Чтение онлайн

Грея руки о драгоценную ношу, Айя двинулась в сторону одиноко стоящей в стороне лавки. Громко сказано - лавки. Лист пластика, брошенный на четыре кирпича - вот что это было. Но хоть отдохнуть, ноги вытянуть.

Сублимат из Доковой банки оказался явно просроченным - не хотел растворяться, комковался, лип к ложке. Минут пять пришлось крутить его, то так, то этак. Кипяток за это время заметно остыл. Айя тянула свой обед, даже не понимая вкуса. Вроде на банке было написано что-то про куриный суп...

– О-па!
– громко удивился кто-то, неслышно подошедший сзади.
– И чего это мы тут сидим? Такие синие и без охраны. Поднимаем, поднимаем булки.

Девушка вскинулась, поспешно суя руки в лямки рюкзака.

– Ухожу, - сказал она стоящему напротив невысокому облаченному в камуфляж парню бандитского вида.

– А ну стоять, - удержал он ее за рукав.
– Глядите, уходит она.

И он повернулся к друзьям. Их было пятеро. Крепкие, одинаково одетые и остриженные. Городская шпана. Говорившему на вид лет восемнадцать. Айкин ровесник. Остальные постарше. Стоят, ухмыляются.

– Ты, красава, на чужом месте сидела? Сидела. Разрешения не спросила? Не спросила. На районе я тебя не видел, значит, чужая. Раз чужая, значит, плати. Удобства денег стоят. Чего молчишь, рыжая? Бабок нет?

Парень осклабился и оглянулся на дружков. Те смотрели молча, только ухмылялись. Давали младшему возможность поглумиться.

– Где я?
– спросила Айя.
– Какой это сектор?

– А ты дерзкая, - протянул самый высокий из ребят. И добавил: - Рыжие все с темпераментом.

Девушка молчала, обводя ребят настороженным взглядом. Надо как-то вырваться. Уйти они ей не дадут. Ствол не достанешь, у нее он под курткой, а у них, вон, почти у всех под рукой. Да и что ствол? Их больше, и они точно быстрее.

– Так какой это сектор?
– снова спросила Айя, надеясь разговором потянуть время.

– А тридцать седьмой, - ответил тот, который назвал ее дерзкой.
– Девочка загулялась и заблудилась?

– Да, - она медленно пятилась.

Тридцать седьмой сектор.

Тридцать седьмой?

Айя мысленно застонала. Она еще дальше, чем думала! Одно отчаяние захлестнуло другое. Испуг погасился ужасом.

– А что у девочки в шмотнике?
– с ехидством спросил кто-то из-за спины долговязого.
– Набит туго. Девочка не хочет поделиться?

У Айи сердце колотилось так, что грудь щемило. Она знала - парни понимают ее уловку по оттягиванию времени, и эта игра им весьма нравится. Они подступали к жертве, наслаждаясь ее растерянностью и страхом.

– А площадь Карлоса где?
– спросила девушка того, кто стоял ближе к ней.
– Вверх или вниз по улице?

Парни переглянулись в недоумении.

В этот миг в голове у Айи что-то щелкнуло. Будто пистолет с предохранителя сняли. Она поняла, что вот он - шанс удрать. Сейчас!

Изо всех сил толкнув крайнего из ребят, девушка кинулась прочь.

Кто-то попытался ухватить ее за рюкзак, но опоздал - пальцы лишь скользнули по гладкой синтетической ткани, а беглянка припустила вверх по улице - туда, откуда пришла. За спиной слышались ор и улюлюканье. Не отстанут! И, как нарочно, народу на улице откуда-то взялось!

Айя мчалась, лавируя между прохожими и оскальзываясь в слякоти. Если начнут стрелять, то все... Она бежала и бежала. И за ней бежали. И она понимала, что догонят. А в боку уже кололо.

На углу очередного квартала ей удалось оторваться - прошмыгнуть в зазор между двумя здоровенными тачками с битым кирпичом, которые заполняли изможденного вида мужики. Получилось нырнуть в грязную подворотню, а там сигануть за мусорную кучу. В панике Айя задрала куртку и свитер, силясь добраться до кобуры, но, как назло, только путалась в слишком длинных для нее шмотках. Она слышала топот ног, слышала, что в подворотню вбежали, слышала крики - это парни, пытаясь отдышаться, матерились и спрашивали друг друга, кто видел, куда делась "эта сучка".

– Вы че тут делаете?
– донесся вдруг из подъезда напротив сиплый злой голос.
– Какого хера надо, спрашиваю? Некороткий, тебе говорили сюда не соваться? Ты с первого раза не вкурил, что ли?

Девушка вжалась в мусорную кучу, за которой пряталась, и закрыла рот ладонями, чтобы дышать как можно тише.

– Ты кого тут Некоротким назвал?
– донесся голос одного из Айкиных преследователей, судя по всему, долговязого.

– Ты еще и тупой...

Остальное потонуло в грохоте выстрелов. Айя зажала уши руками и метнулась прочь, надеясь, что за пальбой и воплями ее бегства не заметят.

В соседний проулок она вынеслась, почувствовав, как что-то напоследок чиркнуло по боку. Это только скорости придало. Помчалась во весь дух! Впрочем, бежала недолго. Может, квартал. Или два. А потом, когда поняла, что оторвалась, и следом не гонятся, ощутила обжигающую боль в правом боку. И лишь в этот самый миг заметила: куртка и свитер набрякли от крови.

Зажать рану рукой не получилось - по пальцам все равно текло потоками. Сердце после бега и пережитого страха качало кровь, как насос. Перед глазами все уже плыло, а руки холодели. На подгибающихся ногах Айя добрела до обгорелой высотки и, оступаясь на груде кирпичей, забралась внутрь через провал в стене. Села на пол.

Нужно достать антисептик. Присыпать рану, остановить кровь. Наложить повязку... Девушка задрала куртку, увидела свой бок и поняла, что повязка не пригодится. И антисептик тоже. И ничего не пригодится.

Дура. Зря она сэкономила на супе. Деньги уже не понадобятся, а так, по крайней мере, умерла бы сытой. С этой последней мыслью Айя повалилась на кирпичные обломки. В глазах стало совсем темно, и боль, наконец-то, исчезла.

* * *

Директор Эдтон нервничал. Человеку, плохо его знающему, это было бы незаметно - сидит себе мужчина в самом расцвете сил (слегка за пятьдесят) и наводит порядок на столе. Однако Джордж знал мистера Эдтона - директора интерната номер восемнадцать - уже более десяти лет. И для него он был просто Алом.

– Ал, - миролюбиво сказал Джордж.
– Успокойся. Проверка придет по бухгалтерии, смотреть будут только цифры. Не дергайся. Наши дела по документам не проходят. Груз ушел позавчера, новый будет только через две недели. Ни с чем реально серьезным, вроде оружия и наркоты, мы не связываемся... Думаю, даже не понадобится отменять поставку.

Однако Аллан на эти более чем благоразумные слова вдруг вспылил:

– Это не просто проверка! Это внезапная, знаешь ли, проверка. И не откуда-то, а с самого верха, - он указал глазами на потолок.
– Из надсекторального управления СБ, понимаешь? И именно сейчас! Вот ни раньше, ни позже. Почему? Тебе не кажется странным?