мстите… — Ее подбородок дернулся. — Даю вам слово, что, если вы повредите карусель, я напишу во все газеты от Нью-Йорка до Тихого океана, что ваше настоящее имя Хьюберт!
— Это удар ниже пояса, Андреа. Что я должен сделать для вас?
Она закусила нижнюю губу, в глазах запрыгали искры.
— Ну, — заулыбался он, — вы заверяли меня в своих достоинствах и благих намерениях, помните? А сейчас обижаете и грозитесь разоблачить меня.
Юмор в его голосе смягчил ее гнев. Керк снял галстук и закатал рукава рубашки, обнажив сильные руки и волосатую грудь.
Энди смотрела прямо на него, ее сердце бешено колотилось. Это всего лишь реакция на злость и раздражение, говорила она себе, надо успокоиться.
— Прошу прощения, что накричала на вас, — пробормотала Энди.
— Уже намного лучше. — Керк забрался обратно в машину. — И для того, чтобы вы больше не впали в истерику, я поставлю вас в известность, что в течение двух лет работал в доках, управляя подобной машиной. Я чертовски хороший машинист-механик! — Он повернул ключ зажигания и нажал на стартер. — Просто укажите мне ящик, который нужно передвинуть, и место, куда его следует поставить.
Подъехав к первому ящику, он поднял его на платформу машины так нежно, как мать берет на руки своего новорожденного ребенка, в то время как Энди стояла как вкопанная, открыв рот.
Уставшая, но счастливая, Энди отметила, что все ящики были переставлены. Работа заняла весь день и большую часть вечера, но теперь они стояли именно в том порядке, в каком это было необходимо.
Керк отдыхал, сидя рядом и потягивая холодную пепси.
— Мы сделали это, — радостно сказала Энди, — и похоже, что ничего не потерялось.
— Мы? Кто это — мы? Как мне кажется, это я сделал всю работу. — И, потерев шею, добавил: — По-моему, не маленькую.
Керк запрокинул голову, допивая последние капли из бутылки.
— Вы уверены, что ничего не хотите за свою работу?
— Нет. — Энди затрясла головой. — Благодарю вас. Я действительно буду работать просто для своего удовольствия. Я очень рада присутствовать при всем этом. Вы даже не представляете, какое это для меня счастье!
— Честно говоря, абсолютно не представляю. Но зато я точно знаю, что каждый человек должен есть, для того чтобы он мог продолжать жить. А вы хотите уморить нас голодом.
Схватив Энди за руку, Керк потащил ее к выходу.
— Но… я же только начала! Мы же не можем остановиться прямо сейчас. Я должна открыть хотя бы один ящик!
— Нет, на сегодня мы закончили работать! — Взяв пиджак, он достал из кармана ключи. — Поехали отдыхать. Это приказ!
Энди хотелось закричать, но она поняла по его глазам, что все бесполезно. Молча она повесила сумку на плечо.
— Если вы дадите мне ключи, то я смогу работать столько, сколько захочу!
— Верно. Это разумный и вполне осуществимый аргумент. Завтра для работы будет достаточно времени. А сегодня я голоден как волк. Где мы будем есть?
— Это что, приглашение на романтический ужин? — поразилась Энди.
— Я не могу быть романтичным, когда едва живой от голода, — возразил Керк.
— Вы также не можете пойти на ужин в то место, куда ходите всегда, в таком виде, — указав на его брюки, заметила Энди. — Вы грязный и всклокоченный, Хьюберт. Мне стыдно за вас.
— Успокойтесь, я же не уронил ни одного ящика, почему вы ворчите на меня?
— Хорошо, Керк. Куда бы нам пойти поесть, чтобы нас не выкинули за попытку испортить репутацию заведения?
— В закусочную… за бургерами.
— Вы сами это предложили, мистер. Бьюсь об заклад, вам там понравится, если вы попытаетесь расслабиться.
— Расслабляться будете вы, я собираюсь есть. Поехали.
Подведя Энди к своей машине, он достал из кармана ключи.
— Подождите, — остановила она. — Думаю, вы не хотите портить сиденье вашей машины, а Чарли уже все равно. Давайте поедем в моем фургоне.
— Чарли, — спросил Керк, — кто это — Чарли?
— Вот он, — Энди указала на свой фургон, — я назвала его так после того, как впервые попала в аварию.
— Вы попали в аварию? — спросил Керк, садясь на место пассажира.
— Да, мы с Чарли. Я не так хорошо управляюсь с машиной, как следовало бы.
— Но вы же получили права?
— Конечно. Я хороший водитель, но никудышный парковщик.
Энди села на водительское место и достала ключи.
— Вам полагается радоваться, что я так осторожна. Я ведь отказалась поставить эту колымагу рядом с вашей машиной.
Пристегнув ремень безопасности, Керк посмотрел на Энди.
— Это не моя машина, и я вас об этом предупреждаю.
— Трусишка, — торжествующе сказала она. — Куда поедем? Предлагайте.
— Не имею ни малейшего представления. А вы?
— Разумеется, я знаю. Вы видите перед собой королеву гамбургеров и закусочных трех штатов. Надо увеличить мои регалии до четырех.
Вздохнув и нервно оглядев дорогу, Керк уперся одной рукой в приборную доску.
— Хорошо, ваше величество. Я в вашей власти, поехали.
Энди чуть не поперхнулась. «В вашей власти»… ничего себе. Не то чтобы она чего-то хотела… или хотела?.. Возможно ли, чтобы она и Керк… Нет. Они же совершенно разные люди. Думать о нем, как о мужчине, больше, чем о деловом партнере, просто несусветная чушь!
— Вы выглядите ужасно усталой после целого дня работы. — Керк тронул ее за плечо. — Все в порядке?
— О, разумеется. — Энди отбросила все свои дурные мысли и попыталась сконцентрироваться на дороге. Указав на придорожную закусочную, она предложила: — Может, поедим здесь?
— Давайте. Сейчас я могу съесть даже доску.
Улыбнувшись, Энди вырулила на парковку и, увидев пустой участок, направила туда фургон. Она очень старалась поставить машину в положенном месте, между белыми линиями.