Чтение онлайн

Маэда развел руками.

— Ну как тут не давить на жалость, Джек, когда ты так легко ей поддаешься? Что я буду там делать, уже не твоя забота.

— Моя жизнь тоже не была твоей заботой, — тихо заметил Деверо.

— Ты мне ничего не должен, — отрезал Маэда.

— Можно, что-то сделать, чтобы твои буйные фантазии не блуждали по всему кораблю и не искажали пространство? — спросил Джек.

Поругавшись, друзья немного успокоились, и разговор перестал носить обвинительный характер.

— Ну, да, — хмыкнул Маэда, — Обмотать мою голову фольгой из гелиастриума. Этот металл не пропускает ни один из известных видов излучений. Пси-излучение в том числе. Вы будете в безопасности, я буду вариться в собственном соку.

— Шутник, — фыркнул Джек, — Один грамм гелиастриума стоит как внешний долг Нептуна. Я поговорю с Мишиным. Он гений, хоть и не псих в отличие от тебя. Наверняка, есть материалы попроще, обладающие схожими свойствами. Может, он что-нибудь придумает. Правда, придется ему рассказать обо всем.

— Не обо всем, — возразил Маэда, многозначительно понизив голос, — Только обо мне. Знаю, ты считаешь Мишина и Антарес друзьями. Именно поэтому не рассказывай им о себе. Побереги их.

Картина была забавная. Пользуясь передышкой в рабочем графике, сержант Бор, сидя перед пультом управления, играл в «морской бой» с Варварой. Свои корабли он нарисовал на листе бумаги в клеточку, а корабли Варвары были спрятаны за скрывающей компьютерный монитор заставкой — бегущими по стеклу каплями дождя.

— Де четыре, — сосредоточенно глядя на листок, проговорил сержант Бор.

— Мимо! — радостно отозвалась Варвара, — Же семь.

— Убит, — грустно поведал Бор, — Стреляй еще.

— Е семь.

— Убит.

— Зе восемь.

— Опять убит! Все время убит! — трагически воскликнул механик, хотя его лицо, как у любого биоробота оставалось невозмутимым, — Как ты это делаешь, объясни?

— Ну-у, — компьютерная девушка Варвара сделала загадочную паузу, — Я могла бы долго рассказывать о теории вероятности и случайных числах. Но если попроще — ты слишком предсказуем, Нильс.

— Это потому, что я не игровой автомат, а кибернетический организм, созданный для решения технических задач, — важно объявил сержант Бор и добавил с обидой, — А вот ты, Варвара, интриганка!

— И это за то, что я его развлекаю! — возмутился компьютер, — Уберите от меня это невоспитанное, бесчувственное железо.

Наблюдая за столкновением механических интеллектов, Себастьен Дабо и Бьорн Янсон безудержно смеялись.

— Что значит, железо? — возмутился Бор, — Во мне металлический только базовый каркас. Наружные ткани органические, а нервные окончания и мозговые цепочки — оптико-волоконные. Себастьен, подтверди.

Но Дабо в ответ только хохотал и никак не мог остановиться. Антарес тоже улыбнулась уголком красиво очерченного яркого рта и вполголоса спросила у Джека, вошедшего в рубку:

— Ну, как там дело с мозговыми цепочками и нервными окончаниями?

— Мишин сказал, что видит пути решения данной проблемы и работает над этим, — также вполголоса сказал Джек.

Они помолчали.

— Давайте не здесь поговорим, — Антарес первой не выдержала молчания и указала на трап, ведущий к смотровой площадке.

— Давайте я вам покажу удивительную космическую платформу «альфа-Ганимед», — шутливо предложил Джек, поднимаясь вместе с ней к астрографу, — Уверен, такого исключительного зрелища, вы еще не видели.

— Телескоп настроен, командир, — сказал Бьорн, отсмеявшись.

— А что это они там делают? — заинтересованно вытянул шею Дабо, увидев, что Джек показывает Антарес что-то на экране астрографа, приобняв ее за плечи.

— Не твое дело, — отрезала Варвара, — Бор больше не хочет играть. Ты следующий.

— Со мной у тебя нет шансов, Электронная леди, — решительно объявил Себастьен.

Объектив астрографа уже фиксировал появление в зоне видимости дрейфующего летательного аппарата огромных размеров — космической платформы. Данные передавались на квадратный экран, позволяя изучать изображение в увеличенном разрешении. Деверо и помощник Морено стояли у экрана.

— Спасибо, что не задаете вопросов, — наклоняясь к уху Антарес, проговорил Джек.

— Но они есть, — смущенно прошептала девушка, — Не из любопытства. Я волнуюсь за вас, командир. Вы совсем недавно у нас, но уже нам не чужой. Я… мы все вас полюбили. Джек, вы для нас сделали столько добра, мы хотели бы отплатить тем же.

— Платить не надо, это подарок, — пошутил Джек, — Повода беспокоиться за меня нет. Лично мне ничего не угрожает.

— Этот человек, — Антарес приникла к объективу, ее лицо выражало тревогу, — Он как будто вас чем-то держит.

— Не больше, чем я его, — сказал Джек, — Это не мой секрет, вернее не только мой. Могу только сказать, что Маэда и я, оказывается, давно знакомы, еще с детства. И так получилось, что теперь у него никого нет, кроме меня. Помочь ему некому.

Антарес выпрямилась, отступив от объектива, и медленно повернулась к Джеку.

— Вы собираетесь раздобыть для него «Королеву Мэб»?

— Пока не знаю, — честно признался Джек.

До прибытия на орбиту «альфа-Ганимеда» оставалось около сорока минут. Платформа уже наблюдалась в объективе астрографа без помощи увеличивающего экрана. По форме она напоминала песочные часы из двух вытянутых колб, соединенных перемычкой посередине. Общая длина платформы составляла около десяти километров, а диаметр обоих составных отсеков пять километров с половиной. Джеку пришлось разогнать веселую компанию в рубке, призвав всех к делам, и переключить Варвару в рабочий режим, прежде чем узнать, как обстоят дела.

— Дела неплохи, учитывая ситуацию, — сказал Мишин, когда Джек зашел в каюту Криса Маэды.

К облегчению Джека, Мишин, как и Антарес, не стал задавать неудобных вопросов. К необходимости изолировать мозговое излучение человека с предельными пси-способностями механик отнесся, как ученый отнесся бы к возможности провести рискованный, но интересный научный эксперимент. Это был вызов его талантам и способностям, и Мишин его с радостью принял.

— Погляди, что придумал Игорь Иваныч. Нестандартный подход приводит к гениальным решениям, — сказал Маэда.