Чтение онлайн

— Справишься? — спросила Нерис.

Старая тощая кляча, запряженная в тонга, подняла голову. Дремавший на заднем сиденье извозчик быстро перебрался на козлы.

— Разумеется. Я счастлива. Ко мне возвращается муж! Не все женщины дождались своих супругов.

Они сели в скрипучую повозку. Конечно, сейчас не стоило вспоминать о том, что еще несколько месяцев назад Кэролайн питала смутную надежду, что Ральф не вернется. Его смерть решила бы массу проблем. «Бедный Ральф! — подумала Нерис. — Он будет несчастен, как и Кэролайн. Во всяком случае, не меньше нее».

Нерис попрощалась с Кэролайн и направилась в миссию. Ей предстояло проделать длинный путь, но ей нравилось бродить по узким улочкам и вдоль небольших каналов, пронизывающих город. Шринагар пах навозом и пряностями. Крики, обрывки музыки, лязг металла, гул больших дорог — таким было звуковое сопровождение города. Нерис пересекала эти полоски шума и углублялась в тихий лабиринт крошечных улиц и переулков, которые она полюбила так же сильно, как и улочки Уэльса. Она прошла под живописным мостом и увидела длинные полоски ткани, которые вывесили сушиться красильщики. В воде отражались яркие малиновые, розовые, желто-оранжевые и фиолетовые пятна. А сами ткани на фоне темно-зеленых куполов выглядели просто фантастически. Красивый, но непроницаемый город. На фоне его драматичной истории все личные неурядицы казались мелкими. Нерис, пока шла к миссии, успела успокоиться и приготовить свою душу к любым испытаниям, которые выпадут на ее долю.

Кэролайн расплатилась с извозчиком и открыла калитку, а та скрипнула несмазанными петлями и застряла. Все как всегда. Кэролайн не стала даже пытаться открыть ее полностью и протиснулась в образовавшуюся щель. В конце концов, она всегда так поступала. Джулия Данкелей, ее соседка, работала в саду. Кэролайн слышала, как клацает секатор — Джулия подстригала свои многострадальные розы. Кэролайн опустила голову и быстро пробралась к дому, обогнув клумбу с сухими ноготками, надеясь, что никто из соседей не увидит ее через забор.

В доме было жарко, как в духовке. Новый слуга забыл закрыть ставни, и солнце целый день нагревало воздух в помещениях. Вечерело, на улице было достаточно светло, чтобы рассмотреть и пыль на бюро, и потускневшие свадебные фотографии. Кэролайн быстро прошла в спальню, расстегнула пуговицы платья, которое упало к ее ногам, и переступила через него. Она потянулась, размяла затекшую шею, надеясь приглушить головную боль. Кожа под волосами была мокрой от пота. Кровать была заправлена, свежие простыни сияли чистотой. Валик под подушки был на своем месте, в изголовье. Две подушки, как всегда, лежали на нем. Кэролайн закрыла глаза. Через несколько недель, может, через две, может, через три, на левой подушке будет спать Ральф. А одна из его военно-исторических книг снова будет лежать на бамбуковом столике рядом с кроватью.

Кэролайн дрожала всем телом. Капля пота скатилась между обнаженными лопатками. Она отвернулась от кровати и в одном белье выскочила в кабинет, села в кресло и откинула крышку бюро. Из заплесневелого ящичка она достала лист фирменной бумаги, бутылку чернил и ручку.

«Дорогой Рави, — написала она, замерла, прикусила кончик ручки, потом собралась с мыслями и быстро продолжила: — Прости, что так долго не отвечала на твое письмо. Возможно, многое изменилось с тех пор, как ты написал мне. Если это так, пожалуйста, не обращай внимания на мою записку. Если все по-прежнему, я бы хотела увидеться с тобой, как ты и предлагал. С уважением, Кэролайн». Рави написал ей год назад, но ей не нужно было перечитывать письмо, чтобы вспомнить его слова. Она знала их наизусть. Однако Кэролайн не устояла перед искушением и достала из тайника конверт из дорогой розовой бумаги. Задумчиво провела указательным пальцем по тиснению на конверте, вынула письмо. У Рави был четкий размашистый почерк. Он просил приехать к нему, писал, что соскучился и хочет обсудить с ней кое-какие вопросы. Последняя строчка была немного неряшливой, — наверное, Рави дописывал письмо в спешке. «Пожалуйста, приезжай, милая моя девочка. Твой Рави». Интересно, какие вопросы он хотел с ней обсудить? Иногда, долгими одинокими ночами, Кэролайн начинала думать, что Рави Сингх действительно любил ее, и только сделанный ею выбор не позволил им быть вместе. Но чаще она приходила к выводу, что он заботился исключительно о собственном благе, и тогда единственным чувством, которое вызывал в ней этот мужчина, был страх. В его письме улавливалась угроза, тонкая как паутинка, едва различимая, но от этого страх не уменьшался. И сейчас, когда должен был вернуться Ральф, нужно было любыми способами узнать, каковы намерения Рави. Невозможно постоянно жить в неопределенности. Была еще одна причина, почему Кэролайн решила увидеться с Рави. Она хотела помочь Захре, только не знала, как это сделать. Никакого реального плана, только мысль, что Рави сказочно богат. Кэролайн нашла конверт для своего письма, запечатала его и написала адрес. Потом она вернулась в спальню, взяла со столика коробок спичек. Чиркнула спичкой и подожгла письмо от Рави. Она держала бумагу до тех пор, пока огонь не лизнул ее пальцы. Конверт упал в жестяную корзину для бумаг и там догорел.

