Чтение онлайн

– Надо съездить, Ром, – заявил мой начальник Службы безопасности, – на эту надо.

Никакой охоты, естественно, не было. Я приехал в охотхозяйство, вышел из машины, вошёл в дом, поздоровался с сидевшими у камина мужчинами… после чего меня тут же проводили на пирс и загрузили на катер. Поездка на катере заняла около получаса и целью её оказался небольшой островок посреди озера. Совсем крошечный – где-то сто на двести метров.

Когда мы приблизились – уже стемнело, так что видно было довольно плохо. Но на островке был разожжён костёр, так что с выгрузкой никаких проблем не возникло. Тем более, я был обут в утеплённые охотничьи сапоги «ROCKY». Поэтому, даже если даже пришлось бы спрыгивать вводу – это не стало бы препятствием. Но, слава богу, этого и не потребовалось. Глубины у островка оказались достаточными для того, чтобы позволить носу катера вылезти на берег.

У костра сидело трое. Стоило мне соскочить на берег, как все трое поднялись на ноги и развернулись ко мне. Я слегка напрягся… если состав встречающих такой же как в Ново-Огарёве – хрен я что важное расскажу! Но на этот раз ни господина Волошина, ни того «второго» безымянного здесь не оказалось. Так что руку САМОГО я пожал с немалым облегчением.

– Добрый день, господин Марков. Я знаю, что вы не особый любитель охоты, но всё-таки взял на себя смелость пригласить вас. Если не надумаете пострелять – просто подышите воздухом. Прогуляемся?

И мы двинулись в сторону от костра…

Разговор вышел тяжёлым. Я по-прежнему никому не собирался признаваться в том, что живу второй раз, а без этого многие мои «прогнозы» объяснить было сложно. Если, конечно, не ударяться в мистику. Зато к предложениям мой собеседник отнёсся достаточно внимательно. Впрочем, я не предлагал ничего такого, что он сам не сделал. Потом. В десятых-двадцатых. От ускоренного развития собственных портов до строительства газопроводов в Китай и «перемычек» запад-восток, чтобы можно было успешно перенаправлять газ в любом направлении, а так же ускоренного расширения пропускной способности «Северного потока» в Балтийском море. Даже если ситуация будет развиваться точно так, как и в моём времени всего пять-шесть лет работы «Северных потоков» вполне себе окупят все затраты на строительство. А я рассчитывал, что они проработают не меньше десяти. Из финансовых советов было только предложение покупать золото. Или, как минимум, не продавать добытое. Причём, закупать его можно даже с небольшой премией. Обставить, как помощь нашей золотодобывающей промышленности и копить. Потому что очень скоро цена на золото взлетит с нынешних трёхсот с небольшим долларов за унцию до полутора тысяч и больше. На пике вообще будет около двух… Вот в числе этих предложений было и создание собственной оффшорной зоны. В моей прошлой жизни было создано две таких – остров Октябрьский (бывший Ломзе) в Калининграде, и остров Русский во Владивостоке, но произошло это только в 2018 году. И результаты, насколько я помню, оказались весьма скромными. Почему бы здесь не начать пораньше? Тем более, что у меня, теоретически, есть возможность как-то повлиять на то, что чтобы этот проект раскрутился куда лучше, чем в моей прошлой жизни.

Про офшоры он сразу не понял.

– Нет, я понимаю зачем это вам, Роман Валерьевич – вы инвестор и крупный, так что офшор вам не помешает, но зачем это стране? По-моему, для государства будет лучше если бизнес вообще выйдет из офшоров.

– Если получится – то да. А получится ли? – усмехнулся я. И он задумался.

– Да и потом – сами подумайте, подавляющее большинство офшорных юрисдикций находится под контролем англосаксов. Казалось бы, зачем, если они и так контролируют все финансовые потоки? И уж точно могут заставить большинство контрагентов офшоров платить себе налоги. Ан нет – вполне себе позволяют им существовать. Под своим контролем, естественно… Над этим, как минимум, стоит задуматься, не так ли?

– Может быть, может быть… – задумчиво произнёс мой собеседник. А спустя несколько минут спросил:- И где вы думаете разместить наш офшор?

Я пожал плечами.

– Не знаю. Есть вариант на каком-нибудь из островов в Питере. Где мы сможем обеспечить пограничный режим. Скажем на Комендантском. Построим там небоскрёб. Самый большой в Европе или, даже, в мире, – хохотнул я имея ввиду «Лахта-центр». Чего бы не начать украшать северную столицу современными зданиями чуть пораньше. – Марину для яхт. Комплексы апартаментов. Вполне прилично получится. Кто-то да придёт. На первых порах немного, но это только до резкого обострения отношений с Западом.

