Чтение онлайн

Я отнекиваюсь, понимая, что Юван ничего мне потом не отдаст – да и денег у меня не то чтобы много. С одной стороны, кажется, что девочка в отеле должна была стать частью туристической программы “Шантаж”. С другой стороны, ловлю себя на том, что в этой истории не понимаю вообще ничего – логики не прослеживается никакой.

Мы ехали на тачке братков Ювана, останавливаясь по дороге у банкоматов. Юван делает вид, что снимает деньги с карточки, заливая браткам в уши историю о технических неполадках. Колесим по Агре час, после чего я прошу Ювана довезти меня до вокзала. До вокзала в итоге доехали, но даже там он ходит за мной по пятам, умоляет дать ему денег.

Три часа ночи, вокзал, многолюдно. На нас обращает внимание группа из десяти пацанов. Один из них заступается за меня, агрессивно наваливая Ювану панч за панчем на хинди. После этого Юван растворяется в направлении братской тачки. Меня настигает приятное облегчение: история закончилась, я в безопасности и через пару часов уеду из этого блядского Шапито.

По пути в Джайпур читаю отзывы к профилю Ювана на кауче. Вижу похожие истории: про свадьбу в отеле, про вымогательства. Короче, у него какая-то многоходовочка по разводу туристов.

Привет, мой друг, буду рад принять тебя и показать тебе путь к хорошей жизни с духовностью, йогой и медитацией.

От города по имени Джайпур веет добром, благородностью и искренней любовью. Вкупе с историческим контекстом мой внутренний русский проводит параллели с Питером. Да, здесь все еще докапываются до тебя с просьбами купить их побрякушки, но уже как-то по-доброму что ли, с улыбкой на лице, без стресса. Рад, что доехал до “Индии здорового человека”.

В эти дни страна живет Дивали. Дивали – «Фестиваль Огней» – символизирует победу добра над злом, и в знак этой победы индийцы повсеместно зажигают свечи и фонарики. Иногда мимоходом мелькает свастика как символ солнца. Ярким светом сияют гирлянды, тротуар покрыт красной ковровой дорожкой. По дорожке проезжают шумные скутеры, куда-то спешат местные жители.

[Веданш]: мой адрес – h.no 305,lal ji sand ka rasta, choura rasta lal ji sand ka rasta, рядом с Nawal book Depot. Садись на тук-тук до chora rasta и на chora rasta тебе нужно дойти до lal ji sand ka rasta, и в lal ji sand ka rasta ты увидишь Nawal book depot.

Дошел до Nawal book Depot, не могу дозвониться до Веданша. Начинаю приставать к местным пацанам, показывая его фотку – по-любому кто-нибудь знает. Один из таких пацанов сначала помогает мне дозвониться до Веданша, а затем проводит меня до его дома. Веданш встречает меня с распростертыми объятьями. В этом персонаже раскрывается суть Индии – добродушность, удача и раздолбайство.

Веданш сидит на полу своей хаты в компании с австралийкой Оливией. Присоединяюсь к посиделкам, принимая из рук косячок за знакомство.

– [Оливия]: Чувак, ты такой странный – наверняка под чем-то

– [Я]: Ребят, прошлой ночью я спал два часа, да и те в сидячем вагоне поезда

Веданш творит добро кистью художника, зарабатывая на продаже своих поделок туристам. Парень производит впечатление эдакого стереотипно духовного индийца: спокойствие, йога, медитация. В общении Веданш раз за разом вбрасывает народно-житейские мудрости, напоминающие пацанские цитаты из пабликов в ВК.

[Веданш]: Правило номер один в жизни – никаких ожиданий. Ожидания бесполезны

Наутро выходим в город за завтраком. За завтраком Веданш рассказывает о том, что в Джайпуре жить классно, потому что никому здесь не важно сколько зарабатываешь и сколько у тебя в кармане прямо сейчас. Спустя четыре года на нашу грешную планету нагрянет пандемия, Веданш останется без дохода и начнет попрошайничать у своих белых друзей в Фейсбуке.

А пока, я, короче, искренно умиляюсь рассказам о жизни без бюджета.

Мумбаи можно искренне любить, всячески ненавидеть, и невозможно обойти вниманием.

В Мумбаи замечаю некоторые особенности от тех мест, что увидел в Индии: мусульманская культура, обилие мяса в забегаловках и высокий уровень влажности. Если в 30-градусных Дели и Джайпуре комфортно за счет сухого климата, то 30-градусный Мумбаи выводит из тебя семь потов, создавая чувство невероятной жажды.

Мой хост живет в Колабе – главном туристическом районе города, напичканном разного рода памятниками времен британского колониализма. Еще в прошлом веке Колаба выполняла функцию “ворот в Индию”, а Мумбаи мало того что был Бомбеем, так еще и имел за собой столичный статус. Сейчас в Колабе лишь толпы туристов, роскошные такси, и упоротые индусы, что напрашиваются сфотографировать тебя за сто рупий.

[Знакомство на кухне, прямая речь Мохаммеда]

– “Первая ночь бесплатно, дальше две тысячи рупий за ночь”

– “Хочешь ужин, завтрак? Двести рупий”

– “Хочешь в пещеру съездить? Давай мы тебе экскурсию устроим, семь тысяч рупий. Нет столько денег? А сколько есть?”

– “Тебе нужно обязательно съездить в наши трущобы, обязательно экскурсией с местным, они покажут тебе как наши люди живут”

В квартире тусит порядка десяти мужиков, и все от меня чего-то хотят.

– [Старик]: Купи мне сигарет, а?

– [Я]: Не хочу

– [Старик, ухмыляясь]: Ты не расслышал – я сказал купи сигарет!

Я даю денег на пачку самому молодому из стаи шакалов. Спустя полчаса шакалик возвращается с сигаретами, но без сдачи. В итоге сдачу из шакалика выбивает старик, разглядев на пачке ее реальную стоимость. Какой-то беспросветный гоп-стоп на каждом углу.

Ночью ужимаюсь на маленькой скамейке у входной двери в то время, как остальные обитатели морального борделя спят на полу. Интересно, спросят ли с меня денег за то, что я занял скамейку?

Наутро вылетаю пулей из квартиры и начинаю искать нового хоста. Пишу в кауче рандомному чуваку сигнал SOS и тут же получаю от него звонок.

– [Натан, новый хост]: С тобой там все в порядке?

– [Я]: Вроде да, они от меня отстали – но завтра мне точно нужна новая вписка

– [Натан]: Окей, залетай тогда к нам

– [Я]: Спасибо, Натан – ты настоящий друг

Короче, хоста зовут Мохаммедом, но я бы назвал его Мудилой.