Чтение онлайн

Я ловлю свое отражение в зеркале шкафа — мои щеки красные, дыхание сбилось, большие голубые глаза широко распахнуты, а светлые волосы выбились из узла на затылке. Арсен возвышается за мной, как огромная, темная тень: высокий, мощный, с полотенцем, которое держится только на узле на его бедрах. Его смуглая кожа резко констатирует с моей белоснежной, покрытой розовым румянцем, а размеры подавляют.

— Ну разве ты не куколка? — одобрительно урчит он, тоже глядя на нас в зеркало.

Его большая ладонь ложится на мою грудь и сжимает ее. Я тихо взвизгиваю от неожиданности, но когда он сдвигает лифчик вниз и трогает уже за голую кожу, взвешивая в руке тяжесть округлой плоти и безжалостно щипая за твердый сосок, не могу сдержать сдавленного стона, приваливаясь спиной к его крепкой груди.

Его вторая рука скользит по моему боку, к талии, задерживается на бедре. Пальцы уверенно раздвигают мои ноги.

Стоишь, дрожишь... А внутри уже горячо, да? Нет...
– шепчу я, но он тихо смеется — Не ври, — Арсен проводит пальцами по внутренней стороне бедра, подбираясь к трусикам, и меня охватывает жар. — Женщины не умеют врать телом.

Мои глаза распахиваются еще шире, когда он отодвигает в сторону ластовицу нижнего белья и окунает пальцы в мою влажность, собирая ее с нежных складочек и подбираясь ко входу в мо предательскую киску, которая пульсирует от нужды.

— Какая мокрая пизда, — раздается его смешок у уха, а потом я чувствую, как он вдавливает в меня палец, растягивая тугой вход и вставляя его внутрь. — М-м-м... и тугая. Не могу дождаться, когда засуну в тебя член.

Он внезапно убирает руку и отходит всего на шаг, оставляя меня без опоры своего тела. Я обнимаю себя руками, оборачиваясь, и успеваю заметить, как он срывает полотенце с бедер и бросает его на пол. При виде его огромного, стоящего колом органа, меня охватывает панический ужас. Он собирается засунуть это в меня? Да я же порвусь!

Первый инстинкт — бежать. И я ему следую. Метнувшись вправо, бегу к двери, но Арсен быстрее — он перехватывает меня на полпути и с недовольным рыком бросает на кровать, наваливаясь сверху.

— Пусти! — извиваюсь под ним, чувствуя, как рвется лифчик от его сильного рывка, а потом он срывает с меня и трусики, оставляя совершенно голой и беззащитной. — Отпусти меня, урод!

— Строптивая сучка! — рычит Арсен, зарываясь лицом в мою грудь и кусая за острый сосок.

Я вскрикиваю и пытаюсь оттолкнуть, но его руки удерживают мои запястья в плену, не давая мне не единого шанса остановить его.

Он покусывает и сосет мои соски, пока они не начинают пульсировать, а внизу живота у меня не сворачивается невыносимое возбуждение, требующее разрядки. Я глухо стону, все еще пытаясь сбросить его с себя, но когда он широко раздвигает мои ноги и я чувствую, как в мою маленькую дырочку упирается огромная головка его члена, меня охватывает настоящий ужас.

— Арсен! — умоляюще смотрю на него, в надежде хоть на каплю доброты, но его лицо искажено похотью, а глаза горят, словно он сам дьявол.

— Смотри на меня, — требует он, не обращая внимания на мою мольбу. — Когда я войду в тебя, я хочу видеть твои глаза, Зара.

Он медленно наклоняется, губами касается моих губ, прикусывая нижнюю зубами, и по моей коже пробегает дрожь. Его руки — твердые, властные — обхватывают меня, притягивая к себе, в широкий кончик члена все сильнее вжимается в мой вход.

— Чувствуешь? — его голос глухой, горячий. — Это твое на сегодня. И ты возьмешь все, что я дам.

Я не успеваю ответить — он обхватывает мою попку пальцами и тянет меня на себя, нанизывая на свой чудовищный орган, пока из моего горла не вырывается пронзительный стон.

Его руки крепко держат меня, не давая отступить. Я толкаю его в грудь, сдавленно плача от дискомфорта и вспышек боли, но Арсен словно замер.

— Ты девственница? — выдыхает он, глядя вниз, туда, где его толстый член разрывает меня пополам.

— Отвали, урод! — всхлипываю, толкая его в грудь.

Арсен перехватывает мои руки и заводит их мне за голову. Он все еще внутри меня, но он не двигается, а только смотрит мне в глаза, и на его лице читаются совсем непонятные мне эмоции.

— Не дергайся! — рычит он, а потом начинает медленно выходить из меня, однако, оставляет внутри кончик, с громким стоном утыкаясь лицом в мою шею. — Просто, блядь, не двигайся, Зара!

Я снова всхлипываю, но уже без прежней боли, когда он внезапно запускает свободную руку мне между ног и обводит пальцем чувствительный клитор.

— Ч-что ты делаешь? — мотаю головой, потому что мое возбуждение угасло не полностью и это чувствуется слишком хорошо.

— Помогаю тебе взять меня. Я же сказал, что выебу тебя, — его голос низкий, будто рокочет в груди. — И я это сделаю.

Я вцепляюсь пальцами в его плечи, когда он снова и снова обводит кругами мой чувствительный узелочек, не в силах сдержать стоны, потому что он делает это слишком точно, именно так, как мне нужно. Его бедра тоже приходят в движение, Арсен вставляет мне поглубже, несильными, короткими толчками, пока я растягиваюсь и привыкаю к ощущению его большого толстого члена внутри себя, и с каждым новым толчком я принимаю его все лучше и легче, не веря, что он вообще смог так просто поместиться весь внутри меня, без острой боли, которая была в начале.

Смотри на меня, — требует Арсен, когда я закрываю глаза, хныча от удивительных ощущений, охватывающих мое тело. Он берет мой подбородок, заставляя поднять на него глаза. — Я хочу, чтобы ты видела, кто делает тебе ребенка. Не он. Я, Зара. Произнеси мое имя. Арсен! — стону я, уже ничего не соображая от нарастающего удовольствия.

Его палец потирает меня снова и снова, а член уже ходит во мне как поршень — жестко, глубоко, неумолимо, с пошлыми хлюпающими влажными шлепками от всех тех соков, которые вытекают из меня.

— Послушай только, как тебе хорошо, чертовка, — ухмыляется он, жестко вбиваясь в меня.

Еще вчера ты бы даже не подумала об этом, да? А сегодня твой муж сам подложил тебя под меня.

Он наклоняется ближе, губы почти касаются моих, но вместо поцелуя он шепчет:

— И я сделаю так, что ты забудешь его прикосновения. Если они вообще были.

Его ладонь скользит по моей попке, сильные пальцы жадно сминают мою плоть до синяков, мощные бедра работают, словно отбойный молоток. Я пытаюсь что-то сказать, но он перебивает: