Казахские сказки
Шрифт:
— Хочешь, подвезу? Мешки приторочим к седлу.
Соскочил с лошади, взялся за меньший двумя пальцами. Мешок не шелохнулся, словно прирос к земле. Взялся тремя пальцами — чуть шевельнул мешок. Схватился всей рукой — едва оторвал от земли.
За второй мешок ухватился Коблан обеими руками. Еле-еле поднял его. Ноги от великой натуги сразу по колени в землю ушли. Вытер силач пот со лба.
— Вот так мешки!—сказал он. — Железо перед ними легче пуха. Что в них?
— Хлеб! — ответила женщина.— В первом урожай прошлого года, во втором — нынешнего.
— Второй мешок больно уж тяжел!.
— Урожай большой был!
— Год счастливый выпал?
— Большая вода помогла! —ответила женщина и показала в правую сторону.
Посмотрел Коблан и глазам своим не поверил — откуда взялась такая полноводная широкая река?
«Видно, Сары-Су повернула в другую сторону»,— подумал он.
Невдомек было старому Коблану, что перед ним не Желтая река, а большой канал, построенный батырами.
коркут
авньтм-давно жил на свете мудрец, умеющий предсказывать людям будущее. Звали его Коркут. Он много путешествовал, много видел и знал. Видел и плохое и хорошее, все взвешивал, размышлял, старался во всем разобраться. Особенно занимала его мысль о смерти. Он не раз задавал себе вопрос, почему умирают люди: одни стариками, другие молодыми; одни счастливыми, другие — в несчастье; одни только что родившись, другие — дожив до глубокой старости. Отчего все это? Но сколько он ни думал, ответа найти не мог. И чем старше становился сам, тем чаще думал о смерти. Смерть стала даже сниться ему.
Однажды Коркут увидел во сне людей. Они копали могилу.
— Кому предназначена эта могила? — обратился к ним Коркут.
— Для пророка Коркута,— ответили ему.
Коркут вздрогнул и, ничего не сказав, быстро ушел.
Он решил покинуть эти места и на следующий день отправился в другой конец земли. Он путешествовал по безводной пустыне Бетпак-Дала и по Сары-Арке26, но где бы он ни был — перед его глазами вставала вырытая для него могила.
Не найдя успокоения в чужих краях, Коркут вернулся в родные места, на берег Сыр-Дарьи.
«Здесь мое опасение от смерти»,— решил он и поселился на родине.
Аул, где жил Коркут, находился на берегу реки, но он и дня не был дома, а все странствовал. Он ни на минуту не выпускал из рук кобыза 27 и настолько увлекся игрой, что забыл о смерти.
Но как-то во сне он услышал голос: «Ты умрешь тогда, когда произнесешь слово «смерть».
Прошло много времени. Коркут все странствовал и совсем не думал о смерти.
Однажды бычок Коркута убежал с привязи. Коркут отправился на поиски, в гневе говоря: «Умру, но найду».
Сказал — и пожалел. Он находился теперь на волоске от смерти. «Нужно уходить скорее из этих мест»,— решил Коркут и, оседлав Желмая, отправился в дорогу. Он побывал и на востоке, и на западе, и в Сары-Арке, и на юге, и опять везде его преследовала вырытая могила.
Убедившись, что ему все равно не спастись от смерти, Коркут решил вернуться на родину.
Боясь, что на земле его застигнет смерть, он расстелил на воде чудесный ковер и стал плавать на нем по Сыр-Дарье, неустанно наигрывая на кобызе.
Коркут пел о своих думах, которые ее покидали его во время долгих путешествий. Коркута слушали птицы, останавливая свой полет, слушал ветер, прекратив свое движение; звери Сары-Арки приходили на берега Сыр-Дарьи послушать его. Даже река временами останавливала течение, чтобы послушать звуки кобыза.
Сыр-Дарья стала спасительницей мудреца. А он плавал на своем чудесном ковре и, устремив взгляд в прозрачную, как слезы, воду, все играл и играл. И смерть, слушая успокоительные кюи28 Коркута, завороженная, стояла поодаль, боясь прервать сладостную ее сердцу мелодию.
Так Коркут боролся со смертью. И когда однажды, уставший и утомленный, он задремал, преследовавшая смерть обернулась ядовитой змеей, подплыла к нему и ужалила. Коркут заболел и вскоре умер. Его похоронили на берегу Сыр-Дарьи, возле Кармакши, и рядом с ним положили кобыз.
Умер Коркут, но кюи его не умолкли: струны кобыза продолжали звучать. И кто проходил мимо могилы, мог услышать их печальный звон. И в этом звоне, в шорохе травы, в налетевшем ветерке было слышно лишь одно слово: «Коркут», «Коркут».
Все, кто слышал игру Коркута, сделали такие же кобызы и стали играть его песни.
ОТВЕТ КЮЙШИ
А
одном ауле жили два друга. Когда один из них решил жениться, другой тоже подыскал себе невесту. Женились друзья в один день на веселых красивых девушках.
Прошло несколько месяцев. Встретились женщины у колодца и заспорили, кого из них муж больше любит. Одна говорит:
— Меня больше любит мой муж. Видишь, скоро сына ему рожу,— и она показала на свой живот.
Другая посмотрела на нее с насмешкой.
— Может быть, первый месяц и любил тебя муж,— сказала она.— А за что будет любить теперь, когда ты стала некрасивой? Вот я так всегда нравлюсь своему мужу. Походка моя осталась прежней, а талия тонкой, как у девушки.
— Это неважно,— отвечала первая.— Мой муж очень любит меня. Я ему не только жена, но и мать его будущего ребенка. Он вдвойне любит и бережет меня.
Спорили, спорили женщины, а переспорить друг друга не могли.
В это время мимо проходил старый кюйши29. Остановился он, послушал и покачал головой.
Женщины обратились к нему:
— Рассуди нас, добрый кюйши. Скажи, кто ив нас прав?
И раоскавали старику о своем споре.
Посмотрел на них кюйши, улыбнулся, сел и заиграл на домбре. Нежно зазвучали послушные струны. Прислу-гнались женщины к музыке и словно увидели перед собой
картину.
Идет по дороге молодая девушка. Резвы ее ноги. Тонок, как камыш, стан. Высока упругая грудь. Весело девушке, прыгает она, словно козленок, рвет цветы, бегает за кузнечиками и бабочками, увертывается от рук веселых жигитов. Вот окружили они ее и хотят поймать. Но ловка и проворна девушка. Быстрой лисичкой ускользает она от жигитов. И снова она идет по дороге—гибкая и сильная. Высокие травы наклоняются к ее ногам, чтобы остановить красавицу, опутать ее смуглые ноги...