На спине высохли капли пота. Кэролайн поежилась от холода.

***

Кэролайн зашла в мощеный внутренний двор. Ее сопровождал слуга. Звучала нежная мелодия, исполняемая на ситарах. В центре двора тихо журчал фонтан, обложенный золотой и бирюзовой плиткой. В прозрачной воде плескались юркие рыбки. В горячем воздухе даже тонкая струйка воды дарила ощущение свежести и прохлады. Рави вальяжно возлежал на низкой тахте в глубине двора. Музыканты сидели на подушках, низко склонив головы над своими инструментами. Едва Кэролайн вошла во дворик, Рави поднялся с шелковых подушек.

— Прекрасно выглядишь! — Он поцеловал ей руку.

Другой рукой Кэролайн собрала складки пышной юбки летнего платья. Рави немного поправился, под подбородком появилась небольшая складка, которая чуть-чуть портила его юношеский профиль. Рави кивнул музыкантам, те немедленно прекратили играть и удалились, бросая на Кэролайн презрительные взгляды. Она часто оставалась наедине с Рави в разных комнатах этого дома, но в этой она была впервые. Здесь стоял резной письменный стол и стул с высокой спинкой. Почти трон. Богатое зеленое сукно стола было завалено бумагами, коробочками, бархатными мешочками и книгами. Напротив стола стоял диван с горой вышитых шелковых подушек и журнальный столик с книгами в красивых кожаных переплетах. Узкие высокие окна выходили на золотые луга Кашмира. Похоже, Рави уже не был беззаботным холостяком, как прежде. Это была комната взрослого человека, который занимается важными делами или хочет произвести такое впечатление. Кэролайн была поражена атмосферой достатка, царившей в доме Рави. Она почувствовала, как исчезает ее иммунитет, выработанный против прекрасного индийского принца. Она быстро отвернулась от него и сделала вид, будто рассматривает пейзаж за окном.

— Где мне сесть? — спросила она.

— Вот сюда. — Он обнял ее за талию и подвел к большому дивану.

Рави и Кэролайн сели в метре друг от друга, утонув в роскошных шелковых подушках. Кэролайн аккуратно расправила юбку и внимательно посмотрела Рави в лицо. Хотя Рави и поправился, он по-прежнему был очень привлекательным мужчиной. Она поймала себя на мысли, что ей хочется, чтобы он поцеловал ее, и не только.

— Выпьешь чего-нибудь? Чай? Лимонад? Коктейль?

— Лимонад, пожалуйста.

Он хлопнул в ладоши — появился слуга. Они, невидимые, всегда были поблизости и настороженно прислушивались, желая предугадать действия хозяина. Через пару секунд слуги принесли поднос с запотевшими стаканами, кувшин с серебряной окантовкой, тарелку с нарезанными лимонами и лаймами и глубокую чашу с водой для рук. В воде плавали лепестки роз. Рави обмакнул пальцы в воду и вытер их накрахмаленной салфеткой, Кэролайн последовала его примеру. Слуга налил лимонад в бокалы.

— Выйди, — бросил ему Рави.

Слуга поклонился и быстро исчез. Рави развязал шнурки шелковых штор и занавесил дверной проем, создав атмосферу уединения.

— Знаешь, прошел год с тех пор, как мы виделись в последний раз.

— Да, так и есть.

— В Садах Шалимара. Ты была с миссис МакМинн и женой миссионера. И, конечно, кучей сирот.

— Да, верно. У тебя отличная память.

Кэролайн сделала глоток ледяного лимонада. Рави пристально смотрел на нее. «Он все знает, — подумала Кэролайн. — Конечно, он все знает». Она улыбнулась ему.

— Миссионеры делают очень важную работу, — сказала она.

Рави обхватил ее запястья большими и указательными пальцами и притянул ее к себе. Он внимательно посмотрел на голубые прожилки и погладил нежную кожу, под которой быстро-быстро бился пульс.

— Ты нервничаешь?

— Нет.

Он улыбнулся и насмешливо поднял бровь:

— Что ты делала весь этот год, милая Кэролайн?

— Боюсь, тебе будет неинтересно слушать истории из моей жизни. Была война, мой муж попал в плен к японцам. Слава богу, он жив, его нашли в Бирме, и скоро он вернется в Шринагар.