Чтение онлайн

Этот пример также сообщает пару дополнительных сведений о катастрофическом беспокойстве. Во-первых, по мере интервью дискомфорт респондента растет (первая колонка оценок). Это типичная реакция для любого беспокойного человека (я лично испытал это на себе). Первоначальная цель беспокойства – попытаться каким-то образом убедить себя в том, что проблема не так серьезна, как казалось сначала, или, возможно, помочь придумать решение проблемы.

Но происходит с точностью до наоборот. Вместо этого вы убеждаете себя, что, вероятно, не в состоянии справиться с проблемой, выявляете другие потенциальные проблемы в дополнение к исходной и испытываете значительно больший стресс, чем вначале. Но как это произошло? Вы определенно хотели чего-то другого.

Во-вторых, высокобеспокойный человек твердо верит, что все плохое, о чем он думает, скорее всего, произойдет (вторая колонка оценок). В этом примере респондент даже в некоторой степени верит (80 из 100), что умрет и попадет в ад, если не будет получать хорошие оценки в школе.

Что же заставляет такого человека поверить в вероятность того, что все плохое, о чем он думает, произойдет? Скорее всего, несколько факторов. Например, та легкость, с которой высокобеспокойный человек способен генерировать ответы во время «катастрофического интервью» (и большинство из них будут негативными), свидетельствует о наличии этих негативных ответов в памяти (не забывайте, что низкобеспокойные люди способны сгенерировать лишь пару ответов). И весь этот негатив готов выплеснуться в поток мыслей при малейшей возможности, выдвигая на первый план синдром самозванца, бессилие и отсутствие контроля. Эти факторы, вероятно, убеждают тревожного человека: то плохое, о чем он думает, обязательно произойдет.

Кроме того, процесс катастрофизации порождает поток негативной информации. Это приводит к так называемой эвристике доступности при принятии решений. Например, если вы прочитаете сводку новостей об угонах транспортных средств в вашем районе, то, вероятно, поверите, что это случается гораздо чаще, чем происходит на самом деле. Если вы часто думаете о негативе, то с гораздо большей вероятностью поверите, что заботящее вас плохое событие произойдет на самом деле. Просто потому, что оценка вероятности неблагоприятного исхода напрямую связана с количеством негативных мыслей, которые вы генерируете в связи с этим событием.

В процессе катастрофизации растет уровень стресса, что только подливает масла в огонь. Беспокойный человек будет постоянно и бессознательно спрашивать себя: «А я успешно справился с этим беспокойством?» – и при отсутствии каких-либо реальных доказательств все будет зависеть от настроения человека в данный момент. А оно будет становиться все более негативным, поскольку приступ беспокойства будет продолжаться и шептать: «Нет, ты не справился, ситуация все еще стрессовая, продолжай беспокоиться!» Так что к концу катастрофизации это плохое, тревожное настроение будет во весь голос вопить: «От этого никуда не денешься!» Даже если речь идет про попадание в ад.

Итак, мы определили ряд факторов, связанных с катастрофическим беспокойством, но какие из них являются подлинными причинами катастрофизации, а какие – лишь ее последствиями? Это важно понять, чтобы научиться управлять катастрофизацией. Вопросы, которые следует задать, включают в себя следующие: приводит ли синдром самозванца к катастрофе? Приводят ли чувства стресса и беспокойства к удлинению процесса катастрофизации? Давайте посмотрим на факты. Способствуют ли неуверенность в возможности решить проблему и негативный настрой усилению катастрофизации?

Для многих людей психолог – это кто-то, кто носит очки и сидит, положив ногу на ногу, в кресле, слушая лежащего на кушетке пациента. Но большинство реальных психологов крайне далеки от этой карикатуры на фрейдистского аналитика. Мы – ученые, которые проводят эксперименты. И чаще всего мы делаем это в лабораториях. Но не пугайтесь, мы не вивисекторы со скальпелем, разрезающие мозг, чтобы найти в нем «центр беспокойства». На самом деле разрезанный мозг дает не особо много понимания беспокойства. В отличие от врачей, психологов больше интересует то, какая информация поступает в мозг и, как следствие, какое поведение демонстрирует его обладатель. Наблюдая за соотношением этих внутренних и внешних компонентов, можно сделать вывод о том, что происходит посередине, в данном случае – в том комке серого вещества, что располагается в черепе, или, как обычно называют его люди, в «разуме». В следующих разделах я опишу пару экспериментов, имеющих отношение к нашему обсуждению катастрофического беспокойства.

