Чтение онлайн

— Никогда! — ответил он, не задумываясь, с полной искренностью, — и слава Богу!

Другая причина, которая могла тяжело повлиять на его судьбу, связана с его фамилией. Фамилия Краснов означает символ борьбы против коммунизма. Михаил никогда не претендовал на то, чтобы его имя превратилось в эмблему. Но, скорее всего, противники именно так его и воспринимали.

Может быть, кто-то подумает, что столько лет спустя и на других широтах фамилия Краснова, ставшая символом, ничего не значит, но я так не считаю. Мстительные коммунисты всегда имели хорошую память. К тому же, мы уже слышали, как бывший террорист MIR в суде сказал, обращаясь к Михаилу: «По нашим каналам я узнал об истории Вашей семьи». Это подтверждает, что история Красновых для марксистов была и есть тема известная.

Так или иначе, любая из обеих указанных нами причин одинаково несправедлива. Нельзя осудить офицера только лишь потому, что он сокрушил врага, выполняя свою, предусмотренную законом, ответственную задачу. Нельзя подвергать его издевательствам по той причине, что его семья в определённый момент тоже героически встала на защиту своей Родины и её принципов.

На сегодняшний день бригадир Краснов является военнопленным — одной из многочисленных жертв битвы за мир, в которой Чили потерпела поражение.

Мы подошли к концу нашего повествования, но жизнь его героя продолжается и остается открытой для будущего. Михаил предпочитает особенно не высказываться по этой теме, но иногда говорит, что будет находиться в тюрьме не то время, которое определят судьи, а столько, сколько захочет Бог. В этом есть бесспорная истина. В завтрашнем дне не может быть уверен никто, даже судьи, запершие в тюрьму невиновного человека. Потому, по мере возможности, Михаил Семёнович старается прожить максимально полно каждый предоставленный ему в настоящем момент.

Заканчивая эти страницы, я выбрала одно событие, которое хотя и принадлежит к прошлому, но все же спроецировалось на будущее, так как, не исключено, могло стать поворотным в жизни нашего офицера.

В 2000 году в Чили прибыл господин Владимир Чхиквадзе, в качестве нового посла Российской Федерации. Приступив к своим служебным обязанностям, вскоре он пригласил Михаила Краснова и его жену на обед. Кроме него были приглашены представители дипломатического корпуса, их жёны и другие лица.

Я попросила Михаила припомнить все детали произошедшего тогда разговора, для того чтобы пересказать его здесь с наибольшей точностью.

Прежде чем сесть за стол, посол произнес эмоциональную речь, сначала по-русски, а потом на чистейшем испанском языке, в которой, в частности, сказал, обращаясь к Михаилу Семёновичу:

— Господин генерал — начал он (Прим. ред. — посол, видимо, хотел польстить Михаилу Семёновичу, ибо ни в Чили, ни в России бригадир к генералитету не относился), — после того, как я получил новое назначение в Чили, мне пришлось принимать в Москве казаков из разных регионов. Все они просили меня передать Вам и Вашей уважаемой семье поклон и наилучшие пожелания. Кроме того, я должен сообщить Вам об особом интересе моей страны по оказанию Вам помощи и поддержки, которая будет необходима для разрешения любой проблемы, влияющей на Ваше нынешнее положение.

Как известно — продолжил посол, обращаясь к остальным присутствующим, — казаки народ серьезный и по этой причине, господин генерал, можете полностью располагать мною, так как мне будет трудно вернуться в Россию в случае, если я не выполню данного Вашим соотечественникам обещания.

Михаил Семёнович поблагодарил посла за его благожелательные слова, а после обеда дипломат гостеприимно пригласил его в другой зал для частного разговора.

— Генерал Краснов — начал посол, — мне известно о деликатной ситуации, которую Вы переживаете в этой стране в настоящий момент. Соображения, которые я высказывал только что, не являются только лишь проявлением хорошего тона. Я готов к их исполнению. Для этого, как первый шаг в этом направлении, в течение следующей недели нам необходимо будет встретиться с Вами у меня в кабинете, для оформления Вашего российского гражданства, так как согласно законам нашей страны, Вы можете стать российским гражданином как зарубежный соотечественник. Это явится важным шагом, и я позабочусь, чтобы эта процедура не заняла много времени.

— Господин посол — ответил Михаил взволнованно, — хочу выразить Вам мою глубокую признательность за Ваше расположение. Для меня будет большой гордостью официально иметь гражданство моих родителей и предков, вместе с чилийским гражданством.

Реакцией посла было удивление, имевшее легкий оттенок неприязни.

— Генерал, Вы претендуете на двойное гражданство. Наше законодательство не предусматривает такую возможность. Россиянин должен быть россиянином и точка!

Михаил Семёнович попытался разъяснить смысл своих слов.

— Господин посол, я истолковал Ваше любезное предложение, исходя из тех законных прав, которыми пользуются здесь многие чилийцы, потомки испанцев, немцев или итальянцев. Согласно чилийским законам, они имеют возможность получить гражданство обоих стран.

— В России эта ситуация невозможна — настаивал дипломат, — одно из двух: или Вы российский гражданин, или нет.

— В таком случае — прямо сказал Михаил, — к сожалению, мы не можем продолжать разговор на эту тему. Как человек, как солдат чилийской Армии и, в особенности, как казак, я всегда старался сохранять последовательность в принятии решений и в поступках в течение моей жизни. Я не могу забыть, что эта страна заботливо приняла меня, вместе с моей матерью и бабушкой в чрезвычайно критический для нас момент.

Как Вам хорошо известно, именно это позволило моей семье выжить и избежать целенаправленного преследования. Можно сказать, что своим существованием я обязан Чили. Здесь прошли наиболее важные моменты моей жизни: мое детство, моя военная карьера, формирование моей семьи, мои дети и друзья — в принципе, все мое существование связано с этим местом.

Моя честь и принципы не позволяют отказаться от гражданства этой страны, которой я обязан всем. Я не могу выбросить за борт всё, связывающее меня с этой землёй, даже перед лицом существующих проблем. Кроме того, я испытываю гордость от того факта, что Бог позволил мне бороться за свободу и достоинство этого народа, в соответствии с клятвой, данной перед флагом этой страны кадетом и офицером.

Не могу не признать, что Ваше предложение затронуло меня до глубины души. Всегда испытывал гордость от сознания того, что в моих венах течет казачья кровь и что, в особенности, я имею честь нести эту фамилию — вот чувства, которые разделяет со мной вся моя семья. Более того — самой дорогой мечтой для меня является возможность когда-нибудь поехать в Россию, дай Бог — вместе со всеми моими родными. Любовь, которую я чувствую к земле Красновых, её традициям и обычаям, охватывающие меня эмоции, когда слышу Императорский Гимн и вижу развевающийся трехцветный российский флаг — это те же чувства и эмоции, которые я испытываю, когда отдаю честь чилийским национальным символам.

Возможно ли какое-либо исключение в моей ситуации, которое позволит мне иметь полноправное гражданство обеих стран? Если так, то принимаю Ваше предложен немедленно.

— Это будет трудно, — откровенно ответил посол. — И, что самое главное, Ваш ответ практически не позволяет выполнить моё обещание казакам, в смысле оказания Вам помощи в поиске разрешения определённых трудностей, которые Вы переживаете в Чили в настоящий момент.

На этом беседа закончилась. В последующем, хотя посол Чхиквадзе и Михаил Семёнович неоднократно встречались на различных общественных мероприятиях, они никогда больше не затрагивали эту тему.