Чтение онлайн

– О, нет! – Она почувствовала волну вины. Он рисковал, рассказывая ей свой секрет, а теперь она отталкивает его. – Я была счастлива, что ты смог рассказать мне, что на самом деле произошло.

Рэнди постучал кончиками пальцев сбоку чашки.

– В последние несколько дней я понял, что мои чувства к тебе – не те, что я должен испытывать. – На его щеках над бородой появилась краска, как будто он только вошел в помещение с холода, и было похоже, что он не может смотреть на нее прямо. – Когда Льюэн сбежала со своим… приятелем, я решил для себя, что никогда сам не поступлю таким же образом. А когда я начал… заботиться о тебе, я старался не думать о Джоне. Или, возможно, я думал о том, что я мог бы тебе дать то, чего он не может.

Да, подумала она, вспоминая терпеливые расспросы Рэнди о ее воспоминаниях. Но, вероятно, Рэнди имел в виду вещи скорее физического плана. Как танцы. Или секс.

– Ты – прав, – сказала она. – А я поступаю с Джоном так, как поступила с тобой Льюэн.

Он снова покачал головой.

– Я так долго ни с кем не общался. С тобой было так легко. И ты правильно поступаешь, оставляя меня, потому что, по правде говоря, с моей стороны, это уже не похоже на дружбу. Когда я поцеловал тебя вчера вечером… Ну, это произошло случайно. Но если мы будем вместе, это непременно случится опять, или по крайней мере мне захочется этого. Я не представляю, как можно быть с тобой и не коснуться тебя, Клэр. Все, о чем я мог думать, после того как я ушел от тебя прошлым вечером, это – быть с тобой в постели и заниматься любовью.

Его слова удивили ее. Она до боли в руках сжала замок на сумочке, почувствовав свою острую потребность в нем, хотя это было не то физическое желание, о котором говорил он. Она нуждалась в большем. Она хотела обнять его, самой быть в его объятиях, в тепле и безопасности, и чувствовать себя защищенной от остального мира, пока будет рассказывать о том, что ее преследует.

– Я думаю, что я в тебя влюбляюсь, – сказал он.

Она внимательно посмотрела на его красивое лицо, краска все еще заливала его щеки.

– Ну, – сказала она тихо. – Я думаю, наши отношения были очень важны для нас обоих, но по разным причинам. Я полюбила тебя с того момента, как первый раз увидела. Я не имею в виду романтическую любовь. Но мне с тобой так просто… и ты мне так близок. Как будто я встретилась с родным братом, о существовании которого не знала.

– А! – Усмешка Рэнди была горькой. – Полагаю, что нам лучше разойтись, Клэр, потому что я не уверен, что могу думать о тебе как о сестре.

Она посмотрела на сумочку, играя замком.

– А как быть с этими обрывками воспоминаний, которые возникают у тебя? – спросил Рэнди. – С провалами в памяти?

– Я постараюсь избавиться от них, – сказала она. – Снова стать такой, какой я была раньше.

– Хорошо. – Он неожиданно запел. – «Жизнь – это карусель, старик», – пел он, и его глубокий голос наполнил комнату лирическими строками.

– О, Рэнди. – Клэр оперлась о его письменный стол в полном разочаровании. – У меня было чувство, как будто я уже близко к чему-то важному. Это меня ужасно пугает, но я думаю, что мне удастся выяснить, что это.

– Конечно, я тоже так думаю. И, возможно, когда-нибудь ты будешь готова встретиться с этим лицом к лицу и дать ему в зубы.

Раздался стук в дверь. Официантка приоткрыла ее настолько, что смогла только заглянуть вовнутрь.

– Простите, что прерываю вас, Рэнди, – сказала она. – Но вы необходимы на кухне.

Рэнди кивнул, а Клэр встала задумчиво, когда официантка закрыла за собой дверь.

Рэнди встал, но не вышел из-за стола.

– Мне будет не хватать тебя, – сказал он.

– И я буду скучать по тебе. – Она потянулась к ручке двери.

– Джон – счастливый сукин сын.

Она выдавила безжизненную улыбку.

– Спасибо, – сказала она, а потом повернулась спиной, чтобы выйти из его кабинета.

Покинув ресторан, она пошла к своей машине, и холодный ветер бил ей в лицо.

Миссис Растэд.

Она остановилась посреди тротуара. Образ был пугающе живым. Женщина склонилась над столом, помогая ребенку справиться с заданием. Ее учительница в пятом классе. Седые волосы. Толстые стекла очков. Она носила одно и то же платье пять дней сряду, и сердилась – очень злилась на Клэр однажды, когда она затачивала свои карандаши во время урока, а все сидели тихо.

Клэр захотелось побежать назад в ресторан, чтобы рассказать Рэнди, что она вспомнила одну из учительниц. Он был бы доволен, стал бы задавать вопросы, постарался бы все выяснить. Но это будет нечестно по отношению к нему – нечестно по отношению к ним обоим, – и она запрятала воспоминания в глубину своего мозга и продолжала идти по направлению к своей машине.

Из Джереми в Сиэтл

1962 год

В те первые несколько дней путешествия по стране с отцом Ванесса плакала без перерыва. Даже в маленьких гостиничных номерах в незнакомых городках, которые быстро все смешались у нее в голове, она подвигалась к краю постели и плакала до тех пор, пока сон не освобождал ее от боли. Боль, как физическая, так и моральная, была свежа и чувствительна, и нова для нее. Ничто в ее жизни не подготовило ее к этому. Лен, занятый собственными переживаниями, не мог даже вообразить глубину страданий своей дочери. Если бы он знал, он обратил бы на это внимание. Он не был лишен доброты: Просто не мог вырваться из круга своих мечтаний и разочарований.

Когда они ехали по дороге, Ванесса ждала, что их остановит полиция. Определенно Мелли предупредила их о том, что она потерялась. Но полицейские машины проезжали мимо них как ни в чем не бывало. В отелях по ночам она ждала, что Мелли появится сама, чтобы забрать назад свою дочь. Однако никто не приходил, и Ванесса страдала от боли и разочарования. Хорошая мать нашла бы своего ребенка, если он ей не совсем безразличен.

В те дни на дорогах Лен говорил почти без умолку, в основном о своей злости по отношению Мелли. Он говорил о Мелли такие вещи, которые Ванесса не понимала или не хотела слышать. Он курил сигарету за сигаретой и бил кулаком по ручкам радио, временами плача, почти как ребенок. И он был так же беспомощен, как новорожденный, в эти ночи, когда Ванесса просыпалась в номере гостиницы с дикими от ужаса глазами и крича в мучительном кошмаре". Он пытался обнять ее, разговорить, но она обычно отталкивала его руки, спрыгивала с постели и бежала в ванную комнату, где проводила остаток ночи. Должно быть, ошибкой было то, что он взял ее с собой. Он обожал свою маленькую девочку, но его решение взять ее с собой основывалось больше на мести, чем на любви.

По мере того как шли дни, которые оставляли Джереми все дальше позади, они оба становились спокойнее. Ванесса постепенно прекратила плакать. Она старалась не думать о Мелли и пыталась забыть, что сделала Клэр. Несколько раз она даже напевала под музыку по радио, а Лен рассказывал, как он собирается «всех убить» на Западном побережье. Он говорил о «капиталовложениях» и о встречах с друзьями, у которых «далеко идущие планы». У него и у нее будут деньги, говорил он своей дочери. Игрушки и одежда для нее, автомобили и женщины – для него. Когда он говорил слово «женщины», на его лице была такая улыбка, какой Ванесса не видела у него прежде.