Катастрофа Для Дьявола
Шрифт:
Сидя на пассажирском сиденье, я наблюдала за тем, как Рамирес продолжает учить мудака хорошим манерам.
Он схватил его за затылок и крепко сжав подвёл к капоту так, что тот стоял к нему спиной. Не отпуская головы толстяка Рамирес, бьёт ему кулаком в район солнечного сплетения, и мужчина падает на железо машины.
– Начинай. – холодно проговаривает Рам.
Бородатый мудак лежит на капоте машины, корчась от боли и протирая локтем нос, растирает кровь по своему лицу.
– Что начинать, сопляк? – взвывает он.
– Отсасывай себе. – Рамирес скрестил руки на груди и насмешливо ухмыльнулся.
– Что? – толстяк приподнял голову, чтобы посмотреть на него.
– Ты охренел?
– Ты же хотел секса на капоте и отменного минета. Давай, не заставляй меня ломать тебе ребра. – проговорил Рамирес пугающим тоном.
– Ты шутишь? – взвыл здоровяк.
Рамирес повернулся к нему спиной и сделал шаг к нашей машине, но резко развернулся обратно и сжав ладонь в кулак врезал в пивной живот бородатого подонка. Надрывистый, хриплый крик разлетелся по округе.
– Я никогда не шучу. Три секунды, чтобы ты начал приступать к действиям. – Рам отделял каждую фразу, его голос сочился прямой угрозой и холодным спокойствием.
Толстяк смотрел ему прямо в глаза. Он явно понимал, что выбора нет-трасса пуста и помочь ему некому, а перспектива быть избитым и лежать тут до утра с открытой машиной, учитывая уровень преступности, не очень привлекательна.
– Раз. – начал отсчёт Рамирес.
Массивные, дряхлые руки мужчины потянулись к пряжке ремня, которую было еле видно из-за его живота. Когда с ней было покончено, он начал спускать с себя штаны и в этот момент Рамирес ногой врезал по его коленям. Толстяк съехал с капота и упал лицом на асфальт. Он лежал там, его майка небрежно приподнялась, а штаны были спущены почти до колен, его руки уперлись в нагретую дневным солнцем дорогу и дрожали. Попытки мудака встать были тщетными. Он сплюнул кровь, а потом сам упал лицом в то же место, куда и плевал, оставшись лежать он больше не пытался подняться, его спина поднималась от частого и тяжелого дыхания.
Смех Рамиреса разрезал атмосферу, он склонился над лежащим толстяком.
– Если бы ты нагрубил мне, я бы просто обогнал твоё корыто и забил бы болт на такого ублюдка, как ты. Но ты раскрыл свой никчемный рот в сторону моей девушки, а за неё я убью любого. – Рам плюнул в лицо толстяка тем самым заканчивая диалог.
Он выпрямился и начал медленно идти к нашей машине. Забрав с её капота свою кожаную куртку, он накинул её на плечи и сел в салон.
– Прости за эту сцену принцесса, но я обещал, что разберусь с любым, кто хоть как-то посмеет обидеть тебя. – подмигнув, Рам завёл машину.
Он сдал чуть назад, а потом вывернул руль в бок, и мы поехали дальше по трассе. Я смотрела в боковое зеркало заднего вида наблюдая как мы отдаляемся от ярких фар, которые оставались на месте.
Вот, что бывает если разозлить Рамиреса. Он не будет кричать, материться или биться в истерике, нет. Он молча сделает так, что его обидчик пожалеет о том, что вообще связался с ним.
Может другая бы девушка начала говорить о морали и праведности, но не я. Я была рада, что Рам поставил на место ублюдка, возомнившего себя чем-то большим. В конце концов он защищал меня. Меня, черт возьми!
– Куда мы едем? – я поворачиваю голову в сторону Рамиреса и сразу же ловлю на себе его взгляд.
– Нет, увидишь, как приедем, а вообще считай я тебя похитил – ухмыляясь произносит Рамирес и медленно поворачивает голову в сторону дороги, лениво убирая назад спавшие на глаза пряди волос.
Я замечаю его красные и сбитые костяшки пальцев на руке и в моём сознании снова возникает недавнишняя сцена. Мой дьявол.
– А как называется похищение если жертва не против? – с моих губ срывается тихий смешок.
Рамирес прикусывает нижнюю губу, а потом неторопливо проводит по ней языком улыбаясь.
– Чёрт, катастрофа, я не знаю. – он начинает шире улыбаться и салон машины наполняется нашим смехом.
Спустя минут двадцать мы всё же куда-то приехали, но оглядевшись я так и не смогла понять куда именно. Вокруг не было ни фонарей, ни лавок, ни-че-го указывающего на то, что тут вообще могут быть люди.
Он опять что-то задумал?
– Рам, куда мы приехали? – спросила я, выходя из машины.
Фары ярко светили вперёд и их свет подсвечивал небольшую заросшую сорняками лужайку и упирался в большие заросли кустарников. Я оглянулась и увидела спину Рамиреса стоящего на небольшой возвышенности неподалёку от машины.
Я решительно пошла в его сторону.
Стоило мне сделать несколько широких шагов, чтобы подняться на горку, как перед моими глазами предстал вид, от которого у меня перехватило дыхание.
Вид ночной Барселоны отсюда был невероятен. Мириады огней мерцали и переливались. Отдалённые звуки города, которые приглушало расстояние, доносились до моих ушей, как тихая мелодия.
Я стояла не в силах даже пошевелиться, ощущая себя маленькой песчинкой в этом огромном, мерцающем разноцветными огнями мире. Ночной ветер, прохладный и свежий, играл в моих волосах и уносил со своими порывами все тревоги, которые были в моей голове.
Я вздрогнула от неожиданности, когда крепкие руки Рамиреса легли на мою талию, а его сильное тело прижалось к моему. Он крепко обнял меня, уткнувшись лицом в мои волосы.
– Нравится? – прозвучал его низкий и тихий голос над моим ухом.
Я откинула голову назад, упираясь в его грудь и не сводя взгляда с вида ночного города.
– Это просто невероятно. – голосом, что был чуть громче шёпота ответила я. – Как ты узнал об этом месте?
Тихий смешок Рама прозвучал над моей головой.
– Однажды я бездумно ездил по окрестностям Барселоны, потом выехал за город, я думал, что забрёл на какой-то пустырь, но потом я заметил это место и понял, что оно станет моим любимым. – ответил он.
– И как часто ты приезжал сюда? – продолжала расспрос я.
– Достаточно. – кратко ответил Рамирес, но продолжил. – Любую свободную минуту я старался проводить тут, когда заканчивались заезды или когда внаглую уезжал от Лу и Криса. – его голос дрогнул и он крепче сцепил руки на моей талии.
Я понимала, что ему сложно говорить о предателе, которого когда-то он считал почти братом, но мне так много хотелось узнать о беззаботной жизни Рама, когда он еще не пережил кучу того дерьма, что его ждало в будущем.
Видимо моё тело было против продолжения разговора – очередной порыв ветра заставил моё тело содрогнуться от холода и на моей коже появились десятки мурашек.