Каша из топора палача
Шрифт:
– Я тоже пойду к сыну.
– Жалко, я бы хотел…
– Не надо! Но если хочешь сделать мне приятное, пообещай мне… – посмотрела ему в глаза Агата.
– Что именно?
– Хотя бы сегодня не спи с Еленой.
– Далась тебе эта Лена! Я вообще с ней не сплю!
– Обещаешь? – настаивала она.
– Честное пионерское! – козырнул Александр. – Только тебе-то что с того?
– Хочу, чтобы было два-ноль! – выдала загадочную фразу Агата и помогла ему встать.
– Откуда у тебя бумаги на землю, если честно? – все-таки не выдержал Берсеньев.
– Ты же не отвечаешь, зачем она тебе? И даже можешь ничего не отвечать, я знаю, что ты не вправе, что ты не можешь… Но чтобы ты не мучился головной болью, отвечу. Директор кладбища, с которым ты заключил сделку, мой бывший муж.
Александр водрузил шапку с париком на голову.
– Удивительно…
– Что? Что я была замужем? Или что мой бывший муж – директор кладбища? Сейчас ты скажешь, что он пошел на эту работу после жизни со мной!
– Удивительные вы люди, журналисты! Сама спросила, сама ответила! Я всего лишь хотел сказать, что он форменный трудоголик, может говорить только о деньгах и бизнесе, а ты полный пофигист. Как вы жили? Я всего лишь удивляюсь.
– Иногда, чтобы понять, что не получается быть вместе в печали, а только в радости, нужно время, – ответила Агата, поняв, что он узнал о ней фактически все, а она так ничего и не выяснила, даже то, зачем ему такой большой участок земли на кладбище?
Глава 10
Все когда-нибудь кончается, закончился и новогодний праздник в компании «Берсеньев». Сын Агаты остался в полном восторге, и это было самым главным.
Ночью она легла рядом с сыном и долго не могла уснуть, ее просто-таки раздирали мысли об Александре.
«Что он со мной делает? – думала она. – А ведь если признаться себе честно, то он как раз ничего не делает… Это я лезу к нему, словно бабочка на огонь…»
Утром Агата с сыном проснулись, привели себя в порядок и спустились на завтрак. Гостей после вчерашних излишеств было немного. На этот день предлагался отдых в старинных русских традициях, на свежем воздухе, с гуляньями, хороводами, блинами и чаем.
Гостей дома отдыха накормили вкусным завтраком и, усадив на сани с лошадьми, повезли кататься по лесу. Там гостей уже ждали скоморохи и Дед Мороз, встрече с которым очень обрадовалась детвора. В лесу развернулось целое представление для детей. Они ходили на лыжах, катались на санках и снегоходах, водили хоровод вокруг костра. Их угощали блинами, горячими пирожками со всевозможными начинками, бубликами и сладким чаем.
Дети познакомились с Бабой Ягой, дружным семейством Снеговиков, Лешим и Кикиморой. С помощью Деда Мороза дети с честью прошли все испытания, справились со всей лесной нечистью и счастливые и довольные заработали призы. Никто не остался без внимания и подарка.
Агата смотрела на Александра, но с ним произошли разительные перемены. Похоже, он ее совсем не замечал. Она попыталась сама подойти к нему, но он сделал вид, что не заметил этого. Потом на лошадях их привезли обратно, предложили ужин, на который только самые стойкие могли пойти.
Агата собрала вещи и вышла вместе с Виталиком в холл. Некоторые отдыхающие уже ожидали в креслах транспорт, который должен был отвезти их в Москву. Только здесь Агата столкнулась с Александром Берсеньевым лоб в лоб. Он вышел в холл, чтобы попрощаться со своими сотрудниками. Теперь уже Агата не хотела говорить с ним и быстро отошла в сторону, таща за собой сына и сумку. Благодарные люди обступили Александра со всех сторон.
– Спасибо, шеф! Как всегда на высоте! Чудесные выходные! Александр Романович, все было чудесно! Спасибо за Новый год! Дети в восторге! – наперебой говорили они ему.
Наконец он все-таки высвободился из плотного кольца окружавших его людей и подошел к Агате.
– Надеюсь, все было хорошо? Не жалеешь, что приехала?
– Излишне спрашивать, и так все понятно, – несколько растерялась она. – Ведь и я и ты знаем, что меня вообще здесь не должно было быть.
– Я рад, что ты тут была и этот симпатичный молодой человек, – обратился он к мальчику.
– Меня зовут Виталик, – ответил мальчик.
– А меня Александр, – пожал ему руку Берсеньев.
– А вы здесь самый главный? – спросил Виталик.
– Можно и так сказать, – улыбнулся Александр, присев на корточки, чтобы быть ближе к ребенку.
– А вы знаете, что мне подарил Дед Мороз? – спросил мальчик у него.
– Откуда же я знаю?
– Мама, покажи! – схватил малыш пакет и вытащил оттуда коробку с конструктором. – Смотрите, какой конструктор!
– Виталик, не надо, дяде надо работать, – попыталась прервать их общение Агата.
– Я никуда не спешу, – поднял он на нее глаза и снова обратился к мальчику: – Тебе достался замечательный конструктор. Когда я был маленький, я мечтал о таком.
– А вам Дед Мороз не дарил такого конструктора? – поинтересовался Виталик.
– Мне не посчастливилось повстречать его в детстве, – ответил Александр.
– Хотите, я вам его подарю? – вдруг спросил мальчик.
– Что ты, малыш, не надо! Ты добрый мальчик, как и твоя мама, – рассмеялся Берсеньев и потрепал его по голове.
– А еще моя мама самая красивая! – выдал мальчик.
– Виталик! – одернула его Агата.
– Она танцевала с Дедом Морозом? – подмигнул ему Александр.
– Вы видели?! – обрадовался мальчик. – А еще мне сам Дед Мороз сказал, что у меня мама самая лучшая.
– Правда? – настала очередь удивляться Агате. – Что же ты мне об этом не говорил?
– А это наш с ним секрет! – ответил Виталик и схватился ладошкой за рот: – Вот я и разболтал его!
– Ничего, это останется между нами, – заверил его Александр. – Он поднялся и внимательно посмотрел на Агату. – Рад, что увидел тебя, но, думаю, больше не увидимся.
– Плакать не буду! – с вызовом ответила Агата.
– Береги сына, – улыбнулся Александр.
– Обязательно, – обняла она Виталика за плечи.
Вдруг их беседу прервал дикий женский крик.
– Помогите! Скорее! Люди! Спасите!
Все метнулись на улицу, по аллее бежала женщина в распахнутой настежь дубленке, без шапки, с растрепанными волосами и белым, как мел, лицом.
Сбивчиво и истерично женщина сообщила, что потеряла своего сына в лесу и блуждала сама там несколько часов, пока не вышла к людям. Сама она отдыхала с сыном в соседнем пансионате. Женщина плакала и кричала жутким голосом, требуя, чтобы ей вернули ее ребенка. Она все время рвалась куда-то идти, находясь в шоковом состоянии.