Чтение онлайн

Впереди были тренировки, от которых, скорее всего, я буду умирать, но умирать красиво. А главное – где-то на этом плавучем торте ходил помощник капитана с флаера, который ещё не знал, что в его идеально распланированную морскую жизнь только что ворвалась катастрофа в размере XXL и с очень боевым настроем.

– Ну что, Поля? – я подмигнула своему отражению в стекле. – Посмотрим, кто кого?

Первая тренировка началась в восемь утра. В восемь, Карл! В это время приличные люди ещё только досматривают сны о безлимитном шведском столе, а не пытаются изобразить из себя грациозную лань на верхней палубе под палящим солнцем.

Помощник старшего коуча – девица по имени Анжела, чья талия в обхвате меньше моего запястья – скакала перед нами, как заведённый кролик из рекламы батареек.

– Девочки! Сжигаем токсины! Прыгаем выше! Представьте, что вы – пушинки! – тонко визжала она, беспрестанно хлопая в ладоши.

«Пушинки», ага. Если я сейчас подпрыгну, на нижней палубе решат, что мы столкнулись с айсбергом. Как дипломированный физиотерапевт с десятилетним стажем, я точно знала: то, что Анжела называла «интенсивным жиросжиганием», на языке медицины именовалось «верным способом выплюнуть суставы в бассейн».

Поэтому применила тактику «умного саботажа». Пока остальные бедняжки честно пытались оторвать свои сокровища от палубы, я делала вид, что нахожусь в глубоком приседе. На самом деле я просто слегка согнула колени и сосредоточенно дышала, имитируя запредельную нагрузку. (Главное в этом деле – вовремя вытирать пот со лба, даже если он не выступил, и делать очень зверское лицо).

– Женщина в синем лонгсливе! – возмущённо рявкнула Анжела. – Почему не работаете в полную амплидуду?

– У меня особая специфика связочного аппарата! – крикнула в ответ, не меняя зверского выражения лица. – И вообще, резкие прыжки при моём индексе массы тела – это биомеханический терроризм!

И, пользуясь заминкой (за которую вся наша обильно потеющая группа была мне безмерно благодарна), прочитала ей лекцию о вреде осевой нагрузки на позвоночник.

Когда я замолчала, девочки зааплодировали, а Анжела на секунду зависла, хлопая ресницами. Моя тирада про «биомеханический терроризм» и осевые нагрузки подействовала на неё как ведро ледяной воды на перегретый процессор. Видимо, в методичке для «пушинок» не было раздела, как спорить с разъярённым физиотерапевтом, который сыплет терминами похлеще латыни в анатомическом театре.

– Ладно, ладно! – картинно вскинув руки, сдалась она. – Уговорили, «специфическая» вы наша. Отменяем прыжки! Группа, внимание! Переходим к статике. Глубокий полуприсед и держим! Работаем над тонусом, девочки!

Я мысленно поставила себе «пять» за победу разума над фитнес-фанатизмом. Вадим всегда говорил, что я умею убеждать. Правда, обычно он добавлял «занудством», но сейчас это спасло мои ноющие колени.

Но экзекуция продолжалась…

Я расставила ноги пошире, стараясь сохранять то самое «зверское лицо», которое должно было демонстрировать всем окружающим мои нечеловеческие усилия. Медленно, с достоинством греческой колонны, начала опускаться. Ноги стонали от непомерной нагрузки, мышцы дрожали, будто через тело пропустили ток.

– Ниже, девочки! Представьте, что вы садитесь на невидимый трон! – подбадривала Анжела.

Я мысленно пообещала Анжеле сколиоз в третьей стадии и, скрипнув зубами, опустила то, что Анжела называла «тазом», ещё на пару сантиметров. Спортивные легинсы, купленные Вадимом по принципу «возьми эти, они по распродаже», натянулись так, что послышался предупредительный треск.

– Раз… два… три… – Анжела считала медленно, садистски растягивая удовольствие.

На счёте «пять» я поняла, что легинсы не просто натянулись, а достигли предела. В воздухе, перекрывая шум прибоя и визг чаек, раздался короткий, сухой звук. Словно кто-то с энтузиазмом разорвал старую простыню.

«Ч-ч-р-р-р-а-а-к!»

Весь мир замер.

Волна ледяного ужаса прокатилась от макушки до пяток, начисто смывая и зверское выражение лица, и мысли о мести Вадиму. Время остановилось. Я, дипломированный физиотерапевт с десятилетним стажем, стояла в глубоком полуприседе посреди верхней палубы пятизвёздочного лайнера, и мои легинсы только что разошлись по шву. Точно посередине. На самой… выдающейся части «престижа».

В голове пронеслись варианты действий:

1. Упасть в обморок.

(Минус: вызовут врача, и мой позор увидит ещё больше людей).

2. Сделать вид, что это часть упражнения, и начать танцевать тверк.

Минус: Анжела умрёт от зависти, но экипаж вызовет психиатра).

3. Просто умереть на месте.

(Самый заманчивый вариант, но Вадим избежит мести и справедливость не восторжествует).

Я не дышала, перебирая в голове варианты. Холодный морской бриз, до этого ласкавший лицо, теперь совершенно беспрепятственно заигрывал с вишнёвым кружевом «боевого комплекта».

– …шесть… семь… – Анжела продолжала отсчитывать секунды моего фиаско.

И тут меня осенило. Мозг, спасённый от паники профессиональной выдержкой, выдал гениальное: «Они же все спереди! Тренер впереди, группа сзади неё! А я… я стою попой к лестнице, ведущей на мостик! Там сейчас никого нет! Никто. Не. Видел!»

Чувство облегчения было настолько мощным, что я едва не расплакалась.

«Слава богу! Слава богу, что я такая предусмотрительная и встала подальше!» – пела душа.

Мой позор был камерным, частным делом моих лосин и морского воздуха.

Я уже почти расслабилась, планируя, как мелкими шажками, не разгибая колен, отползу к ближайшему шезлонгу и накроюсь полотенцем на ближайшие сто лет. Но тут почувствовала его.

Это не был сквозняк. Это был взгляд. Тяжёлый, обжигающий и невероятно внимательный. Он буквально пригвоздил меня к палубе. Волна жара, от которой заложило уши, мгновенно сменила мой «ледяной обморок». Ощущение было настолько физическим, что я кожей чувствовала: смотрят точно в цель. В ту самую «биомеханическую пробоину», где моё вишнёвое кружево решило заявить о себе всему флоту.

Я медленно, с грацией подбитого крейсера, повернула голову, до последнего надеясь, что это галлюцинация от нехватки глюкозы.

На лестнице, ведущей на капитанский мостик, застыл мужчина.

Он был великолепен. Белый китель, сияющий белизной слёз ангелов, золотые нашивки, фуражка, сдвинутая чуть на лоб, и лицо, будто высеченное из цельного куска гранита. Помощник капитана. Сексуальный красавчик, фото которого красовалось на флаере марафона. Тот самый мужчина, которого я в этом самом вишнёвом комплекте собиралась соблазнить, чтобы доказать Вадиму, что престиж – это не размер, а харизма.