Чтение онлайн

Бублик еще мгновение покачался на крюке и, сорвав­шись, стукнул джигита по голове. От неожиданности тот чуть не подавился.

Когда Нина снова перевела взгляд на дверь, там уже стоял новый персонаж. Загораживая собою весь проход, дверной косяк подпирал могучий богатырь-горец в полоса­той майке. На поясе у него висел полуметровый кинжал, а голову покрывал красный башлык. Заметив, что Нина смотрит на него, гигант переменил позу и скрестил руки на груди.

Весь этот маскарад показался Нине довольно забав­ным. Ее стражи не внушали ей ужаса. Они были ей даже чем-то симпатичны. Кроме того, дверь, наконец, была от­крыта, и Нина решила воспользоваться этим с помощью небольшой хитрости.

Она плотоядно посмотрела на ряженых, и чтобы усы­пить их бдительность, стала с аппетитом уплетать прине­сенную на подносе еду, то и дело зыркая исподлобья на то, что происходило в комнате.

Абрек смотрел на нее с умилением и качал головой, как бы говоря: за папу, за маму, за дедушку...

Наконец, утолив голов, Нина решила взять инициативу в свои руки:

— А я знаю, кто вы такие,— игриво сказала она. Все трое переглянулись и вопросительно посмотрели на Нину.

— Вы евнухи, верно?

У джигита отвисла челюсть, и он посмотрел на своих спутников. Тех это слово также привело в полное замеша­тельство.

Нина продолжала:

— Я хотела сказать, стражи гарема. Все трое угрюмо кивнули головами.

— Так, значит, я в гареме. А кто же тогда султан? Тут джигит, моргнув глазом абреку, встал и вышел на середину комнаты. Абрек быстро что-то переключил в му­зыкальном комбайне, и зазвучала веселая музыка, под которую джигит, лихо отплясывая, запел:

— Если б я был султан, я б имел трех жен

И тройной красотой был бы окружен.

Но с другой стороны, при таких делах

Столько бед и забот. Ах, спаси Аллах!

Остальные, присоединившись, стали подпевать:

— Не очень плохо иметь три жены,

Но очень плохо с другой стороны.

Разрешит мне жена каждая по сто.

Итого, триста грамм — это кое-что.

Три жены — красота, что ни говори.

Но с другой стороны, тещи тоже три.

Не очень плохо иметь три жены,

Но очень плохо с другой стороны.

Как быть нам султанам? Ясность тут нужна.

Сколько жен в самый раз — три или одна?

На вопрос на такой есть ответ простой:

Если б я был султан, был бы холостой.

Песня всех развеселила, и к танцу джигита присоеди­нился гигант, до этого неприступной скалой стоявший у двери. Он выплясывал чарльстон, а потом, опомнившись, начал изображать что-то похожее на лезгинку.

Затем к ним присоединился абрек, и все трое, танцуя, приблизились к Нине, приглашая ее присоединиться.

Нина дожевывала сочный персик и, выбравшись из-за стола, тоже пустилась в пляс.

Теперь они уже вчетвером во все горло орали легко запоминающийся припев песни:

— Не плохо очень совсем без жены,

Гораздо хуже с другой стороны.

Не плохо очень совсем без жены,

Гораздо лучше с любой стороны.

Аджебраил все это время с напряжением наблюдал за происходящим в потайной глазок. Зная ее характер, он опасался, что вся операция пойдет насмарку, если она заупрямится. Поэтому когда он увидел, как она танцует в компании с кунаками, у него отлегло от души.

— Это прямо праздник какой-то! Сегодня все у меня получается!

И на радостях он налил себе стакан вина. Но прежде чем пить, решил позвонить и похвастаться жениху.

Саахов сразу взял трубку. Он также волновался и ждал этого звонка.

— Ну что там! — нетерпеливо спросил он.

— Все в порядке! — отрапортовал Аджебраил.

— Что именно в порядке? Ты можешь по-человечески объяснить? — нервничал жених.

— Она покушала и сейчас танцует с кунаками.

— Танцует с кунаками? Ты смотри там, чтобы они не очень! — заревновал Саахов.— Все-таки это моя будущая жена.

— Да ничего такого. У них что-то вроде хоро­вода.

— А, ну ладно. А вот что она угощение приняла ~ действительно хорошая новость. Если пойманный зверек берет корм из рук ловца — это значит, что он приручен.

— Это верно. Когда вас ждать?

— Скоро приеду. Я думаю, тянуть с этим делом не стоит.

— Да, нужно ловить момент, пока у нее хорошее на­строение. Я-то свою племянницу знаю.

Они повесили трубки.

Аджебраил сразу потянулся за стаканом вина, но его рука на полпути столкнулась с прозрачной преградой. Тут он понял, что тычет рукой в огромное зеркало, стоящее на столе, и пытается достать отражение стакана. Это его еще больше развеселило. Чокнувшись со своим отражением в зеркале, он залпом выпил весь стакан.

А за дверью в комнате вовсю веселились.

Бывалый нашел красивую шелковую шаль и накинул ее на плечи Нине. Та стала кружиться с этой шалью в ру­ках так, что у всех зарябило в глазах. Затем, улучив удоб­ный момент, она оставила развернутую шаль в широко расставленных руках Труса и под ее прикрытием высколь­знула в открытую дверь. Она сразу же захлопнула ее и закрыла торчащим снаружи ключом.

Но, повернувшись к выходу, она нос к носу столкнулась со своим родным дядей. Аджебраил стоял, уперев руки в бока, и смотрел на племянницу взглядом разъяренного быка.

В то мгновение, когда Нина появилась из-за двери и стала ее закрывать, он сразу понял, что ее веселье было всего только уловкой. Она разыграла их всех и пыталась бежать. Это говорило о том, что у него появились большие проблемы.

Вид разъяренного дяди поверг Нину в полное изумле­ние. Кого-кого, а его здесь увидеть она никак не ожидала. В ее представлении он всегда был поборником высокой нравственности, благоразумия и целомудрия.

И вдруг он — пособник каких-то гангстеров.

Она слышала истории, что в том или ином районе иногда продают невест, но верила в это с трудом. И уж никак не думала, что сама когда-нибудь станет товаром, а дядя, по всей видимости,— продавцом.

Все эти мысли, как вспышка молнии, пронеслись у нее в голове.

Одно мгновение они смотрели друг на друга молча.

Потом Нина, сжав зубы, сказала:

— Ах, так! Ну, хорошо! Я объявляю голодовку...

— Послушай, Нина...— попробовал оправдаться Ад-жебраил.