Чтение онлайн

— Нет, есть, есть! — закричала она ещё громче. — Из меня выйдет, а из Катруси не выйдет! Медведь не на моё, а на Катрусино ухо наступил! Я сама видела!

Тут уж и Катруся обиделась. Во-первых, никто на Катрусино ухо не наступал и никакого медведя Рита не видела — зачем же она говорит неправду? А во-вторых, если у Риты ничего не выходит, это вовсе не значит, что и у Катруси ничего не выходит. Ведь все видят, что Катруся хорошо танцует.

— Это ты неправду говоришь — про медведя, — сказала Катруся.

— Нет, правду, правду! — Рита затопала ногами и с досады так дёрнула Катрусю за юбочку, что тонкая бумага сразу разорвалась.

У Катруси даже губы задрожали от обиды.

— Не хочу я больше с тобой играть! — крикнула она. — Ты нехорошая девчонка и плакса, и я сейчас пойду домой!

— Ты сама нехорошая девочка! — заревела Рита. — Не смей уходить домой!

— Нет, пойду!

— Ну и иди себе, я без тебя лучше научусь!

— А ну вас, не хочу я с вами нянчиться! — рассердился Костя. Он махнул рукой, забрал скрипку и ушёл из комнаты.

Рита заплакала ещё громче. На крик прибежала мама и начала её успокаивать. А Катруся выскочила в коридор, оттуда на лестницу и побежала вниз, домой.

Мама, конечно, сразу увидела, что у Катруси случилась какая-то неприятность. Она спросила, в чём дело, и Катруся по порядку рассказала всё — и про Наташу, и про Риту, и как Рита кричала и разорвала Катрусину юбочку…

А мама сказала так: хорошие люди всегда радуются успехам своих друзей, а не завидуют и не сердятся на них. И если Рита этого не понимает, значит, она ещё мала и глупа, на неё и сердиться не стоит. А бумажную юбочку — это ничего, что Рита её разорвала: можно сделать новую, тонкой бумаги ещё много осталось.

Вот с Наташей, сказала мама, это другое дело. Тут Катруся сама виновата. Разве можно так легко менять свою лучшую подругу на другую только из-за того, что ты хочешь стать балериной, а она доктором? Катруся должна скорей помириться с Наташей и дружить с ней по-прежнему.

— Твой папа инженер-строитель, — сказала мама, — а я работала чертёжницей. Но у нас с ним множество разных друзей: и доктора, и учителя, и агрономы… Важно не то, кто где работает и кто кем работает. Важно то, чтобы твои друзья были хорошие советские люди и чтобы каждый хорошо делал своё дело.

Конечно, поссориться легче, чем помириться. Почему-то так всегда бывает. Ну как это ты пойдёшь к Наташе и скажешь: «Не сердись на меня!» А что, если Наташа не захочет мириться? Как-то неловко и боязно идти к ней.

Но Катруся всё-таки пошла к Наташе. Ведь боятся только маленькие дети, а Катруся уже большая.

Оказалось, что бояться и правда было нечего: Наташа обрадовалась Катрусе. Она бросилась ей навстречу, схватила за руку и потащила в комнату. Так что и не пришлось говорить «не сердись на меня» — без того стало ясно, что Наташа давно не сердится.

— Знаешь, Катруся, — сказала Наташа, — ты будь балериной. А я буду доктором. Ты будешь танцевать в театре, а я приду на тебя смотреть. И все будут говорить «Ах, посмотрите как эта балерина хорошо танцует!» А я им.скажу «Это моя лучшая подруга, Катруся, так хорошо танцует».

А потом, если ты очень-очень высоко прыгнешь и упадёшь и вдруг сломаешь ногу — тогда я тебя сразу вылечу!

— Нет, я не хочу ломать ногу! — испугалась Катруся. — Пусть лучше ты меня вылечишь, если у меня будет болеть горло или будет корь…

Наташа важно покачала головой:

— Корь у тебя уже была, а мама говорит — корь два раза не бывает!

— Ну, всё равно, только не ногу. Я совсем не хочу со сломанной ногой… И потом, знаешь, я, может, ещё и не стану балериной. И с Ритой я уже не дружу — она мала и глупа!.. Я ещё не знаю — может, я буду просто мама и у меня будут дети… Где твоя Светлана? Давай играть в дочки-матери!

Хотя и сказала Катруся, что не будет балериной, но сама то и дело вспоминала «Лебединое озеро». И красавицу, которую злой волшебник превратил в лебедя, тоже вспоминала… А музыка иногда слышалась ей, как наяву, так и тянуло потанцевать!..

Но почему-то тут же вспоминалась и ссора с Ритой, и разорванная юбочка… Становилось так неприятно, что и думать об этом не хотелось.

Но проходили дни один за другим, и всё понемногу забывалось. Помирилась Катруся и с Ритой. А случилось это вот как.

Один раз, в воскресенье, Катруся пошла гулять с Майей. Мама что-то плохо себя чувствовала и сказала, что не может никуда идти. А папа был занят какой-то спешной работой.

На счастье, утром пришла тётя Майя и сказала, что это просто преступление мариновать Катрусю в комнате,, когда на улице такая хорошая погода.

Она повела Катрусю в садик. Пускай Катруся играет, а Майя может и там готовиться к экзаменам.

На дворе было очень хорошо. Солнце грело совсем по-весеннему. Снег на улицах весь растаял, и тротуары высохли.

В сквере дорожки тоже были сухие, только под деревьями ещё лежал снег. Но он был уже не белый и не блестящий, как зимой, а какой-то жухлый и почерневший.

Из-под снега текла вода. Это потому, что снег всё время таял от весеннего тепла и превращался в воду — так Майя объяснила Катрусе. Вода вытекала из-под снега и сливалась в ручейки. И эти ручейки бежали по сторонам каждой дорожки, они бежали, звенели и поблёскивали на солнце.

Около ручейков толпились дети. Тут были и Лесик, и Валя с Юрой, и ещё много других ребятишек из соседних домов. Ребята бросали в воду обломки веток и смотрели, как они быстро плывут, ныряют и снова всплывают. Совсем как маленькие лодочки в бурной речке.

— Ой, как весело! Можно и мне пускать лодочки? — спросила Катруся.

— Ладно, только в воду не лезь, — сказала Майя. Она уселась на лавочку и достала из муфты свои тетрадки. — Я тебе даже настоящий кораблик сделаю. Только смотри у меня, что бы ноги не промочила!

— Нет, я не промочу, и ботики у меня не промокают! — сказала Катруся.

Майя достала из муфты листочек бумаги, перегнула его несколько раз — и вдруг из этого листочка получился хорошенький кораблик. Такого кораблика ни у кого из детей не было!

Катруся бережно, чтобы не смять, взяла его в руки и понесла к ручейку. Она с гордостью оглянулась вокруг — видят ли ребята, какой у неё кораблик? Не то что какая-то веточка!

И в эту минуту она увидела Риту.

Рита стояла неподалёку, смущённо глядела на неё, а подойти боялась. Но в такой весёлый солнечный день разве могла Катруся вспоминать про какие-то ссоры!