Факт о беспокойстве 5. Как правило, тревожные люди не обладают достаточной уверенностью в себе, когда дело касается решения проблем. Однако исследования показывают, что при поиске решений они ничуть не уступают небеспокойным людям.

Факт о беспокойстве 6. Экспериментальные исследования показывают, что неуверенность в себе оказывает непосредственное влияние на катастрофизацию: чем ниже уверенность человека в возможности найти решение проблемы, тем дольше протекает процесс катастрофизации.

Когда я только начал исследовать беспокойство, я обратил внимание на способности беспокойных людей решать проблемы. Тогда я подумал, что, возможно, дело в том, что им это дается сложнее, и, соответственно, они больше беспокоятся об этом. Ведь если вы легко решаете даже сложные жизненные ситуации, к чему беспокоиться? Однако оказалось, что даже если решение находится легко, то тревога саботирует сам процесс решения проблемы. Тревога обычно является триггером беспокойства, но она также связана с целым рядом когнитивных процессов, которые, как правило, мешают эффективному решению проблем, и я опишу эти процессы более подробно в шестой главе.

Но тревога не лишает способности находить решения проблем, она лишает уверенности. В одном моем исследовании 82 студента-бакалавра заполнили анкету, измеряющую частоту беспокойства и уверенность в решении проблем, а затем я попросил их предложить решения различных реальных жизненных проблем. Вот пример одного из сценариев: «Господин А., присутствующий на собрании, где обсуждались варианты облагораживания его района, хотел сказать что-то важное и стать лидером. История заканчивается тем, что его избирают лидером, и он произносит речь». Студентов попросили написать середину рассказа и проанализировали ответы. Мы ожидали, что хронически беспокоящиеся студенты справятся с заданием хуже остальных, но все оказалось не так. В решении гипотетических жизненных проблем беспокойные респонденты показали себя не хуже, чем небеспокойные. Однако мы обнаружили, что показатели патологического беспокойства были напрямую связаны с показателями слабой уверенности в решении проблем. То есть хронически беспокоящиеся люди способны придумать хорошие решения, но им не хватает навыков или уверенности в себе, чтобы реализовать эти решения. Это открытие напоминает о синдроме самозванца, который так часто наблюдается у людей с катастрофическим мышлением.

Эксперименты обретают важность тогда, когда мы подходим к вопросу о том, приводит ли неуверенность в решении проблем к катастрофизации. Чтобы выяснить, усугубляет ли катастрофизация неуверенность высокобеспокойного человека в способности решить проблему, нам нужно было использовать неуверенность и в лабораторных условиях измерить ее влияние на катастрофизацию. Случайная выборка добровольцев должна была пройти «катастрофическое интервью», чтобы мы поняли, как долго они смогут продолжать катастрофизацию одной из своих текущих забот. Прежде чем начать эксперимент, мы уверили часть испытуемых в их силах, часть же, наоборот, разуверили. Это было сделано довольно хитрым способом. Добровольцам было необходимо попытаться реализовать сценарии решения проблем из реальной жизни, описанные в предыдущем абзаце. Половина из испытуемых получила положительные отзывы о проделанной работе, а другая половина, как вы можете догадаться, негативные (не переживайте, после завершения эксперимента мы им обо всем рассказали!).

В последующем «катастрофическом интервью» мы обнаружили, что те, чья уверенность в решении проблем была подорвана ложным отзывом, продемонстрировали намного более длительную катастрофизацию, чем те, кто получил положительный отзыв. Кажется, что неуверенность в себе при решении проблем действительно приводит к тому, что люди дольше пребывают в состоянии катастрофического беспокойства, и в рамках нашего исследования этот эффект нельзя было объяснить различиями в настроении двух групп. Обнаружение этой причинно-следственной связи очень важно, потому что это означает, что если мы сможем укрепить уверенность в решении проблем, то сократим приступы беспокойства и катастрофизации.