Чтение онлайн

К сожалению, я не успела разглядеть угрозу, уготованную подруге: в плечо больно клюнул ворон. Птицы сидели на каждом памятнике, не давая нам шелохнуться с места.

– Приятно видеть всех вас! Поблагодарите Блэр Темперенс за создание траурного настроения и атмосферы. Сначала я хотел пригласить учеников на ледник, но потом почувствовал ее настроение, и идея пришлась по вкусу, – заговорил Ривер, указывая на меня, при этом радостно аплодируя.

Я ощутила на себе сотни ненавистных глаз. Придется снимать порчу из-за этих сгустков плохой энергии! И откуда Ривер смог узнать мои мысли и подготовке в черное облачение? Неужели анимаг послал следить воронов и в мои покои?

Все же Ривер в своей речи не собирался делать акцент только на мне. Юноша описал дальнейшее развитие Академии, новые дисциплины и напомнил о преподавателях. Почти все остались на своих местах: Сэр Закрион обучал телепортации; мадам Моник помогала управлять погодой; мадам Свон принадлежало целительство, Сэр Ерган преподавал управление стихиями. Я могла бы перечислять вечно всех старцев Филориума, но у меня нет на это времени. Единственное, что оставалось под вопросом, – кто займет место Луция в преподавании анимагии и место Соррель в зельеварении.

– Наверное, вас интересует, куда же пропал профессор Кай из основного состава преподавателей? – тут же заговорил Ривер. Подонок, на самом деле, перехватывал мои мысли, делая их незащищенными, – В этом также будьте признательны Блэр Темперенс!

Толпа начала ликовать и даже вскакивать со своих мест.

– Тишина! Обо всем расспросите ее позже, а пока можете узреть нового преподавателя по анимагии. Профессор Овини согласился взять дисциплину сына. Напоминаю, он также ведет уход за магическими существами. Первокурсники, не перепутайте эти предметы, – в речи Ривера сквозили сарказм и смех над всеми присутствующими, включая меня.

Молодой человек считал происходящее забавой. Вот только остальные не домысливали до истинных мотивов директора и пропитывали сердца ненавистью. Так произошло и с отцом Луция: мужчина не сводил с меня глаз, сидя за скамьей преподавательской ложи. Скорее всего, он мысленно испепелял мое бренное тело за все горести, что пришлось пережить, когда Луций превратился в тигра.

– Если никто не против, зельеварение я беру на себя! Тетушка Соррель была бы довольна таким выбором, – ехидно проговорил Ривер, забирая себе еще больше могущества над учениками.

Дальше по плану программы первокурсники проходили через фонтан, который определял, к какому из факультетов они причастны. Я упустила из вида эту часть, намереваясь подловить нынешнего директора для приватного разговора. Благо, сил заворожить треклятую птицу, сидевшую над надгробием, у меня хватило.

Пробравшись за массивные кулисы из черного бархата, я тут же нашла братца, но он не собирался меня слушать, натравив охрану.

– Тебе здесь не место, – преградил путь Ивар, старшекурсник факультета Теней.

Он давно примкнул к приспешникам Ривера и Нумибуса, но обычно мало выделялся из толпы. Теперь, когда Роланд освободил место главной собачки анимага, Ивар занял его место.

– Прочь с дороги! Иначе превращу тебя в муравья и раздавлю, как мерзкую тварь! – зарычала, уже подготавливая подходящее заклинание.

– Брось, Блэр! Разве твоих сил хватит на такое? – вмешался в диалог Ривер.

Его настолько привлекла возможность в очередной раз меня унизить, что он соблаговолил на разговор.

– Хочешь проверить, братец? – шикнула в ответ.

Ивар бросил удивленный взгляд на своего начальника, а тот попытался замять открывшиеся подробности нашего родового древа.

– Не слушай эту отчаявшуюся особу, – отмахнулся юноша, обращаясь к Ивару, – а, ты, пойдем со мной! – больно схватив меня за локоть, Ривер бесцеремонно потащил меня куда-то вглубь кладбища.

– Стесняешься меня? – почему-то, сама того не желая, оказалась задета тем, что новоиспеченный брат скрывает связь со мной.

– Что тебе нужно? – не отвечая на мой вопрос, задал свой Ривер.

– Твоя помощь…

– Сошла с ума? С каких это пор, ты рассчитаешься на меня? Думаешь, если являешься моей сестрой, то что-то значишь для меня? – перебил Ривер, перейдя на крик.

Мне стало дурно. Я не умела сносить унижения достойно: либо шла в ответную атаку, либо начинала лить слезы. Сейчас, как назло, все пошло по второму пути, где я распустила нюни и умоляла анимага послать весточку Кэсси.

– Он не твой отец, Блэр. Зачем ты ищешь способ вернуть его? – в сердцах бросил Ривер, выслушав мои причитания.

Я не нашлась с ответом, а юноша не собирался больше тратить на меня время. Казалось, прошла целая вечность среди могил, когда я, наконец, оправилась и захотела вернуться домой. Мне нужно срочно отыскать портал, при этом не наткнувшись на существ, что обитают в этих местностях.

– Не так быстро, милочка, – раздался знакомый голос позади меня.

– Профессор Овини! – я удивленно смотрела на отца Луция, не зная, чего ожидать от старика.

– Нам нужно поговорить, – сухо произнес мужчина, пропитывая каждое слово обижающей ненавистью.

Урсула

Прошло около двух месяцев, как мы с Роландом покинули Филориум и стали пленниками Долины теней. Это место было сродни ожившему кошмару. Извечно пасмурное, туманное небо, пробирающая до озноба прохлада, и чудовищное завывание не то ветра, не то потерявшихся душ.

Мы жили в огромном готическом замке, в котором, помимо нас, обитали слуги. Они готовили еду и следили за чистотой комнат. Несколько раз я попыталась заговорить с ними, но не получила ответа. Возможно, это были и вовсе призраки, или заколдованные бедолаги, несшие бремя безмолвия.

Утром я встала пораньше, чтобы принести в наши с Роландом покои завтрак. Когда вернулась с кухни, увидела, что юноша стоит уже в верхней одежде, готовый уходить.

– Ты не поешь? – спросила Роланда.

– Мы выдвигаемся в семь. Не хочу заставлять артель ждать.

– Можно мне пойти с вами? – в голосе не удалось скрыть мольбы.

– Нет, ты там будешь бесполезна, мне будет некогда возиться с тобой, – отказал Роланд.

Он никогда не старался смягчить свои слова, хотя и знал, что они причиняют мне боль. Я потупила взгляд, стараясь не заплакать. Может, когда-нибудь привыкну к его резкости, и это перестанет так сильно ранить. Какими бы грубыми не были выражения, они были правдивы, и я не должна обижаться.