Чтение онлайн

— Уайатт здесь.

Грей обменялся довольными взглядами с отцом Донованом и сказал:

— Прикажите, чтобы его проводили сюда.

Один из копов, дежуривший под маркизами у входной двери, ответил на звонок, убрал телефон и решительно шагнул вперед, заставив толпу расступиться и дать дорогу Митчелу и Калли.

Репортеры немедленно схватились за камеры, на случай если вновь прибывшие окажутся важными фигурами, каким-то образом имеющими отношение к случившемуся. Но Митчел, не обращая ни на кого внимания, продолжал идти.

С ощущением нереальности происходящего он прошел через опустевший ресторан, но не заметил ничего из того, что описывала Кейт. Зато увидел Пирсона и Левинсона, чинно обедавших за одним из столиков, и приветственно кивнул.

Коп провел его по обшитому панелями коридору, в самую глубину ресторана, где он увидел лестницу, расположенную рядом с кабинетом. Вот сейчас обстановка смутно напоминала ту, о которой рассказывала Кейт. На верхней площадке виднелась дверь в квартиру. Митчел велел Калли оставить чемодан внизу.

Первым, кого увидел Митчел, войдя в просторную уютную гостиную, был Грей Эллиот. Рядом стоял детектив, который допрашивал его три года назад по делу об убийстве Уильяма. Тот самый детектив, который посмел фотографировать его и Кейт на лоджии отеля!

Митчел, брезгливо морщась, проигнорировал протянутую руку Грея, повернулся и встретился с пристальным взглядом человека с зелеными глазами и высоким воротничком с белой вставкой.

— Я дядя Кейт, Джеймс Донован, — пояснил незнакомец, вставая и протягивая руку. — А вы, разумеется, Митчел.

— Разумеется, — саркастически согласился Митчел. Руку священника он пожал и тут же, кладя конец светским любезностям, почти грубо спросил: — Где она?

— В спальне Дэнни. Первая дверь справа, — вежливо пояснил священник, кивнув в сторону выхода из гостиной.

Комната его сына…

Митчел сразу понял, что спальня была обставлена так, чтобы радовать ребенка и развивать его воображение. На трех стенах красовались настоящие джунгли, из-за деревьев и высокой травы выглядывали причудливые животные. В одном углу возвышалась лошадка-качалка, а вдоль стены стояли коробки с игрушками. И повсюду разбросаны грузовики: красные пожарные машины, желтые самосвалы, синие фургоны, большегрузные автомобили. У четвертой стены стояла кроватка с изголовьем в виде палисадника. На острых кольях сидели яркие попугаи и канарейки. Между ними резвились кролики. Рядом с кроватью примостилось кресло-качалка.

При виде Кейт Митчел ожидал ощутить все, что угодно, кроме жалости. Но сейчас его захлестнула именно жалость. Одетая в джинсы и объемный желтый свитер-водолазку, она сидела в качалке, подвернув одну ногу под себя. Глаза закрыты, голова откинута, к груди прижат большой полинявший лопоухий кролик. Кролик выглядел так, словно его долго тащили по дороге за машиной… а может, это просто озорной мальчишка таскал его за собой повсюду, куда несли его крепкие ножки?

Ее рыжие волосы свободно падали на плечи, ресницы лежали курчавыми веерами на неестественно бледных щеках. Не отталкивайся Кейт босой ногой от пола, Митчел подумал бы, что она спит.

— Кейт! — чересчур резко окликнул он.

Ее тело дернулось, словно от электрического тока. Глаза открылись. Несколько мгновений она смотрела на него так, словно не верила глазам. И только потом слегка улыбнулась.

— Спасибо, — вежливо сказала она.

— За что? — холодно бросил Митчел, борясь с сюрреалистическим ощущением пребывания в спальне, принадлежавшей сыну, которого он никогда не видел. Он здесь и говорит с женщиной, зачавшей этого сына во время незабываемой ночи любви, долго-долго терзавшей его воспоминаниями.

Все еще прижимая к себе кролика, она с трудом встала, словно собралась с силами исключительно ради него.

— Спасибо за то, что одолжил мне и Дэнни деньги на выкуп, — пояснила она. — Я дала твоим адвокатам долговую расписку и попросила составить дарственную, по которой ресторан переходит тебе. Я найду способ со временем выплатить остальное, — заверила Кейт и, не заметив, как бешено дергается жилка на щеке Митчела, добавила: — Но тебе совсем ни к чему было приезжать…

— Не благодари меня и не пытайся отделаться, — предупредил Митчел. — Тебе, мне и нашим адвокатам предстоит долгая беседа, как только мальчик благополучно окажется здесь.

— Не смей называть его мальчиком, — свирепо прошипела Кейт. — Его…

— Почему нет? — процедил Митчел. — Ты сделала все, чтобы я не имел права называть его сыном. До сегодняшнего дня я даже не знал о его существовании.

— Составляя извещения о рождении сына, я вычеркнула тебя из списка посвященных, когда ты назвал меня аморальной стервой, — парировала Кейт. — А кроме того, я хорошо запомнила, что ты развелся с той женщиной, которая хотела родить тебе сына.

Но короткий взрыв праведного гнева мгновенно растворился в мучительной реальности исчезновения Дэнни.

— Уходи, — измученно прошептала она, отворачиваясь и зарываясь лицом в кролика. Слезы снова полились на потертый искусственный мех. — Мое дитя! Они забрали мое дитя!

Митчел повернулся и вышел.

— Подожду внизу, — сообщил он священнику, зайдя в гостиную.

— Это будет ошибкой.

— Почему?

— Видите ли, что бы Кейт ни сказала в приступе скорби, вы все равно остаетесь отцом Дэнни. И как его отец, имеете право быть там. Мало того, ваш долг поддерживать его мать в это ужасное время.

Митчел поколебался, подошел к креслу и сел.

— Видите ли, — добавил священник, — я все думаю: каким образом мужчина и женщина, знакомые всего три дня, смогли за это время так безоговорочно разочароваться друг в друге, что даже через три года не смогли преодолеть этой неприязни?

— Понятия не имею, — коротко ответил Майкл.

— Зато имею я, — заявил отец Донован, но не стал ничего объяснять, а Митчел и не думал расспрашивать.

Удобно расположившись в кресле, лицом к двери, Митчел со своего наблюдательного пункта продолжал рассматривать квартиру, о которой Кейт рассказывала на Ангилье. Совершенно не похожа на темное маленькое жилище, которое он представлял. Очевидно, его расширили и отремонтировали, все было новым и ярким, включая резьбу по дереву и окна с мелкими переплетами, идущие по трем сторонам квартиры и частично прикрытые светлыми гардинами, раздвинутыми и подхваченными лентами.

Квартира представляла большой прямоугольник, занимавший целый этаж здания. Современная кухня с новейшими приборами и гранитными столешницами была отделена от гостиной большой стойкой с четырьмя табуретами. Гостиная была достаточно просторна, чтобы вместить пару кожаных диванов, между которыми стоял журнальный столик Диваны были расположены под прямыми углами к большому легкому креслу, в котором сидел Митчел. За гостиной находилась большая игровая зона с детскими стульями и столиками, школьной доской и длинными ящиками для игрушек у подоконников, одновременно служивших и сиденьями. Коридор, проходивший параллельно лестнице, вел к спальням.