Катализатор для планеты
Шрифт:
– Ну да.
– Мрачноватенько как-то, тебе не кажется?
Он захохотал и опять кинулся обниматься:
– Кари, ты попала так глубоко, что я сам только недавно начал тут появляться. Вот лампочки вкрутил, а то совсем был мрак.
– Я ничего не понимаю, Мозг... А библиотека где?
– Пойдём.
И хоть двигались мы прямо, возникло ощущение, что мы постоянно поворачиваем: то налево, то направо. Перед глазами одно - прямой длинный коридор, а внутри какое-то круговое движение. Меня начало подташнивать, как в детстве на карусели, а потом... пол неожиданно ушёл из-под ног.
– Ка-а-ари... Ка-а-ари! Где-е-е ты-ы-ы?!- кто-то звал меня, только непонятно, чей это голос.
Я осознавала, что сплю. Это сон... Деревья, скалы, хижина в лесу, потом быстрое мелькание лиц: Карелл, Грас, Олли, Лакр, какие-то хмурые и бледные. И опять голос, только я его уже узнала и завопила в ответ:
– Дайк! Дайк! Я здесь! Да-а-айк!
Поток холодной воды привёл в чувства. Мокрая с головы до ног я сидела на кровати, а рядом с кувшином в хвосторуке сидел Макс:
– Ну ты и напугала!- и поставил кувшин на место.
В дверь постучали:
– Эрдана Карина! Эрдана Карина! Что случилось?!- это был Гарри.- Вы слышите?!
Макс, ужом, юркнул под кровать. Я подошла к двери:
– Всё в порядке, Гарри, прости за беспокойство...
– Эрдана Карина, откройте!
Я отодвинула засов:
– Гари, всё нормально.
Парень смотрел на меня снизу вверх, так как был не намного выше своего отца. В руках он держал большую дубинку и подсвечник:
– Вы вся мокрая...
– Я знаю...- и попыталась улыбнуться.
– Вы что люк открывали?!
– Не только открывала, я в него и провалилась, случайно...- нашёлся правдоподобный ответ.
Парень недоумённо хлопал глазами.
– Не беспокойся, я в порядке...
Он просунул голову и оглядел комнату:
– Вы уж поаккуратней, эрдана, а то мало ли что... Ещё покалечитесь...
– Приятно, что ты так волнуешься.
Гарри широко улыбнулся:
– Отдыхайте и больше так не кричите,- и он погрозил пальцем.
– Я постараюсь,- и закрыла дверь.
Макс выполз из-под кровати:
– Кари, прос-с-сти... Я не з-знал как привес-сти тебя в чувс-ства. Ты как соз-з-знание потеряла, а потом кричать начала...
Я отмахнулась:
– Спасибо...
– За что?
– За то, что вытащил меня... оттуда.
– Откуда?
– Из сна.
– Ты Дайка з-з-звала...
– Громко?
Ангалин кивнул на дверь:
– Гарри же услыш-ш-шал...
Пока я переодевалась в сухое и после, когда мы раскладывали постель на просушку возле камина, я всё думала о том, что случилось: «Что же это за коридор странный? И Мозговой... весь такой лучистый и сияющий... Я же видела по его глазам, что он очень рад меня видеть... Почему же стало плохо? И этот сон... Дайк... Его зовущий голос... Надо в Латрас! И как можно быстрее! Но и Граса бросать нельзя...».
Макс стащил тяжёлый матрас на пол и разложил на циновке:
– Он не вес-с-сь промок, с другой с-стороны мож-жно с-с-спать.
– Значит, будем спать возле камина.
Я устроилась на сухой части, а Макс рядом на полу:
– У меня не очень хорош-ш-шие новос-сти...
– Ничего не получится?
– Мож-жет и получитс-ся, но потребуются ус-с-силия... Проход местами з-з-авален, где-то з-землёй, где-то камнями. Попасть возмож-ж-жно, но чтобы з-знать, где копать, нуж-ж-но выяс-с-снить в какой он камере. Если на с-с-самых ниж-жних уровнях, то...- он замолчал.
– Чего-то подобного я и ожидала, не верилось, что всё будет так просто. Ладно, давай спать, утро вечера мудренее...
– Это поговорка твоего мира?
– Да.
– А у нас-с в таких с-с-случаях говорят: рассвет ярче з-з-заката...
– Красиво...
Гун объявился к завтраку. Пока мы ели он успел намекнуть, что кое-что выяснил. С самого утра мы с Максом решили, что если расположение камеры окажется удачным, то копать будем по ночам. Придётся поискать мою лодку, которую я оставила в кустах за городом у реки. Макс обещал заняться этим и перегнать её в надёжное место, она может понадобиться. Возможно, что до сих пор её никто не нашёл.
Я же решила, что пора закупать припасы на дорогу, чтобы не остаться опять без пропитания, если придётся быстро сматываться из города. Голос Дайка не выходил из головы. Он звал меня! И хотя это был только сон, но предчувствие осталось нехорошее. Что-то случилось с моим дорогим «нянем», что-то случилось...
Я уговорила Гуна сначала съездить с Крианном в городскую управу, чтобы хозяин гостиницы выступил в качестве второго поручителя, а потом приехать за мной. Как ни странно, но вернулись они быстро. Гун сиял от счастья. Теперь он полноправный городской житель и может писать объявления о своих услугах. Он не переставал кланяться мне и Крианну и пока ему не налили кружку пива, никак не мог угомониться.
На закупку припасов Макс выделил мне ещё пять золотых рандов.
– Макс, но это очень много. У меня же есть деньги.
– Бери.
– Но тебе нужнее...
– Мои тайники по вс-сему Банкору рас-спиханы, так что не спорь. Ещ-щ-щё не из-звес-стно, сколько охране придётся з-з-заплатить...
По пути на рынок, Гун успел доложить, что идти в тюрьму нужно сегодня вечером, потому как новый начальник в отъезде и вернуться должен со дня на день. А он, без разрешения управы, никого не пропустит. Солдаты же, совсем не прочь подзаработать, поэтому медлить нельзя. Но цену они заломили, о-го-го! По ранду на каждого, всего четыре. Говоря это, Гун чуть не поперхнулся и принялся причитать, что люди от жадности совсем с ума посходили:
– Четыре ранда! Они что, ангалины, которым золота, сколько ни дай, всё мало?! Имели бы совесть!
– Ладно, Гун... Есть у меня деньги. Это слишком важная встреча, нет смысла торговаться.
Хотелось сказать, что как раз «жадный до золота» ангалин и подбросил мне золотишко. Но это не моя тайна... Ангалины хотят, чтобы люди лучше считали их жадными, чем на самом деле понимали насколько оно им необходимо. И в этом я была согласна с ними. Узнав их тайну, люди, особенно власть имущие, поставят эту прекрасную расу на колени, как много веков пытались это сделать, а со временем уничтожат.
Время до похода в тюрьму мы провели на рынке. Я купила небольшой котелок, соль, специи, понемногу разных круп, сушёных фруктов и овощей, а также запас вяленой рыбы и мяса - всё такое, что долго хранится. Мешок получился увесистый. Учитывая, что у меня ещё два, то получался довольно объёмный и тяжёлый груз. Обросла я барахлишком, ничего не скажешь. Коли и дальше так пойдёт, то для своих странствий придётся не только коня, но и телегу покупать. Остаток времени мы провели в небольшой таверне, а потом Гун погрузил поклажу в гондолу и повёз меня в тюрьму.