– А вы думаете оно будет? – кольнул меня острым взглядом ВВП. Я вздохнул.

– Обязательно, – и пояснил:- Увы, наши партнёры исповедуют принцип: «Джентльмен всегда играет по правилам. Но если по действующим правилам выиграть не получается – джентльмен тут же меняет правила». Так что после того, как они вас… то есть, вернее, нас несколько раз «кинут» – идти на обострение придётся. Ну, или согласиться на роль Португалии. Тоже вариант, кстати. Для некоторых.

– Так-таки Португалии? – усмехнулся мой собеседник. Но я не поддержал его весёлость.

– Все насесты выше уже заняты. И ни на место Германии, ни на место Японии, ни, даже, на место Норвегии нас не пустят. Потому что в этом случае им придётся подвинуться. А никому не нравится, когда их подвигают на шесток ниже. Это ж количество сыплющегося на голову дерьма увеличивается, а его и так в «курятнике» на любом шестке хватает. Даже на верхних. Так что – да, именно Португалии. Или Болгарии. Вот тут нам даже помогут занять такой насест. С радостью. Держать Россию у параши – это ж такое наслаждение…

– Хм… это немного не те слова, которые ожидаешь услышать от кавалера Медали Почёта.

– Героем Советского союза я стал куда раньше, – парировал я. – И, кстати, пытался драться за него даже тогда, когда все остальные опустили руки…

Мы о многом поговорили в ту ночь. И вот теперь меня ждали в Питере.

До Москвы мы добрались к вечеру завтрашнего дня. Помылись, поужинали и уединились в спальне… Полюбовавшись на жену, застывшую у зеркала в обнажённом виде, я негромко спросил:

– Завтра со мной в Питер полетишь?

Жена, ещё раз окинула себя внимательным взглядом, удовлетворённо кивнула и, развернувшись, нырнула ко мне в кровать тут же ввинтившись под бочок. С тех пор как Алёнка, вслед за мной, освоила контроль над энергией на таком уровне, что научилась расправляться с невусами и папилломами, она заимела привычку проводить регулярную инспекцию своей кожи. Ну а я… ну да – наслаждался, время от времени наблюдая за крутящейся перед зеркалом обнажённой красоткой в своей спальне. Несмотря на то, что ей уже исполнилось сорок лет, выглядела у меня Алёнка максимум на двадцать пять. Этакая фитоняшка с красивой грудью и накачанной попкой… Что послужило этому причиной – занятия ли спортом, владение энергией или теломерная терапия, которую мы практиковали уже десять лет – точно сказать было нельзя. Скорее всего комплекс этих факторов… Впрочем, в прошлой жизни она очень долго оставалась у меня красоткой и без них. Или без двух последних. Хотя спортом мы с ней в прошлой жизни занимались в куда меньшем объёме нежели сейчас, но зато страстно любили путешествия, ходить во время которых приходилось довольно много. Точно не меньше, чем сейчас… Но, вероятно, на двадцать пять лет в сорок она в той жизни, всё-таки, не выглядела. А здесь вот так!

– Ты же по делам поедешь?

– Ну да.

– Тогда нет. С детьми останусь. Мы же вот только в конце мая там уже побывали, – ну да, последнюю неделю мая мы провели в Питере. Северная столица как раз праздновала трёхсотлетие, и пропустить подобное событие я посчитал неправильным. Но эта поездка оказалась довольно неоднозначной. Нет, город был отмыт и украшен, но-о-о… уж слишком много официальных мероприятий оказалось запланировано. И слишком много высокопоставленных гостей прибыло в город. Так что передвигаться по нему стало сильно затруднительно. Даже несмотря на то, что Пыря раздобыл специальные пропуска на наши машины… Поэтому поездка оставила весьма двойственные впечатления. С одной стороны, вроде как, поучаствовали в знаменательном событии, с другой – лучше б приехали в будни. – Да и маме нужно новый курс массажа с энергией начинать.

Алёнка уже год как начала делать своей маме курсы такого же поддерживающего массажа, которые я делал деду. Увы, он у меня совсем ослабел и без массажа был совсем плох. Но зато жил уже третий лишний год относительно того, когда он умер в прошлой жизни. Сколько он ещё протянет – бог знает, но я был решительно настроен отжать у смерти максимум возможного. Эх, если бы уже было доступно эмаосент-восстановление, но – увы, эту технологию разработали только в тридцатых. Теломерная же терапия могла помочь только лет до пятидесяти пяти-шестидесяти, максимум, при удаче, до шестидесяти пяти. Деду же было уже восемьдесят пять.