Чтение онлайн

– Что-то мне кажется, что такую штуку Эдисон изобрел лет десять назад, – с сомнением сказал я, – хотя… Кажись, идея. Помнишь, мы хотели устроить бомбометание по настоящему кораблю? Но корабль может выделить только твой дядя, это который гибрид генерала с адмиралом. И чтоб дяде лучше думалось на эту тему, подари-ка ты ему такую игрушку, а Машу попросим нарисовать несколько мультиков порнографического содержания. Он же не только обжора и пьянь, но еще и б…дун каких мало, так что должно понравиться. Глядишь, после этого и про пароходик будет попроще договориться.

– Вот люди стараются, изобретают… Затем художник мучается, ночей не спит, все думает, как донести до зрителя свое видение прекрасного… А потом приходит такой, вроде тебя – и зритель получает свою долгожданную порнуху.

Как там у нас насчет обеда? Я достал из кармана часы-луковицу и в очередной раз чертыхнулся. До крайности неудобное устройство, да еще и заводить надо регулярно, а я опять забыл. Ладно, судя по солнцу, пора. Я сел на мотоцикл и потарахтел к резиденции великого князя.

– Немножко рано, – заметил Гоша. – Или аппетит прорезался, нет сил терпеть?

– Часы опять встали. Чуть забудешь завести – и стоят, собаки. И вообще, почему у вас тут наручных часов не носят?

– Потому что их еще нет. Но это ты вовремя подал идею, я тут как раз обдумываю новшество.

Гоша подал мне папку. На титульном листе значилось:

Проект

Георгиевское оптико-механическое объединение

Секретно

Я заржал, потом, в ответ на вопрошающий взгляд Гоши, уточнил:

– Все хорошо, особенно название… Проект "Гомосек" – это звучит!

– Тьфу на тебя, ты дальше читай.

– Так, некоммерческая часть – прицелы, механические вычислители, авиафотокамеры, таймеры… да, пора. Коммерческая – кино-фото аппаратура, часы… Организация собственной киностудии… Как называться будет – "Г-фильм"?

– А хотя бы. Кроме тебя, все равно никто таких аналогий проводить не будет. Блин, вот ведь с кем поведешься – раньше бы мне и в голову не пришло задуматься, от какого слова происходит "аналогия".

– Растешь над собой, хвалю. И, значит, наручные часы тоже сюда? Патент пусть Маша не забудет, ведь золотое дно. И, кстати, их можно делать с автоподзаводом – от тряски через храповик какой-нибудь рычажок с грузом будет подкручивать пружину.

– Ладно, наручные часы внесем в программу. Дальше прочитал?

– Ага. Значит, радиомастерскую убрать с авиазавода и перевести в новое объединение… логично. Там же производить моторную электрику. А с чего стеклофабрика окажется аж в Лыткарино?

– Там песок нужного качества. А возить сюда заготовки несложно, объемы небольшие.

– Читаем дальше. Химзаводы один и два, так, первый… целлулоид – это пленка и линейки всякие, на втором – реактивы, только объемы уж очень внушительные. Значит, смотрим сырье – азотная и серная кислота, толуол, глицерин, аммониевая селитра… а, понятно, что там за реактивы. Свинец, натрий тоже есть… Этот где-то в стороне будет?

– На правом берегу Нары, в пяти километрах выше Георгиевска. Надо туда ЖД ветку проложить.

Я еще полистал бумаги, повнимательнее, потом еще…

– Гоша, я совсем ослеп на старости лет или у тебя тут действительно нет ни полслова про патефоны?

– А это еще что такое?

– Тот же граммофон, только поразумней скомпонованный.

– Нет… и граммофонов тоже нет.

– Ну, вы даете… Ладно, ты с гор еще года нет как спустился, но Маша-то куда смотрела? Как можно двигаться в светлое будущее без патефона – народ не поймет. Значит, вот соберусь в две тысячи девятый, раздобуду образец, а вы уж заранее внесите его в программу. И над репертуаром надо подумать, песен там героических про летчиков и прочих насочинять. Или наадаптировать, если быть точным.

– Все-таки я до сих пор удивляюсь, сколько разных слов придумано в вашем времени для обозначения воровства!

Гоша взял папку, сделал несколько пометок и отложил. Потом вздохнул и поинтересовался:

– Не подскажешь, ты когда более добрый – до обеда или после?

– Во время. До – особенно если голодный – могу послать, чтоб не откладывать процесс насыщения. А после обеда мне спать хочется, а не исходить добротой. А вообще в чем дело?

– Да просьба у меня одна есть, личного характера. Пошли, там уже стол накрыт, вот в процессе и изложу.

Пока я ел первое, Гоша внимательно наблюдал за мной, видимо, пытаясь на глаз определить момент моего максимального подобрения. Похоже, у него ко мне что-то важное, совсем шуток не понимает!

– Ну ладно, не томи, что там у тебя?

– Такое имя – Антон Павлович Чехов – тебе знакомо, надеюсь?

Вот оно в чем дело, Гоша, значит, решил внести коррективы в его судьбу. А насчет "знакомо" – да. Только вот читать его с удовольствием – увы, это мне не дано. Дело в том, что в моей далекой юности он был в программе по литературе. Тогда ее преподавали не как сейчас – вон Маша, имеет пятерку, и что учила, что нет, в голове ничего не задержалось. В наше время было не так – нас учили на совесть, так что глубокую неприязнь ко всем изучаемым писателям я пронес через всю жизнь. Сейчас мне иногда даже обидно – ладно там Толстой или Фадеев, но Чехова-то с Достоевским какая сволочь в программу засунула?!

А подлечить Антона Павловича – дело святое, только не как Гошу, в двадцать первый век ему нельзя. Он же писатель – и каково ему будет молчать? Не факт, что сможет. Но у него вроде пока еще все не так запущено, сходит разок через портал, думая, что в соседнюю комнату, потом стрептомицина примет – глядишь, полегчает. И пусть в благодарность еще одну "Каштанку" напишет, только желательно про летчиков!

Примерно так я Гоше и сказал.

– Я в тебе и не сомневался! – обрадовался он.

А я начал мысленно прокручивать возможные последствия этого дела. Чехов – врач, и принципиальное отличие действия антибиотиков, скорее всего, поймет. И их значение тоже. А значит, этим надо пользоваться, то есть фармакологическую фабрику начинать создавать уже сейчас. Политику еще надо продумать…

– Раз уж мы будем светить антибиотики – ну не брать же с Антон Палыча обет молчания – нужно в темпе организовать лабораторию, – продолжил я. И патентовать, причем не состав или, упаси господь, способ получения, а только название и свойства. Как бы это обозвать… георгит… георгиум… да, пожалуй.

– А почему бы пенициллин не назвать пенициллином?

– Гоша, ты покушай, – ласково предложил я, – а потом подумай, не надо совмещать процессы. Его же получают из грибка "пеницилум рубрум", нельзя же прямо в названии так засвечивать способ получения!